ЗАПИСКИ НЕПУТЕВОГО ОПЕРА
Шрифт:
– Поскольку все это дело новое и пока что еще мало изученное, я планирую провести выборочные контрольные встречи с агентами, с тем, чтобы узнать их мнение о том, как с наибольшей пользой использовать возможности телефона доверия.
Опера сразу приуныли, поскольку поняли, что кто-то из своих уже успел настучать начальнику о вчерашней авантюре, и теперь им нужно было срочно разыскивать тех самых агентов, от чьего имени они звонили в "комнату смеха", чтобы предупредить их о том, чего можно и чего нельзя говорить при встрече с шефом. Побросав все текущие дела, отправились опера разыскивать своих негласных помощников, и на последующих контрольных встречах Желдак остался доволен тем, как агенты в унисон нахваливали новую систему связи со своим "кумовьем ".
Больше всего такой способ связи с операми понравился самим агентам. Теперь им незачем было дожидаться, пока оперативники найдут дырку в уплотненном графике своего рабочего дня и соизволят с ними встретиться, чтобы выслушать очередной бред сивой кобылы, за который нужно было еще и платить с "девятки".
Таинственно произнеся в телефонную трубку пару фраз, не забыв ненавязчиво упомянуть насчет вознаграждения, они довольно потирали руки.
Телефон доверия не успел еще заработать на полную катушку, как произошло событие, которое в корне изменило всю его дальнейшую судьбу.
Уже привыкший к ежедневному утреннему "моциону", Белагуров внимательно прослушал магнитофонную запись, бесстрастно зафиксировавшую все телефонные звонки, поступившие за прошедшие сутки. Обычная рутинная работа. Но что это? Среди потока заявок с просьбами о встрече неожиданно проскочила информация от малоизвестного агента, сообщившего о готовящейся поставке крупной партии осетинского спирта.
Не дослушав запись до конца, опер рванул с докладом к своему начальству. Буквально через пару минут "комната смеха" была битком забита "ответственными лицами" райотдела. Туда же едва ли не за шкирку притащили и опера, чей агент и сделал это сообщение. Молодой опер не на шутку перепугался, когда его начал "допрашивать" сам начальник. Заикаясь, он рассказал о том, что это за агент, когда и при каких обстоятельствах был привлечен к негласному сотрудничеству и с какого боку-припеку он может быть причастен к этой поставке. Дослушав сбивчивую речь опера, начальник распорядился немедленно доставить агента на контрольную встречу и представить перед его светлыми очами.
Доставленный на "кукушку" агент чистосердечно рассказал операм, что накануне днем он пьянствовал со своими приятелями, такими же рыночными торгашами. Во время застолья те бурно обсуждали возможность крупного навара от реализации поставляемой гостями столицы отравы и, жалуясь на нехватку оборотных средств, пригласили его в долю в сем коммерческом предприятии.
Пропив кровно заработанные за день деньги, собутыльники попутно поведали ему, где именно располагается склад.
Госпожа удача сама лезла в руки, и было бы глупо упустить такую халяву. Но для осуществления запланированного не доставало всего лишь одного звена, а именно, как и, главное, на чем вывезти приобретенный товар. Нужен был грузовик, которого, увы, ни у кого из них не было. Да и водителей среди них тоже не было. Они умели только торговать да пить водяру ведрами. Вот и пришли за советом к своему приятелю, совершенно не подозревая, что тот второй год сотрудничает с операми.
В тот же день оперативники облазили всю промзону и, обнаружив тщательно замаскированный под гараж склад, устроили там засаду. Долго ждать не пришлось, поскольку бутлегеры в тот же день договорились с каким-то водилой, которому за работу пообещали канистру спирта. Всех преступников и водилу задержали в момент, когда они загружали машину. А чтобы отвести подозрения от агента, опера запустили "утку", что тайник был обнаружен ищейкой.
Беляш сиял как пасхальное яичко. А как же иначе, ведь это благодаря именно его идее создания телефона доверия было раскрыто такое преступление. Под воздействием эйфории в его голове созрела новая идея. А почему, собственно говоря, не сделать так, чтобы агенты, прознавшие о готовящемся преступлении, не информировали бы об этом по телефону доверия.
Не откладывая в долгий ящик, Беляков пригласил к себе начальника оперативного отдела, которому отдал распоряжение о введении круглосуточного дежурства в "комнате смеха". Опытный опер к этому отнесся с некой долей скепсиса, пытаясь возразить Беляшу о нецелесообразность этой затеи. Да и лишних людей у него не было. А тут, считай, сразу два человека выпадают из рабочего цикла, поскольку один будет сиднем сидеть у телефона, а второй – отсыпаться после суточного дежурства в "комнате смеха".
Но Беляков был настроен весьма решительно и никаких доводов во внимание не принял. В тот же день он добился того, что начальник райотдела узаконил его идею своим приказом. А Белагурова тем приказом освободили от основной работы, назначив ответственным за все, что было связано с "комнатой смеха".
И с этого момента у телефона доверия начался совершенно новый этап. Агенты звонили, дежурный опер заносил звонки в специальный журнал, а Белагуров обобщал наиболее ценную информацию и заносил ее в специальный меморандум, который ежедневно ложился на стол Белякова.
Все бы ничего, но так уж повелось, что у любой хорошей идеи всегда бывает обратная сторона. Вот и с телефоном не обошлось без перегибов. Читая ежедневные меморандумы, Беляш отметил для себя, что не все еще опера и их агенты всерьез восприняли новшество. Он потребовал от Белагурова составить сводную справку, в которой надо было указать количество поступивших сообщений по каждому оперу. После того как многострадальный опер выполнил это распоряжение, Беляков собрал весь оперативный состав и устроил головомойку. Больше всех досталось тем оперативникам, чьи агенты вообще не пользовались телефоном доверия. В конце совещания Беляш пообещал вернуться к этому вопросу ровно через месяц, попутно пригрозив нерадивым операм отстранением от занимаемых должностей с последующим переводом их в физзащиту.
И закипела работа. Телефон доверия трезвонил без умолку днем и ночью. Добавилось работы и Белагурову. Он вынужден был сидеть в "комнате смеха" с утра до ночи, заблаговременно составляя справку-меморандум, которая теперь не умещалась на десяти листах. А народному умельцу пришлось устанавливать в "комнате смеха" еще два магнитофона и аппаратуру многоканальной связи.
Чтобы не иметь неприятностей, оперативники вынуждены были идти на различные ухищрения. Все сообщения, которые получали от агентов, они дублировали звонками по телефону доверия.
Прежде чем писать агентурное сообщение или записку, они звонили на номер и заставляли агента сообщить обо всем в телефонную трубку. Поскольку опера встречались со своими агентами в основном за пределами здания райотдела, то сами звонили по этому номеру и, исказив свой голос, слово в слово зачитывали содержание уже имеющейся "шкурки".
Неизвестно, как долго продолжалась бы вся эта комедия, но на беду Беляшу и его детищу в декабре 1999 года приехал в райотдел грозный заместитель начальника управления по городу Москве.
На выборку заглянул в дела агентов, проверил отчетность по "девятке". Короче говоря, генерал успел сунуть свой любопытный нос во многие дела. Соответственно и бардака он обнаружил нимало, о чем незамедлительно проинформировал Белякова.
Тому бы принять эти замечания как должное и молча проглотить все претензии. Но Беляш решил реабилитироваться и рассказал генералу о новшестве, которое имеется в райотделе, попутно предложив ему посетить "комнату смеха". Так сказать, для наглядности сказанного. Когда Беляш рассказывал и показывал генералу, как осуществляется оперативная связь агентов по телефону доверия, сработала автоматика и из динамика магнитофона зазвучал голос очередного агента, который возжелал сообщить совсем свежую информацию.