Чтение онлайн

– Гарик, – обратилась я к работающему в нашей редакции заместителем главного редактора, – если тебе с утра испортили настроение, это еще не значит, что ты должен его испортить и мне! – строго посмотрела на него.

– Понятно! – тут же отреагировал мой жених. – Тебе эта мымра уже доложила? Доберусь я когда-нибудь до нее!

– Ладно, хватит трепаться! – обратилась я к Гарику, протягивая руку. – Пакет давай! Мне переодеться нужно!

– Вероничка! – произнес он мягче. – На твоем платье декольте чуть ли не до самого пупка, а разрез до пояса! Это тебя не смущает?

Я выдернула из его рук пакет, не удостоив своего жениха даже взглядом, и направилась в женский туалет.

Медленно надела платье, засунула ноги в туфли на высоком каблуке. Высохшие волосы причесала пальцами и, закрутив их на затылке, завязала узлом.

Бросила взгляд в зеркало, осматривая себя, но довольна не была. Да, видок еще тот. Как девица легкого поведения.

Но из туалета я вышла уверенной походкой.

Удивительно! Трое мужчин с интересом разглядывали меня, хоть я и держала свернутый пакет с вещами.

– На! – протянула поклажу жениху. – Гарик, подожди меня в машине.

– А ты куда, Вероничка? – поинтересовался он.

– Навещу спасенного, – объяснила я. – Быть может, он в сознание пришел. Так хочется узнать, за что его в мою машину засунули! – перевела взгляд на Стрелкова.

Майор думал, оценивающе разглядывая меня.

– Ну? – не выдержала я.

– Ладно, – снисходительно отозвался полицейский, – пойдемте! Он ведь вам жизнью обязан!

– Не забывайте, майор, – поучительным тоном обратилась я к стражу порядка, поднимаясь на третий этаж, – я журналист! А это уже, – напомнила я ему, – четвертая власть!

В терапевтическом отделении мы подошли к дежурной медсестре. Она сидела за столом и раскладывала по ячейкам лекарства.

– Извините, – обратился к ней Стрелков, – где мы можем найти сегодня доставленного к вам мужчину? Он отравился угарным газом.

– В реанимации, – ответила ему девушка.

– Я схожу к лечащему врачу, а вы подождите меня здесь, – попросил майор и направился в сторону ординаторской.

Я присела на трехместный диванчик, стоявший в небольшой клетке, что напротив плазменного телевизора. Клетку от коридора отделяла упирающаяся в потолок полка, на которой разместили множество горшков с цветами.

Когда шаги Стрелкова стихли, медсестра подняла на меня глаза. Ее взгляд был таким долгим, что я начала беспокоиться. Но сделала вид, что не замечаю ее.

– Вы певица? – спросила она.

– Нет! – ответила я.

– Актриса?

– Не угадали!

– Модель?

– И опять не туда! – улыбнулась я ей.

– Неужели… – медсестра не закончила. Никак не могла высказать свое предположение.

– Вы имеете в виду женщину легкого поведения, путану? – уточнила я и тут же опровергла предположение. – Опять мимо. Я журналистка. Может, слышали когда-нибудь о такой профессии?

– Поверить не могу! – удивилась девушка.

– Я знаю! – согласилась я с медсестрой. – Просто, – пояснила я ей, – на мне вечернее платье, в котором была на Новый год. Понимаете, меня привезли в больницу в халате и тапочках, выбора не было. Пришлось облачаться в то, что было под рукой. Удовлетворила я ваше любопытство? – спросила я.

Медсестра не успела ответить. К нам подошел майор. Девушка снова опустила глаза, а я встала и вопросительно глянула на Стрелкова.

– Еле уговорил лечащего врача, – доложил мне страж порядка, – он с трудом, но все же дал разрешение на посещение вашего спасенного. Я пообещал ему, что мы долго в палате не задержимся! – предупредил майор и осмотрелся. – Думаю, нам нужно облачиться в подобающую одежду… – он подошел к огромной корзине, где горой лежали бахилы. Взяв одну пару, сел на освобожденный мною диванчик. – Что застыли? – обратился ко мне Стрелков. – Это к вам тоже относится! Берите бахилы и захватите халаты! – подогнал он меня.

Когда мы оделись, как и подобает посетителям больных, майор повел меня к реанимационной палате. Она находилась в другом конце коридора.

– Палата номер шесть, – сказал Стрелков, подходя к дверям. Он открыл их, пропуская меня вперед.

Стараясь не стучать каблуками, мы подошли к кровати, где спал спасенный мужчина.

Я подумала, что мы пришли не в то время. Отравленного угарным газом, видимо, накачали снотворным. У нас нет возможности хоть что-то узнать.

– Что теперь будем делать?– обратилась я шепотом к майору.

– Посмотрим, – ответил он мне.

– Я все слышу, – произнес мужчина и открыл глаза.

– Так вы не спите? – обрадовалась я. – Мы сможем с вами поговорить?

– Вы из полиции? – уточнил мужчина.

– Да! – подтвердил Стрелков.

– Нет! – опровергла я предположение.

Взгляд мужчины остановился на мне.

– Кто вы? – мило улыбнувшись, спросил он у меня.

– Я журналистка.

– Эта девушка вас спасла, – вставил слово страж порядка.

– Так значит, вы мой Ангел-хранитель? – снова улыбнулся мне мужчина. – Я вам очень благодарен. Надеюсь, вы спасли не только меня, но и еще одного человека.

– Так, давайте все по порядку! —попросил Стрелков и обернулся.

У окна стоял единственный стул. Поднеся его к кровати, майор вопросительно посмотрел на меня.

Я покачала головой, давая понять, что не хочу садиться.

Тогда майор, удобно расположившись на стуле, снова открыл коричневую папку, вынул протокольные листы и, положив их сверху, приготовился записывать.

– Я вас слушаю! – обратился Стрелков к спасенному. – Давайте сперва вы назовете имя, отчество, фамилию и год рождения.

– Константинов Алексей Вадимович, – представился мужчина, – родился я в городе Ессентуки… в восьмидесятом году. Когда мне было десять, переехал с родителями в Санкт-Петербург. До сегодняшнего дня проживаю в этом городе.

– Что же вы с курортного города прямо в Санкт-Петербург? – поинтересовался майор у Алексея.

– Отец военный, – пояснил ему Константинов, – куда послали, туда и поехал. И нас с собой прихватил.

– Это кого – нас? – решил уточнить Стрелков.

– Меня и маму, – ответил Алексей, – братьев и сестер у меня нет. Я у родителей один. Еще будут вопросы? – посмотрел он на майора.

– А как вы в поселке «Клубничный» оказались? Что вас туда привело? Кем работаете?

Сперва Константинов немного подумал. Он, как я заметила, не собирался раскрывать всех карт. Но признался:

– Есть такая структура в государственном аппарате, которая расследует загадочные, безнадежно запутанные преступления. В этой структуре я и работаю.

– Назвать ее можете? – спросил у Алексея Стрелков.

– Нет! – отказался мужчина. – Я присягу давал, – пояснил он, – о структуре мало кто знает… никто, исключая тех, кто в ней работает. Вы же понимаете, что военному человеку нельзя изменять присяге?