Чтение онлайн

Драматический кружок школы им. Фрунзе в 1927 г. (Руководитель Гринев).

Особенно хорошо помнятся выступления в народном театре «Белорусская хатка», который находился в ста метрах от нашей школы, на Конной площади — бывшем конном базаре.

Конечно, такие театры, как Первый белорусский государственный драматический по улице Карла Маркса, Красный зал по улице Урицкого или театр по Московской улице, нам были не по плечу. Мы изредка там бывали только зрителями и то на галерках. Но в клубе пролетарской молодежи — «Хатке» мы были своими людьми. Смотрели не только кинокартины, концерты, но часто и сами выступали, ставили современные постановки, даже платные.

«Белорусская хатка» — этот народный театр, был очень популярным, особенно среди молодежи. Старожилы помнят, что клуб «Хатка» — это не только сравнительно небольшое деревянное здание. Он сыграл в развитии белорусского театрального искусства огромную роль. В двадцатых годах в «Хатке» ставились пьесы Максима Горького, Антона Чехова, Владимира Маяковского, Янки Купалы, Якуба Коласа. В «Хатке» начинали свой творческий путь такие таланты, как народные артисты СССР Борис Викторович Платонов, Лидия Ивановна Ржецкая, Александр Константинович Ильинский и другие известные в республике артисты.

Мы очень любили «Белорусскую хатку» и с большой охотой играли на ее сцене.

Хоровой кружок школы в 1927 г. (Руководитель П. А. Шишков).

На Конной площади, вокруг «Хатки», мы часто проводили строевые занятия, а на крыльце клуба во время перерывов отдыхали.

В противоположную сторону от школы была площадь с интересным названием — Золотая горка. На ней почти каждое утро мы занимались спортом. Эти две площади — Конная и Золотая горка, были нашим излюбленным местом занятий днем, а вечером здесь курсанты назначали свидания с девушками.

По окончании школы Н. В. Пукальчик работал участковым инспектором в Логойском районе, позже — заместителем начальника милиции Костюковичского района, а потом — начальником милиции Узденского района. Ему не раз приходилось участвовать в ликвидации банд, уголовных шаек и других паразитических элементов. В 1929 году за активное участие по уничтожению банды и поимку ее главаря — резидента польской дефензивы Зубовича в Логойском районе — Николая Васильевича наградили ценным подарком — часами.

В Великую Отечественную войну Пукальчик был на фронте, тяжело ранен.

Член партии с 1928 года. Ему уже под семьдесят лет, но чувствует себя хорошо, работает директором подсобного хозяйства Белорусской железной дороги.

Многие бывшие курсанты нашей школы были на руководящей работе не только районного звена, но областных и республиканских учреждений. Так, полковник Петр Платонович Крюков работал начальником паспортного отдела Министерства внутренних дел БССР. Полковник Александр Леонтьевич Радюк — начальником Пинского областного управления НКВД. Подполковник Иван Васильевич Меженный — заместителем начальника отдела кадров Министерства внутренних дел БССР, а по выходе на пенсию работал в Министерстве иностранных дел БССР. Полковник Александр Александрович Ошуйко до войны заочно окончил Военную Академию имени Фрунзе, а в Отечественную войну командовал дивизией. При освобождении Орши он погиб. В Орше А. А. Ошуйку установлен памятник, его именем названа одна из улиц города.

Состоящий из трудового народа, личный состав школы имени М. В. Фрунзе был в первых рядах защитников своей Родины и в Великую Отечественную войну. Вместе с частями Красной Армии курсанты и преподаватели с боями отходили из Минска на Могилев.

11 июля 1941 года из 250 бойцов и командиров там был создан батальон под командованием капитана милиции Константина Григорьевича Владимирова. Комиссаром батальона назначили преподавателя марксизма-ленинизма Кузьму Филипповича Чернова. В состав батальона вошла и Минская школа имени М. В. Фрунзе.

12 июля командование 172-й стрелковой дивизии поставило задачу — батальону милиции занять оборону в районе деревень Старое Пашково — Гаи, что северо-западнее Могилева, и прикрыть подходы к железнодорожному узлу со стороны шкловского шоссе.

Несколько дней батальон милиции упорно удерживал свой рубеж. Бойцы и командиры, курсанты и преподаватели, несмотря на ураганный огонь артиллерии и минометов, не дрогнули, не отступили. Раненые, способные держать оружие, оставались в боевых порядках. Когда раненым Касьянову и Бурмистренку Владимиров сказал: «Отправляйтесь немедленно на перевязочный пункт, ведь вы обливаетесь кровью!», то они ответили: «Сейчас вся страна обливается кровью, товарищ капитан, и мы никуда не уйдем».

Остался в окопах и раненный в кисть правой руки комиссар батальона К. Ф. Чернов.

Шесть суток без сна и отдыха под непрекращающимся пулеметным, минометным и артиллерийским огнем стояли насмерть бойцы батальона. Гитлеровцы не раз переходили в атаку, но, понеся большие потери, откатывались назад.

День 18 июля 1941 года был особенно трудным. В 14 часов противник бронированной лавиной обрушился на сильно поредевшие шеренги защитников Могилева. Нависла угроза прорыва фашистов к железнодорожной станции, и тогда капитан К. Г. Владимиров, раненный в ногу и голову, поднял остатки батальона в контратаку.

— Умрем за Родину! — с такими словами ринулись вперед бойцы.

Все, кто мог стоять на ногах, поднялись за своим командиром. Схватка была короткой. Пали смертью храбрых капитан К. Г. Владимиров, бойцы — работники милиции Кутаков, Касьянов, Бурмистренок, Каган, Мельников и многие другие. Лишь 19 человек осталось в живых.

Но и батальон уничтожил более 400 фашистов и много боевой техники.

Но вернемся к событиям двадцатых годов.

В первый послевоенный период, особенно в 1923—1927 годы, в Белоруссию забрасывалось много банд с территории Польши. Бандиты убивали партийных и советских работников, грабили магазины в сельской местности, угоняли и истребляли скот, уничтожали хлеб, терроризировали население. А такие главари банд, как Монич и Шевченко, годами были неуловимы. Когда же нападали на их след, они уходили в Польшу, отсиживались там, а потом, выполняя волю своих зарубежных покровителей, снова появлялись у нас и творили свои черные дела.

Особенно возмутительным было убийство в 1927 году заместителя председателя ГПУ Белоруссии Иосифа Казимировича Опанского.

Школа не раз прекращала занятия и выезжала в леса Березины, на Мозырщину, где участвовала в ликвидации банд или преследовала их до границы. К концу 1927 года все банды были ликвидированы.

В 1929 году я прошел переподготовку на курсах усовершенствования командного состава (КУКС) имени Ленина в Ленинграде. Курсы размещались в здании бывшего Владимирского юнкерского училища на Большой Гребецкой улице. Это место знала вся страна. Здесь был последний оплот контрреволюции в 1917 году. В этом здании яростно сопротивлялись остатки юнкеров, кадетов и другое контрреволюционное отребье. Фотоснимок пробитых снарядами стен был помещен в первом Кратком курсе истории ВКП(б) под редакцией Е. М. Ярославского. Теперь здесь учились бывшие кожевники, шахтеры, железнодорожники, крестьяне.

Ленинград мне очень понравился. Чудесные улицы, площади, дома, памятники, парки, красавица Нева и ее набережные. Да разве все перечислишь! Я восхищался Эрмитажем, картинной галереей. Посчастливилось побывать в Кронштадте, в Торговом порту, Народном доме и его парке, в Петропавловской крепости, даже в Монетном дворе.

В том же 1929 году у меня увеличилась семья — родился сын Вова. Как хорошо устроена жизнь! Как хотелось увидеть свою мать и порадоваться вместе с ней!

В 1930 году начальнику школы Александру Васильевичу Атаманову (погиб на Курской дуге в должности заместителя командира дивизии по политчасти) и мне разрешили посетить школы нашего профиля в Москве, Киеве, Харькове.