Записки пожилого человека
Шрифт:
И помог ему осознать великую силу правды как единственной, главной цели писателя. Той правды, которая неподвластна времени. Ей верно служил Быков, и она останется. Останется как непреходящая ценность и в белорусской и в русской литературе (да, и в русской тоже — он был не только верен ее высоким традициям, но многое наметил, подсказал, что было очень важно для ее развития). Книги его останутся…
А Василя нет. Что поделаешь, пустеет мир, в котором я жил. Нет, надо сказать иначе: мир, которым я жил, который был мне бесконечно дорог. «Уходят, уходят, уходят друзья…»
2003
Это было при нас
Это моя семья: родители, старший брат и я. Помню это время плохо — только как во время разлива Днепра вода подступила к нашей улице.
Моя любимая школьная учительница Нина Всеволодовна Пшеничная. Ее с мужем и его родителями евреями расстреляли немцы.
Старший брат Даниил, дослужившийся до адмиральских погон.
Курсант Высшего военно-морского училища имени Фрунзе.
Ленинград, сентябрь 1941 года.
Несколько дней назад присвоили звание лейтенанта.
28-я армия, Сталинградский фронт, сентябрь 1942 года.
А это уже с погонами.
5-я ударная армия, Южный фронт, май 1943 года.
В Куйбышеве в госпитале, декабрь 1943 года.
С однокашниками-«фрунзевцами» — Евгением Бабошиным и Абрамом Новинзоном.
9 мая 1975 года на берегу Невы перед входом в наше училище.
Этот снимок сделан в Киеве, где мы отпраздновали десятилетие Победы.
Внизу Виктор Некрасов. Первый справа от него — автор этой книги.
Молодожены — с женой Надеждой Мировой (Наей в семейном и дружеском кругу).
1948 год.
А это я с нашей правнучкой.
С Виктором Некрасовым, очень любившим зимнюю Малеевку.
Как-то он писал с грустью мне: "Давно мы на лыжах не ходили, а?"
< image l:href="#"/>С Марком Галлаем мы там много гуляли — ему лыжи были противопоказаны.
В эту пору всегда приезжал умный, ироничный, лукаво-простодушный Александр Бек.
Огромное удовольствие было беседовать с ним.
Борис Балтер построил в Малеевке дом, там прожил последние годы, там похоронен.
Это была замечательная картина, когда он появлялся, сопровождаемый выходящим из себя от счастья Атосом.
Анатолий Аграновский — мы стали друзьями, когда вместе работали в «Литературной газете».
Мои коллеги и товарищи в «Литературной газете» — Бенедикт Сарнов и Станислав Рассадин. В один прекрасный день, разругавшись на летучке с главным редактором, в ответ на его реплику «Попробуйте сами!» стали писать литературные пародии и так увлеклись этим веселым занятием, что даже через некоторое время выпустили книжку.
Генерал Ортенберг, в годы войны главный редактор «Красной звезды», и служивший под его командой Илья Эренбург. Я познакомился с ними в конце пятидесятых, знакомство это стало прочным.
Обложка книжки «Липовые аллеи».
Андрей Тарковский.
Я был редактором трех его фильмов: «Рублева», «Соляриса», «Зеркала».
«Вопросы литературы» отмечают свое двадцатилетие. В этом журнале я работаю уже сорок три года.
Виктор Шкловский с правнучкой Василисой, которой очень не нравилось, что он не читает, а по-своему пересказывает знакомые ей сказки.
Открытие в Киеве мемориальной доски Семену Гудзенко. Справа его школьный товарищ и мой друг с «литгазетовской» поры Григорий Кипнис.
С Василем Быковым и Вячеславом Кондратьевым на вечере памяти Виктора Некрасова.
С Владимиром Корниловым. 1988 год.
С Василем Быковым. Белоруссия, лето 1995 года.
С Даниилом Граниным в Петербурге.
Василий Гроссман на Сталинградском фронте осенью 1942 года.
В одну из встреч с ним мы вспоминали бои в Калмыкии 28-й армии, в которой я служил.
С Алесем Адамовичем и Константином Симоновым в Минске на конференции, посвященной военной документалистике. 1978 год.
С Борисом Слуцким на встрече с Джоном Стейнбеком в журнале «Юность».
С Наумом Коржавиным и Булатом Окуджавой. 1992 год.