Чтение онлайн

Когда всё стихло, мы по искалеченному лесу вернулись к штабу.

Дымятся разбитые штабные машины, точно белыми голубями, усеяна поляна листками штабных документов. Подбегаю с Никитиным к разбитой машине, из которой торчит антенна. Рядом из воронки поднимается генерал Рябышев и, взявшись за голову, согнувшись и пошатываясь, идёт к другой большой воронке, в которой за двумя толстыми сваленными деревьями Попель бинтует кому-то голову.

–  Николай Кириллович, цел?.. - спрашивает Рябышев.

–  А? - не отрываясь от дела, как-то глухо переспрашивает его Попель.

–  Цел, говорю?

–  А как же! - улыбается Попель. - Немного царапнуло по мякишам, показывает он, - ив голове какой-то чертополох, а так ничего... А у тебя как, Дмитрий Иванович? - спрашивает он севшего на край воронки Рябы" шева. Тоже отметился?..

Подбежавшие санитары забирают раненых. Попель смотрит на разбитые штабные машины, грустно качает головой, говорит:

–  День начинает портиться...

–  Уже испортился, - прерывает его Рябышев. - Главная рация вдребезги, остальные перекалечены, осталась только одна из оперативного отдела.

–  Тогда нечего сидеть, поедем к Васильеву, - предлагает Попель.

Рябышев приказывает мне вести их.

Не успели мы отъехать, как на штаб стали пикировать вновь появившиеся стаи самолётов.

Во время первой бомбёжки, отсиживаясь в лесу, мы не видели, сколько над нами авиации, а теперь, с дороги, куда ни посмотришь, везде косяки самолётов, всюду - и вдали и вблизи - взрывы. Там горит большой участок леса, там дымятся две рощи. В гуле разрывов непрерывный треск. Это взрываются густо набившиеся в рощи машины с горючим и боеприпасами. Хорошо, что эти машины стояли не у шоссе, а то нельзя было бы по нему проехать.

У дымящихся рощ обращают на себя внимание пятна выгоревшей зелёной травы. Остановились, разглядываем их.

–  Фосфор! - определяет Попель. - Жидким фосфором поливают, вот отчего и лес горит.

Яркий солнечный день стал каким-то жёлтым и тусклым, как во время затмения.

Под Червоноармейском на нас нападают "мессершмитты". Ухожу с шоссе за дома. Моему примеру следует и Рябышев. А где Попель? Мы и не заметили, как он отстал на своём Т-34.

*

Васильева мы нашли на северной окраине Комарувки. Впереди горели Мытницкие рощи, над головой надсадно ревели самолёты, а по степи катились гулы взрывов. Дивизия притаилась у - земли. Только изредка, когда пролетят самолёты, от кустика к кустику перебежит красноармеец или к лесу на бешеной скорости промчатся одна-две машины. Пришлось и нам оставить танки в лесу, около штаба дивизии, а самим испробовать быстроту ног.

Васильев продвинулся с утра на тринадцать километров, достигнул у села Остров речки Пляшувки - притока реки Стырь. Здесь немецкая авиация остановила дивизию, и она с полдня отсиживается в окружающих .рощах. Но это только до вечера. С наступлением темноты, как доложил Васильев генералу, дивизия возобновит наступление до выполнения своей задачи. Одно обстоятельство волнует Васильева. Весь первый эшелон тыла дивизии автомашины с горючим и боеприпасами - сгорел в лесу от бомбёжки. Правда, пока части ни в чём не чувствуют недостатка.

Выслушав Васильева, Рябыщев сказал, что он приехал к нему только из-за отсутствия связи с дивизией. Он приказал расследовать, почему не работала рация, и привлечь виновников к суду.

–  Товарищ генерал, - доложил Васильев, - не только вы, я сам свою собственную рацию не мог вызвать до тех пор, пока не приехал сюда.

–  А почему?

–  А потому, что мой штаб с перепугу, чтобы его не . бомбили, приказал все рации выключить. Вот причина и конкретные виновники.

–  Разберитесь лично, а в следующий раз за отсутствие связи ответите по всей строгости... Да! Помните это...

Узнав, что дивизионный разведбатальон потерь не понёс, Рябышев приказал Васильеву выделить роту в его резерв корпусной разведки.

–  Отправьте мне её на денёк, пусть побудут под рукой... Потом верну. У меня, знаете, авиация половину покалечила, - объяснил Рябышев своё приказание.

Когда я передал это приказание своему комбату, он сказал мне:

–  Вы знаете, где штаб корпуса находится, ну и отправляйтесь в корпус.

Генерал Рябышев, не дождавшись Попеля, выехал в дивизию Мешанина, а я, собрав свою роту, лесной дорогой поехал к штабу корпуса.

На старом месте штаба не оказалось. Те же разбитые машины и те же, похожие на белых голубей, листки из штабных дел, но ни одного живого человека. Поиски вдоль леса не привели к успеху.

–  Да хиба их тут треба шукать! Станем у шоссе на краю местечка, кого-нибудь и впоймаем, - советует Гадючка.

Я принял его совет, расположил роту в посадках и садиках на северной окраине Брод, рядом с шоссе, и стал поджидать, не попадётся ли знающий обстановку командир.

Выставив дежурных на перекрёсток, я подошёл к домику-и увидел здесь уцелевшую корпусную радиостанцию. Она, стояла под навесом.

–  А где штаб? - спросил я начальника станции.

–  Не знаем!

–  А как вы сюда попали?

–  Замаскировались от бомбёжки.

–  А связь с штабом?

–  Ни с кем не имеем. Никто не отвечает на наши позывные, все молчат.

Вспомнив, как объяснил Васильев Рябышеву отсутствие связи, я подумал: "И здесь то же самое, боятся радио, как чёрт ладана".

–  Признайтесь, товарищи, что вы и не думали включать рацию, пока летала авиация? Боялись, да? - "накинулся я на радистов.

Они промолчали. Я приказал им вызвать нашу дивизию. o Через минуту дивизионная рация ответила, что "старый хозяин уехал давно к сыну, а маленький недавно выехал домой". "Значит, Попель едет сюда", - решил я.

От перекрёстка прибежал связной и доложил, что прибыла мотоциклетная рота штаба. Встретив шедшего ко мне командира этой роты, я узнал, что он тоже сбежал со своей ротпй к лес от аииации, потерял штаб, теперь ищет его. Он согласился на моё предложение остаться со мной. Когда мы пошли на перекрёсток за ротой, там уже был Попель. Он стоял с танком под крайним домом у шоссе и задерживал всех идущих в Броды по обеим дорогам - и бойцов и командиров. Люди, чувствуя спою вину, всё оправдывались: идём, мол, в город, потеряли своих командиров.

–  Ну, если вы потеряли, то я сейчас найду их. Я тут бог и старший воинский начальник. Выходи за лес и занимай оборону, - приказал Попель.

Назначив командиров и указав район обороны, он сказал:

–  Рота пополняется за счёт отходящих.

Они шли и дорогами и полем, одиночками и группами, ЛЮДИ неустойчивые, не видевшие настоящей войны и настоящих командирских рук. Некоторые из них сообщают, что немцы взяли в плен двух наших генералов - Рябышева и Мешанина.

Попель стал проверять этот слух по радио. Из двух дивизий ответили, что Рябышева у них нет. Дивизия Мешанина и штаб корпуса не отвечали. Рискуя остаться без мотоциклистов, Попель рассылал их одного за другим на розыски комкора и штаба.