Чтение онлайн

Не только родитель твой, но и ты, государь, собственноручно утвердил сию статью при избрании покойного гетмана Скоропадского, обещая цело, свято и ненарушимо содержать постановленный с Хмельницким договор».

23 июня, перед отъездом на войну с Персией, Петр I ответил старшине: «Как всем известно, что со времен первого гетмана Богдана Хмельницкого, даже до Скоропадского, все гетманы явились изменниками, и какое бедствие терпело от того наше государство, особливо Малая Россия; то и надлежит приискать в гетманы весьма верного и известного человека, о чем и имеем мы непрестанное старание.

А пока оный найдется, для пользы вашего края, определено правительство, которому было велено действовать по данной инструкции, и так до гетманского избрания не будет в делах остановки, почему о сем деле докучать не надлежит».

Вельяминов орал на Полуботка: «Что твоя служба против моей? Знаешь, что я бригадир и президент, а ты против меня ничто! Уже ваши старшины велено отменить и поступать с вами по-новому — я вам указ!»

Наказной гетман Павел Полуботок был человеком твердым. Он добился того, что Сенат отдал Малороссийской коллегии приказ знакомить старшину со своими планами и согласовывать их с гетманским управлением.

Полуботок стал сам решать жалобы украинцев на администрацию и суды, чтобы не передавать их в коллегию. н реорганизовал суды, сделав их коллегиальными, боролся со взятками, назначил инспекторов для контроля исполнения своих приказов, призывал старшину к справедливым решениям.

Вельяминов написал жалобу Петру о том, что Полуботок мешает работе коллегии. Император вызвал наказного гетмана в Петербург. С ним поехали генеральный писарь Семен Савич, генеральный судья Иван Черныш, другая старшина. Одновременно, летом 1723 года, император приказал командующему российскими войсками на Украине князю Голицыну отправить казацкие полки на юг — против татар.

В Петербург шли петиции из Украины. Наказной гетман Полуботок со старшиной подали Петру I прошение о возвращении Украине старых прав. Император отправил на Украину Румянцева — «чтобы выяснить, чего хотят казаки и население — сохранения старых украинских порядков, как Полуботок со старшиной, или введения московских порядков — как Стародубский полк».

Д. Бантыш-Каменский писал: «Тщетны были надежды Полуботка и товарищей его получить от государя желаемое решение. Каждый день сенаторы откладывали произнести роковой приговор, целым народом ожидаемый. Влекомый пламенною к отечеству любовью и долгом носимого звания, Полуботок решился пожертвовать собою для своих единоземцев и с сею мыслию, представ, в сопровождении других старшин, пред грозного монарха, произнес ему следующую сильную и вместе дерзкую речь:

«Знаю и вижу, государь, что без всякой причины, по проискам гордого Меншикова, восстал ты на мою отчизну, желаешь уничтожить преимущество, предками твоими и тобою самим торжественно утвержденные, и для приведения в упадок воинственного духа казаков употребляешь их в тягчайшие работы, принуждая рыть каналы, проводимые в обширных твоих областях. Но что огорчительнее всего, ты лишил нас драгоценнейшей свободы избирать по собственному произволу себе гетманов и начальников и, отняв древнее право судить своих соотечественников, определяешь нам судей из граждан великороссийских, которые, не ведая или притворяясь не знающими законов и преимуществ наших, не престают нарушать их при всяком случае и нас угнетают. Неужели, государь, отказывая в должной справедливости, ты думаешь сим воздать Богу благодарение за все успехи, от Него ниспосланные? Ты занимаешься только блеском величия и могущества, дарованных тебе от Его щедрот, не помышляя нимало о Его правосудии. Да позволено мне будет представить тебе, государь, в последний раз, что ты не получишь ни малейшей пользы от угнетения моих соотчичей, и что для тебя не столь славно повелевать ими силами и властью, как быть главой и отцом народа, преисполненного твоих милостей и всегда готового проливать всю кровь свою за твои выгоды и твою славу Знаю, что оковы меня ожидают и что буду ввергнут в мрачную темницу, где оставят меня умереть с голода, но что мне до того? Я говорю за отечество и охотно предпочитаю самую жестокую смерть ужасному зрелищу всеобщей гибели моих единоземцев! Помысли, великий государь, и будь уверен, что отдашь некогда отчет Царю всех царей за несправедливости, оказываемые тобой народу, принятому под твое покровительство».

В ноябре 1724 года Павел Полуботок и его сторонники были посажены в Петропавловскую крепость. Через короткое время Полуботок и два его товарища, Д. Володковский и И. Карпека, умерли.

В памяти украинцев Павел Полуботок остался как один из самых почитаемых героев, который защищал украинскую автономию и заплатил за это жизнью, как храбрый борец за национальную свободу. Под портретами Полуботка, хранившихся в украинских домах как национальная святыня, можно было прочитать его слова: «Защищая Отчизну, я не пугаюсь ни кандалов, ни тюрьмы, и лучше мне горькой смертью умереть, чем смотреть на гибель моих соотечественников».

После смерти Петра I в 1725 году Верховный тайный совет также отрицательно относился к ходатайствам старшины о восстановлении гетманства. Малороссийская коллегия свободно действовала в Гетманщине. Вельяминов докладывал в Петербург о повышении сбора податей на 600%.

В 1726 году появилось признаки войны с Турцией. Меншиков, украинские имения которого также подверглись налогообложению, добился того, что Сенат распустил Малороссийскую коллегию и перевел управление Украиной снова в Коллегию иностранных дел. Сенат издал указ, по которому «для удовлетворения и спокойствия местного населения гетманом должен быть выбран человек достойный и преданный».

В июне 1727 года в Глухов выехал российский тайный советник Наумов с поручением провести выборы гетмана и старшины, 1 октября на Великой Раде новым гетманом был избран 70-летний миргородский полковник Даниил Апостол (1658—1734). Именно его казацкий корпус в начале Северной войны разбил шведские войска генерала Шлиппенбаха под Эрестфером; позже бывший соратник Мазепы, Д. Апостол перешел на сторону Петра I, был прощен и отличился во главе 10-тысячного войска в 1722 году под Дербентом. Новый гетман окружил себя старшиной и полковниками — сторонниками автономии Украины.

В 1728 году Д. Апостол в Петербурге присутствовал на коронации Петра II. В столице были подписаны «Решительные пункты», регламентирующие государственноправовое положение Украины. Не восстанавливая «Статьи Богдана Хмельницкого», пункты все же отменяли часть петровских нововведений на Украине.

1. Суд и расправа оставлены в Малороссии по-прежнему, как изображено о том в Статьях гетмана Богдана Хмельницкого; на сотенные суды установлено приносить жалобы полковникам, на полковников генеральному суду, а на последнего — государю в Коллегию иностранных дел. Сверх сего гетману, как президенту генерального суда и членам оного дана власть наказывать денежными пенями нижних судей, уличенных в несправедливости и лихоимстве, и сими деньгами удовлетворять обиженную сторону.

2. Гетмана выбирать вольными голосами, только с согласия и соизволения государя, от которого единственно зависит и отставка его. Избранный гетман обязан являться в Москву для получения подтвердительной грамоты и клейнодов.

3. В генеральные старшины и полковники также избирать вольными голосами из заслуженных, верных и не подозрительных людей и представлять двух или трех кандидатов на утверждение государю; то же самое делать и при отставке их. В полковые старшины возводить целым полком, а в сотники казакам той сотни и потом на утверждение представлять гетману, который со своей стороны обязан доносить о том государю. Казнить смертию без высочайшего повеления запрещено, равно как и принимать в службу перекрещенных людей; гетману предоставлена власть наказывать виновных полковых старшин и сотников отрешением от мест и лишением даже имущества, но о таковых велено представлять государю.

4. Доходы с города Коропа впредь употреблять на содержание казацкой артиллерии под надзором генерального обозного. О состоянии оной ежегодно доставлять сведение.

5. Расположенным в Украине, для охранения сей страны, великороссийским войскам отводить квартиры с общего согласия главнокомандующего и гетмана; от прокормления же их не исключаются поместья ни российских, ни малороссийских владельцев.

6. Для уменьшения податей, взимаемых с народа, число компанейских полков ограничено тремя, полагая в каждом полку только по пятисот человек.