Чтение онлайн

Как жалкий отрешённый льда кусок,

Вдали от Солнца я не приуныл.

Покуда вечность был я одинок,

Такой порядок стал мне даже мил.

Чьё сердце – льдина, трудно оскорбить,

В любви забыть на вечность произвол.

Оно – иридиевый, крепкий щит.

Я очень рад, что это приобрёл.

Желтея, листья липы облетают,

Их провожают времени ветра.

Ничтожное легко всё умирает,

И наступает нового пора.

То, что исполнило свой долг, став былью,

Не станут поколенья забывать,

А будут помнить подвиги былые,

Напишут не один большой трактат.

Всё, что угодно, может стать отжившим:

Чему всю жизнь всем сердцем доверял,

И даже друг, однажды спину защитивший,

Быть может, вас сто лет назад предал.

В таком ключе жизнь предстаёт унылой.

Ушедший друг, как пройденный этап,

И из него урок усвоить – сила,

Поможет что воздвигнуть к мечтам трап.

С родной гитарой выходя на сцену,

Ты радовал толпу, слух услаждал

Аккордами и песнею душевной,

Букеты роз мешками собирал.

Спустя самопожертвованья годы,

Усыпанные лепестками роз,

Расстроилась гитара без ухода,

Обиделась, от грусти "свесив нос".

Висела в память прошлому трофеем,

Но не жалела ложе, струны, пыль.

Хозяин изредка вздыхал над нею,

Да и на стол рабочий положил.

Настроил филигранно точно струны,

Салфеткою протёр все уголки.

Но было мало и достал он тюнер -

От напряженья лопнули колки!

Добившись в деле результатов славных,

Не стоит что-то дальше улучшать -

Вдруг сделаете вовсе неисправным?

Охота ль вещь драгую вам сломать?

"Затмение любви"

Чтоб выразить любовь, не нужно слов:

Достаточно усесться на кушетке

У фортепьяно и с тобою вновь

Жена останется на чай в беседке.

Да в Венской школе я был виртуоз,

Увы, вторая часть не зацепила.

И разразился в тишине вопрос:

"Зачем аккордный проигрыш включил ты?"

От критики сонату защитил

Пассажами поспешной третьей части.

Секрет в том, что когда я приступил

К началу, то произошло несчастье:

Жена к другому от меня ушла,

Оставив от любви лишь горку тла.

Весь внешний мир, как ванна кислоты,

Мир внутренний способной в миг разъесть.

Без хим. защиты нам не обойтись,

Устои собственные чтоб сберечь.

Любовь одна из них, надёжный плот,

Дающий плавать в океане слез.

В тумане свет – от рифов упасет,

Согреет в антарктический мороз.

Но гнев и зависть, словно бы бензин,

Сжигающий кораблик наш дотла.

Иной грешок, как поле водных мин,

И не дай бог, одна чтоб взорвалась.

Ключ золотой на дне морском лежит,

Зарыт меж строк в песочке аметист.

Позолоченная рукоять,

Хитро отчеканенный узор,

Линза властная приоткрывать

Микромир из нитей, крошек, пор.

Без неё графолог лучший слеп.

Мелкие детали ускользнут,

Как хрусталь падёт в жемчужный снег.

Метод не проникнет точно в суть.

Зачастую ветер в голове

Сводит с первым встречным колесом.

И в свиданьи первом волшебстве

Приглашаем в наш уютный дом.

Чрез года растают все мечты.

Летний вид заменят льда мазки,

На окне засушатся цветы,

Облетят у розы лепестки.

Выучить неплохо наизусть:

Приукрашен нежный человек.

Лучше лупой на него взглянуть,

И её хранить, как оберег.

Хрустит под лапками златой ковёр:

Дорожка чтобы встретить осень знатно.

Листочки клёна все, как на подбор.

А лес приветствие готовит тайно.

Листочки красные, как огоньки.

Издалека – рубиновые гроздья.

И греют словно пламня язычки.

Спасают дерево в сезон морозов.

Возьмём листочек клёна – повернём:

Он белоснежный, чистый, как бумага.

А на пергаменте найдём таком

Стихи, записки, несколько загадок.

А на деревьях золотой наряд?

Портной у них ремесленник добротный.

Жаль, что он ненадолго – на парад,

Да и изделие ручной работы.

А сам я не остался в стороне:

Взял инструмент и сделаю подарок.

Дарила осень вдохновенье мне,

А я в ответ, чтоб было не задаром.

Хрустит под лапкой вафельная корка снега,

И крапает, и щиплет тельце зимний дождь.

Спиной я словно ощущаю тяжесть неба.

Путь впереди и на дорогу не похож.

Чрез дни и ночи я наткнулся на ущелье,

А впереди был шаткий и прогнивший мост.

Конечно, как дракон, легко перелетел бы,

Но устрашал туманный брошенный погост.

Тогда я в лёгкий горный ветер обратился,

И надо мною возвышался острый горный пик.