Чтение онлайн

– У тебя хоть разрешение на раскопки есть, чадо неразумное?
– Не дав незадачливому собеседнику лишится чувств, поинтересовался я.
– Ага... Вижу, что нету... Ну и что мы с тобою делать будем?

– Что будем делать?
– Нервно переспросил мужик, а затем медленно стал отползать к костру.
– Вы меня есть будите, да?

Я аж словами поперхнулся от подобной глупости. Ну кто ж живых людей ест? Вот тухлую косточку да с мозжечком - это можно, а так на кой он мне сдался?

– Нужен ты мне больно... Слишком уж долго труп твой выдерживать для достижения нужного уровня тухлости придётся. У меня к тебе вот какое предложение. Это даже не предложение, а единственно приемлемый для тебя выход из сложившийся ситуации, раз уж ты покой этих святых мест потревожил.
– Проговорил я, вычищая налипшую на волосы землю.
– Я сейчас составляю письмо, запечатываю его магической печатью, а затем ты бежишь в столицу, прямиком к главному редактору "Черной Искры". Думаю, что они быстро сообразят, что делать нужно, созовут археологов, да все здесь в порядок приведут. Я даже попрошу, чтобы тебе умертвили перед тем как инквизиции передать.

После этих слов я быстро окончил записку и, вручив ее со словами "я за тобой приглядывать буду", отправил так и не пришедшего в себя бедолагу прямиком в город.

Записка третья от 1 2 .01.20**. Доставлена окровавленным гвардейцем.

Здравствуйте, дорогие друзья. Мне все же пришлось заночевать на найденном в лесу капище. Дорога неумолима даже таким видавшим жизнь и смерть существам, как Ваш покорный, но слегка неупокоенный слуга. Каждый шаг пути тратит мой, и так невеликий, запас сил, вложенный в эту скорбную оболочку заботливой рукой Мастера. Так что, к моему и Вашему неудовольствию, данному владыке потустороннего слова необходимо сделать паузу, восстанавливая перед дальнейшей дорогой потраченные за несколько дней силы.

И вот, в ярких лучах рассветного солнце, яростно поджаривающие затылок Вашего покорного слуги, моя тушка шагала по мощеной дороге к Западному Побережью. Приведя в порядок свою одежду, я смело двигался вдоль обочины, не брезгуя приставать к проезжающим мимо крестьянам и торговцам с просьбой "взять с собою усталого путника".

Прошло всего пара монотонных и однообразных дней в пути на запад, а меня уже стали посещать отзвуки смутного беспокойства. Все было как прежде, те же люди, все те же извечные разговоры о ценах на товары и торговых пошлинах, сальные анекдоты о соседних государствах... Ничего нового, лишь более натянутые улыбки и чрезмерно резкие ответы на безобидные шутки.

Дорогие друзья, к вечеру я получил ответ на встревоживший меня вопрос. Зайдя с моими невольными спутниками, бродячими артистами, на постоялый двор промочить горло, мне пришлось стать свидетелем странного столпотворения возле барной стойки. Я конечно когда-то был и сам не дурак выпить, что меня собственно и погубило, но такого тихого "чаепития" что-то не припомню.

– Ну хватит уже парни, говорите, что там?!
– Не выдержал гнетущей тишины хозяин постоялого двора.
– Да отберите вы уже эту чертову бутылку, остолопы! Они же голодные, враз сейчас окосеют и двух слов связать не смогут!

Растолкав зевак, я увидел двух усталых молодых людей, чьи одежды явно знавали лучшие дни. Порванные кольчуги, изодранные в лоскуты плащи, в которых с трудом узнавались небесные цвета императорской гвардии, исцарапанные лица, покрытые корками грязи и крови. Судя по лишь одному изрубленному щиту, да зазубренному палашу, оставшихся на двоих, парни прошли через настоящий ад.

Глядя на отсутствие серьезных ран, кто-то, быть может, посмел бы назвать их дезертирами или трусами, уклонившимися от битвы, но намётанный взгляд Вашего слуги легко подметил лихорадочный блеск усталых глаз и напряженные позы, готовые в одно мгновение взорваться яростной атакой. Даже сейчас, вдалеке от сражения, они готовы убивать. Что тут можно сказать, гвардия императора трусов и слабаков не держит.

Я просто обязан взять у них интервью.

– Так что там случилось, парни?
– Хозяин постоялого двора от волнения начал повышать голос, судорожно тиская в огромных волосатых ручищах бутылку с каким-то пойлом.
– Вы ведь из гвардейцев, приглядывавших за кучкой археологов? Что с отрядом?

– Сдохли.
– Сказал, словно сплюнул желчью, один из солдат, отобрав бутылку у замершего мужика.
– Все сдохли. Только мы с Рэндомом остались.

– А как же Стэн?
– Прохрипел хозяин, с трудом проталкивая воздух через сведенное судорогой горло.
– Брат мой старший... Он в гвардии десятником был!

– Одноглазый что ли? Хороший мужик был. Вместе уходили.
– Медленно протянул до этого молчавший воин, ковыряя кортиком в тарелке с мясной строганиной.
– Жаль только у цербера три пасти, а не одна. Сейчас с нами бы за столом сидел, а не гнил в песках с перекушенной глоткой.

Оставив на столешнице пару золотых монет, говоривший последним встал и, прихватив с собою бутылку, направился за дальний столик.

– Ли, захвати пожрать что-нибудь.

– Хорошо.
– Ответил гвардеец, проводная взглядом своего товарища.
– Хозяин, этих денег вполне хватит чтобы всем присутствующим помянуть павших солдат императора. Пусть гуляют, только к нам не лезут.
– Достав из-за пазухи голубой шеврон с серебряным тиснением и положив его перед трактирщиком, солдат тихо продолжил.
– Это твоего брата. И не злись на Рэндома, Одноглазый спас ему жизнь, закрыв от клыков адской твари.

Молча кивнув, хозяин постоялого двора вышел, сжимая в руке шеврон. Я еще немного посидел, ожидая пока зеваки разбредутся по своим столикам, лакать дармовую выпивку, и направился к притихшим в углу солдатам. Выхватив у недовольно пискнувшей официантки поднос с разнообразной закуской и парочкой кружек пива, мне ничего не оставалось, как в наглую под сесть к гвардейцам. Угрюмый Рэндом, остервенело терзавший тушку кролика и, кажется, даже не заметил моего появления, чего нельзя сказать о его товарище.

– Неужели так сложно понять на кой ляд мы в этот угол забились?
– Ли не мигая смотрел на меня холодным бесстрастным взглядом, хлебнувшего крови солдата, с показной ленцой растягивая слова.
– Мы хотели бы насладится тишиной.

– Сложно назвать этот разворошенный муравейник, обсасывающий ваши слова о демонах как мозговую косточку, тихим.
– С примирительной улыбкой произнес я, не отрывая взгляда от серых ввалившихся глаз в обрамлении красных нитей сосудов.
– Я хочу лишь выполнить долг перед империей...

– О каком хреновом долге ты тут бормочешь, чучело?
– Рэндом, вскинувшийся при моих словах, отбросил недоеденную тушку и вскочил, нависая над столом.
– Ты что, святой отец или сам император?! Я свой долг отдал, когда подыхал в этой богом забытой пустыне, защищая этот проклятый Грааль! Так что заткнись и проваливай в ту задницу из которой ты вылез!

– Рэндом...

– Что, Рэндом? Что?! Пусть все слушают и знают, что...

– Сядь, Рэндом...
– Прошипел гвардеец, прожигая товарища взглядом.
– Это один из корреспондентов столичной газеты. Да еще и зомби в придачу.

Выше всяких похвал, вот такие нынче ребята в гвардии служат. Мало того, что способны с демонами потягаться, так еще и мою профессиональную маскировку с лету разгадывают. Вынув из кармана крошечное зеркальце, я, демонстративно, проверил наличие трупных пятен на физиономии, но все оказалось гораздо проще. Ли откинулся на спинку стула и устало произнес:

– Не переживай, выглядишь ты чертовски живым, а вот твои глаза я никогда не забуду. Мертвенный, неестественно холодный блеск черного агата. Ты как-то брал интервью у нашего капитана и при этом всего пару раз моргнул за получасовую конференцию, так что у меня было предостаточно времени рассмотреть искусно сотворенные неведомым мастером зрачки мертвеца.
– Проведя рукою по сальным волосам, Ли продолжил.
– Хочешь знать, что произошло?