Записная книжка
Шрифт:
О чем В. М. Чернову не лишнее было бы попросить своих сторонников и защитников, это, – чтобы, когда они о нем пишут, что хоть немного думали о том, что пишут.
А то – «не угодно ль этот финик вам принять»?
«Можно как угодно относиться к личности В. М. Чернова; можно по разному расценивать его политические взгляды и тактику; и можно считать весьма неудачным выбор его председателем, само его председательствование – не сделал подобающаго случаю жеста, не сказал исторических слов (я надеюсь когда-нибудь вернуться к этой теме), – но упрекнуть Чернова в недостатке мужества… Достаточно припомнить его рокамболевское появление, произнесение речи и исчезновение с собрания в Московской консерватории в разгар террора в 1920 г., чтобы по достоинству оценить свидетельство именно по данному вопросу Огановскаго против Чернова.»
«Можно как угодно относиться к личности»… «Рокамболевское появление»… «Исчезновение» Бедный Чернов! Не поздоровится от таких похвал! И этакие аттестаты преподносит защищаемому защитник?! Ну, знаете, видно, что уж именно «можно как угодно относиться к личности В. М. Чернова»! Чернова многие в сем подлунном мире не весьма одобряют, и я сам отнюдь не принадлежу к числу его поклонников. Но, все-таки, сколько помню, никто еще, в полемике, не сравнивал его с Рокамболем: в романе Понсон дю Террайля, сперва архи-жуликом, потом, раскаявшимся сыщиком-добровольцем. Этот приятель из породы услужливых медведей постарался: «хвать друга камнем в лоб!»
Камень N 2 – доказательство «мужества»… «исчезновением».
Да это же цитата из опереттки «Маскотта». Герцог Лоран, во время сражения (за его интересы!), убеждает свою престолонаследницу:
– Дочь моя! Будем мужественны: пойдем и спрячемся в кусты!
Кто бишь это когда то молился:
– Избави, Господи, от друзей, а с врагами я как-нибудь справлюсь.
Несколько не буду удивлен, если В. М. Чернов, усвоит себе эту историческую молитву. Ибо враги его говорят: вот там то и там то тоем то и том то, так то и так то Чернов оплошал и за то мы его не любим и не уважаем.
Друг же возражает… подробным перечнем всего, за что он дозволяет не любить и не уважать Чернова, а, в заключение, выдает ему диплом на действительнаго статскаго Рокамболя и, в доказательство его мужества, выдвигает «исчезновение»!
Кн. Дулебов. Нет г. Бакин, вы, уж пожалуйста, оставьте меня в покое, не хвалите.
Бакин. Почему же, князь? Вы такой почтенный гражданин, образцовый семьянин.
Кн. Дулебов. Да у вас, когда вы так хвалите, всегда как то так выходит, что люди убеждаются, что ваш почтенный гражданин нисколько не почтенный и образцовый семьянин ничуть не образцов…
Опасная эта штука, когда Бакин пишет биографию. Да еще и обещает «когда-нибудь вернуться к этой теме».