Чтение онлайн

Я была молода и глупа. Он был старше и даже близко не глуп. Отбрасываю это воспоминание и сразу же вновь оказываюсь на том пляже, в ту адскую ночь, и он тоже там…

Я вся дрожу, на ногах у меня кровь, кровь по всему телу.

– Иди в дом, – приказывает он. – Прими душ.

– Нет, – говорю я. – Нет, я…

Он хватает меня за руки.

– Иди, мля, в дом! Делай, как я говорю!

– Нет, черт возьми… Нет!

– Мисс Лав… Мисс Лав!

Моргаю и выпрямляюсь в кресле, понимая, что Техас перегнулась через соседнее сиденье и вцепилась мне в руку с совершенно подавленным видом.

– О боже… – бормочу я. – Я что, кричала?

– Да, – подтверждает Техас. – И довольно громко.

– Вот же млят! – выпаливаю я, а затем поднимаю руку. – В смысле, простите. Мы уже взлетаем?

– Мы уже садимся. Вы весь полет проспали. – Она бросает на меня неодобрительный взгляд и уходит.

Ерзаю в кресле, и папка падает на пол, рассыпав свое содержимое. Наклонившись, тянусь за ней, запихиваю все это добро обратно, и тут мое внимание привлекает фотография татуировки. Смотрю на нее и мысленно возвращаюсь к тому, как лежу на том пляже, а нападавший навалился на меня сверху – мой взгляд прикован к его руке с изображением Девы Марии, изо рта у которой течет кровь. Я так и не узнала, кто это был и почему он пришел за мной. Вместо этого просто сбежала. Но сейчас я не могу сбежать, да и не хочу в любом случае. Мне нужно поймать убийцу. Который, похоже, каким-то образом связан со мной и моим прошлым, причем связь тут далеко не одна.

Сразу после посадки в Нью-Йорке проверяю сообщения на своем телефоне, среди которых нахожу квитанцию об оплате и данные вертолетной службы, которую мне еще надо тут найти, чтобы добраться до Хэмптона. Директор Мерфи явно так и горит желанием потратить деньги на ее услуги, и чем больше я думаю об этом, тем больше меня беспокоит его готовность выложить шестьсот долларов, чтобы ускорить мое продвижение в Хэмптон. Что он знает такого, о чем мне не сказал? Набираю его номер, направляясь к выстроившимся в очередь такси, чтобы добраться до частного аэродрома, с которого мне предстоит улететь, и вызов сразу же переключается на голосовую почту. Поморщившись, сбрасываю звонок, забираюсь в такси и проматываю на экране оставшиеся сообщения, удаляя даже не одну, а целых три записи голосовой почты от Рича, – и делаю это без малейших угрызений совести. Он хороший парень, а вот у меня совершенно не выходит относиться к нему по-хорошему. Ричу нужно возненавидеть меня, а мне – приложить все усилия, чтобы это поскорей случилось. Почему, черт возьми, такого еще не произошло?

Час спустя я уже в вертолете, пролетаю над Лонг-Айлендом, и мои мысли возвращаются к той кровавой сцене в Эл-Эй, которая припомнилась мне в самолете. И я точно знаю, почему мой разум перенес меня туда. Воспоминание было не о том, как я пыталась сбежать от своего прошлого или что в тот день я нашла Рича – или, скорее, это он нашел меня. Это напомнило мне, как тот день привел меня к тому, что я нашла свою зону отстраненности – то место в своем сознании, куда я могу отступить и где кровь и смерть не являются чем-то реальным. Я называю его Иноземьем, и когда мысленно вхожу в этот мир, то совершенно ничего не чувствую. Я просто обрабатываю данные. Просто анализирую. Это здравомыслие. Это покой. Это выживание. И тогда в самолете мой разум подсказывал мне сделать Хэмптон частью этого моего Иноземья. Вообще-то забавная идея, учитывая, что место вроде Хэмптона – это Иноземье и само по себе. Альтернативная вселенная, где богатые и знаменитые живут своей великосветской жизнью и сторонятся тех, кто не соответствует давно предопределенным стандартам, которые известны, но никогда прилюдно не озвучиваются. Вселенная, которая некогда владела мной, контролировала меня. А я не могу допустить, чтобы это случилось вновь. Я могу выжить и обязательно выживу, превратив эту поездку в посещение одного из мест преступления в этом моем Иноземье, а не в возвращение домой.

Легче сказать, чем сделать, решаю я, когда мы приближаемся к деревне Уэйнскотт, пролетая над теперь уже темным силуэтом кладбища, где похоронена моя мать, и миллион воспоминаний – хороших и плохих – сразу же вспыхивают во мне. К тому времени, как пилот сажает нас на асфальт, я заставляю их подчиниться, но сейчас просто хочу поскорей избавиться от этой стрекозы и убраться из этого аэропорта. Выбираюсь из вертолета, хватаю маленькую сумку, которая по-прежнему со мной, и направляюсь по летному полю к выходу. Мой план состоит в том, чтобы взять напрокат машину и добраться до коттеджа в Саг-Харборе, который я забронировала на ночь. Как только я окажусь там, не рискуя попасть на линию огня моей семьи, то постараюсь скрыть этот вечер от всех, кто причастен к этому делу, как и планировала поступить до того, как директор Мерфи объявил о моем визите. Сообщу местным официальным лицам, что я уже здесь, что я устала и увижусь с ними завтра. А сама проведу кое-какие исследования, пока на меня никто по-настоящему не обратил внимания.

Этот отличный план проваливается буквально через два шага за порог терминала, когда я нахожу взглядом долговязого худощавого патрульного, держащего табличку с моим именем. И поскольку территориальный инстинкт местного начальника полиции мне хорошо известен, то я расцениваю подобную встречу не как распростертые объятия, а скорее как попытку с ходу установить контроль надо мной.

Подойдя к мужчине, останавливаюсь перед ним.

– Это я, – говорю я. – Я Лайла. А вы кто?

– Офицер Роджерс. Ширли Роджерс.

Недоуменно моргаю.

– Вас зовут Ширли?

– Да, мэм. Назвали в честь отца. Он был героем одиннадцатого сентября.

– О! – отзываюсь я. – Это явно делает Ширли на редкость уникальным именем. Поблагодарите своего отца за службу.

– Его давно уже нет в живых, – неловко бормочет он.

– Ну что ж, тогда спасибо вам и вашей семье за его службу, – повторяю я. – И передайте своему шефу, что я здесь во плоти и что утром с ним увижусь.

Направляюсь к киоску прокатной фирмы.

– Мисс Лав… Подождите. Пожалуйста.

Парень догоняет меня в тот самый момент, когда звонит мой сотовый. Тянусь за телефоном, пока он по-прежнему делает попытки пообщаться со мной – которые, как пока что не понимает, обречены на полный провал.

– Мисс Лав…

– Я беру напрокат машину, – говорю я, перебивая его, достаю из сумки телефон и вижу на нем номер Мерфи. – Меня не нужно подвозить.

Подхожу к стойке проката автомобилей.

– Лайла Лав, – говорю я, отвечая на звонок без всяких «алло», после чего добавляю: – Я в аэропорту.

Кладу свое удостоверение на стойку перед высокой темноволосой женщиной, которая, к счастью, мне незнакома, хотя в восточной части Хэмптона я знаю почти всех.

– Хорошо, – одобрительно отзывается Мерфи, – потому что вас ждет подарочек. Мертвое тело, подходящее под почерк нашего убийцы.

– Что? – отзываюсь я, принимая бланк от служащей, которую вроде ничуть не волнует мой разговор с кем-то помимо нее. – Вы уверены?

– Только что получил сообщение от шефа местной полиции, который сейчас в Саутгемптоне на какой-то встрече. Кстати, он прислал за вами человека.

– Он здесь, – говорю я, уже мысленно переключаясь на услышанную новость. – Что вы рассказали местным о моем расследовании?

– Вы хотите сказать, вашему брату?

Подколол-таки, гад…

– Да, – говорю я. – Ему.

– Когда стало ясно, что сами вы ему ничего не сказали, я не стал вдаваться в подробности. Он считает, что здесь есть некая связь с серией убийств, которые вы расследуете. Остальное я оставляю вам, но мне нужно быть в курсе того тона, которого вы придерживаетесь.