Чтение онлайн

А мы с Аней все стояли как вкопанные, не в силах что-либо произнести или сдвинуться с места. Я смотрел в ее глаза , в которых плескалась буря эмоций от неверия до зачатков безумия.

Перед самым крушением я прыжком выскочил прямо через крышу и приземлился считанных метрах от катастрофы. Самолет вошёл почти под прямым углом в землю какого-то поля. К этому моменту крыльев уже не было, их оторвало в процессе, поэтому выровнять самолет не представлялось возможным.

Процент выжить при такой жесткой посадке около 1-2% , но в этот день не повезло никому.

Так же не далеко, левитируя над землей, висела Аня, уже почти на грани безумия. Черт! Надо что-то сделать, иначе ситуация ухудшится в разы. Анна начала светится все сильнее и сильнее, на ее лице проступали совсем не хорошие эмоции.

И вдруг время стало медленно и тягуче останавливаться. Словно муха, попавшая в густое варенье. Дым над местом падения остановился, ветер прекратил свое шествие, а души замерли. Как будто кто-то поставил мир на паузу.

– Что ж, видимо я вовремя! – донесся за спиной веселый голос и снова щелчок крышкой карманных часов. Точно такой же, какой был в квартире.

Медленно повернувшись, я встретился взглядом с круглыми зеркальными очками на переносице до боли знакомого лица.

– Я все думал, когда ты появишься. Ты изменился с последней нашей встречи. – грустно усмехнулся я.

– Сам знаешь, я всегда появляюсь в нужное время и в нужном месте. – за белозубой улыбкой этого человека скрывалось отнюдь не веселье. Хотя… думаю понятие " человек" к нему совсем не применимо.

С виду 25-30 лет. Невысокий, примерно мне по плечо. Темные, короткие, аккуратно уложенные волосы на голове. Гладко выбритое лицо. Глаза скрыты за круглыми, солнцезащитными очками. Вечная полу улыбка-полу оскал с ровными, белоснежными зубами.

Черная приталенная жилетка, белая рубашка с закатанными рукавами по локоть рукавами. Красиво забитые татуировками предплечья, в виде шестеренок механизма часов или чего-то в этом духе. Черные классические брюки. Ремень с бляшкой в виде змея, кусающего свой хвост, Урабороса. Черные лакированные туфли. Единственные элементы внешнего облика, что остались неизменными с нашей последней встречи, это трость из черного лакированного дерева с серебряным окончанием и набалдашником в виде искусно выполненной головы собаки породы Доберман, и серебряные карманные часы на цепочке со странным символом на крышке. Я помню его, когда ещё был живым, так что человеком он являться точно не может.

– Так зачем ты тут? Говори быстрее у меня небольшие проблемы. – стараясь не выдавать эмоций сказал я.

– Небольшие? – саркастично изогнул он брови – вижу, чувство юмора у тебя ещё не совсем умерло, что не может не радовать. Однако особо не спеши, Времени у нас предостаточно.

Заглянув мне за спину, он посмотрел на Аню и снова усмехнулся:

– Я смотрю, ситуация вышла из под контроля? Что думаешь с Этим делать. – показал тростью на девушку он. – Или мне прикажешь твои косяки исправлять?

– А что я могу сделать?! Я не смог ее сопроводить, я пытался и не один раз! – не выдержав, взорвался я – Но самое смешное , что вызов прошел! А это значит, что это не она ошибка, а ошиблись у вас Там!

– Мой дорогой Константин (ведь тебя теперь так можно называть, верно?). Ты же уже большой мальчик и понимаешь, что Там ( он указал большим пальцем себе за спину) ошибок не совершают. Система отлажена веками, тысячелетиями! И ты считаешь, что, спустя такой срок наконец произошел сбой? – по нему было видно, что его эта ситуация откровенно забавляет. – А почему ты не подумал, что тут дело не в этой душе и не в системе, а в тебе? Или ты не допускаешь, что ты мог подсознательно не желать ее сопровождения, и это сыграло свою роль?

Я оторопело уставился на Часовщика, как про себя я решил его называть.То есть… это я виноват во всех этих смертях, потому что хотел для себя компании? Тяжело вздохнув, я осел на землю.

– Оо, я смотрю до кого-то начало доходить, да? Ощущаешь на себе все это давление совести? – продолжал давить на психику Часовщик, не меняя улыбки. – Вовремя-вовремя до тебя дошло, ничего не могу сказать.

– Слушай, хватит, а?

– Что хватит? Жечь твою совесть правдой? Или мне перестать смотреть на это все с улыбкой на лице?! Все наши действия имеют последствия, из которых далеко не все положительные! – все больше распалялся он. – Вопрос в том, что ты намерен делать с этим.

– Хватит! Меня достала твоя улыбка! У меня серьезные проблемы и мне до твоего сарказма в голосе! – резко подошел к нему вплотную я. – Лучше бы сказал, что я могу сделать!

– Хочешь серьезности, хорошо. Буду говорить по делу.
– он снял свои очки и от его взгляда все мое нутро похолодело. Черные глаза с серебряного цвета радужкой без зрачка буквально забирались мне в душу, оставляя в ней лишь ужас и холод. – Тут, мой дорогой Константин, вопрос не в том, что ты Можешь сделать, а в том, что ты Должен сделать. Мы ведь сейчас об одном думаешь, да?

– Я должен ее сопроводить? В прошлый раз я не смог. – этот холодный взгляд без намёка на улыбку не оставлял мне выбора в ответе.

– А в прошлый раз, ты представлял, чем может это все закончится? – еще раз взглянул он мне за спину и вернул очки на место. – Время пришло, пора сделать выбор. Насчет остальных душ не беспокойся, ими займусь я. Давай только без глупостей

Я еще раз посмотрел на сове отражение в очках, вздохнул и пошел к застывшей во времени, будто оса в янтаре, Ане.

– Я должен с ней поговорить. Можешь это организовать сейчас? – я уже знал ответ на свой вопрос.

– Время… пошло. – Он исчез одновременно с щелчком крышки часов, мгновенно, как по щелчку пальцев.

Я приблизился к девушке, уже начавшей двигаться и обнял ее так крепко, как только мог. Аня видимо, этого не ожидавшая, даже не пыталась вырваться, а лишь тихо плакала мне в плечо.

– Прости меня, я не сдержала обещание…

– я же говорил, что души, не сопровожденные вовремя, могут натворить дел. Как раз из-за того, что пытаются исправить положение дел. Но на этот раз, виноватым оказался я. Я не сопроводил тебя сразу из-за того, что не хотел быть один. А теперь из-за моего эгоизма погибли люди. Так что это ты меня прости… – я говорил тихо, одновременно гладя ее по волосам.

– я никогда не буду тебя в этом винить. Благодаря тебе, я узнала и поняла для себя много нового. Спасибо тебе за это. – она подняла на меня глаза и поцеловала меня в губы.

Не могу сказать, сколько мы так стояли. Может минуту, может час. На последок я посмотрел на нее и с грустной улыбкой сказал ей "спасибо за то, что я почувствовал себя живым…"

В момент, когда искры ее души уносило ветром, Я молча со слезами на лице провожал единственного дорого для меня человека в последний путь… я не мог подобрать слов, но ,надеюсь, с ней все будет хорошо…