Чтение онлайн

Я не настолько наивна чтобы не понимать, что она говорит это всем, но в данном случае ее типовые «рекламные» слова полностью совпадают с моим ощущением. А еще это и правда чудо, что квартира до сих пор свобода, учитывая то, что в обоих корпусах больше нет ни одной, выставленной на продажу. Я даже на всякий случай попросила знакомую пробить ее по разным базам - на всякий случай. Хотя с новостройками разные квартирные аферы и подводные камни случаются гораздо реже, но ля собственного успокоения. Но с ней все оказалось в полном порядке - ноль жильцов, никаких третьих рук.

Мы поднимаемся на бесшумном, как призрак, лифте.

Девятнадцатый этаж. Щелчок электронного замка, и дверь распахивается, впуская нас внутрь.

И я снова замираю на пороге, как в первый раз.

Квартира встречает светом и воздухом. Она пуста. Абсолютно. Белые, чуть шероховатые стены, наливной пол цвета мокрого песка и огромное, во всю стену, панорамное окно, за которым — бескрайняя, свинцово-синяя гладь моря, сливающаяся с небом на горизонте. Солнце уже почти село, багровые лучи прочерчивают на полу длинные, тающие тени.

Я люблю квартиры-студии за отсутствие рамок и ограничений. А здесь оно по-особенному воздушное - одно большое, открытое пространство, которое еще предстоит наполнить жизнью. Справа - ниша для кухни с выведенными коммуникациями, слева - выход на просторную террасу: легко могу представить себя здесь с чашкой утреннего кофе, закутавшуюся в плед и наблюдающую, как просыпается море. Воздух плотный, густой, пахнет свежей штукатуркой, пылью и совсем чуть-чуть - обещанием новой жизни. Пока еще не очень понимаю, насколько она будет отличаться от предыдущей, кроме вида из окна и сокращением дороги до работы, но даже этого вполне достаточно.

— Ну что, еще один финальный осмотр?
– с преувеличенным энтузиазмом говорит Анна, но я успеваю заметить ее мимолетно брошенный на наручные часы взгляд.

Долго я ее не задержу. Мне нужна просто… еще одна минута.

Делаю шаг внутрь. Каблуки мягко стучат по полу. Каждый шаг отдается где-то внутри, совпадает с ударами сердца. Подхожу к окну, прижимаюсь лбом к холодному, толстому стеклу. Внизу, далеко-далеко, город уже зажег ночные одни, и отсюда они похожи на рассыпанные бриллианты. На медленно, ровно дышащем море замерли корабли на рейде.

Мне здесь максимально… спокойно.

Здесь нет никаких воспоминаний. Ничего не дергает.

Здесь я буду в безопасности. Здесь меня никто не достанет. Ни грязные интриги Резника, ни властное обаяние Форварда-старшего, ни…

Безапелляционно отгоняю эту мысль. Замуровываю ее в самой глубокой шахте своего сознания. Его призрака в этих стенах тоже не будет.

Я не чувствую щенячьего восторга, который, наверное, должна была бы чувствовать женщина, покупающая квартиру своей мечты. Я чувствую только правильно сделанный выбор.

В тридцать три года я стою в своей собственной квартире с видом на море, которую заработала собственным трудом и железной жопой, без помощи мужчин, без наследства, без удачного замужества. Сама взобралась на эту высоту и вид отсюда захватывает дух.

Я ни о чем не жалею.

— Майя Валентиновна?
– голос Анны возвращает меня в реальность. Она стоит у широкого подоконника, где аккуратной стопкой разложены документы.
– Готовы подписывать?

Оборачиваюсь. В ее глазах - профессиональное любопытство и толика женского сочувствия. Она, наверное, видела таких, как я: женщин, которые покупают квартиры не для семьи, а для себя. Не для того, чтобы свить гнездо, а чтобы построить крепость.

Мысленно пожимаю плечами - ну и что? Семья, дети, любящий мужчина - абсолютно не моя история. Жизни пришлось трижды щелкнуть меня по носу, чтобы, наконец, дошло.

Ставлю под договором твердый уверенный росчерк. Несколько кликов в мобильном приложении, и шестизначная сумма улетает с моего счета. На экране появляется зеленая галочка - «Платеж выполнен».

Все. Теперь она моя. Мысленно смеюсь, что так замоталась, что даже безалкогольное шампанское не приготовила.

Анна с легкой ненавязчивый торжественностью вручает мне ключи - два маленьких, холодных кусочка металла на брелоке с логотипом «Аквамарина». Их вес в ладони кажется почти нереальным.

— Поздравляю с покупкой!
– искренне говорит она.
– Если понадобится помощь с дизайнером или бригадой для ремонта, у меня есть отличные контакты.

— Спасибо, Анна, я подумаю.

Мы прощаемся. Она уходит, и я впервые остаюсь здесь одна.

Совершаю еще один променад, но теперь уже как хозяйка. Шаги больше не похожи на пустое эхо - скорее, на присваивающий все это пространство «голос». Уже мысленно расставляю мебель. Вот здесь, у окна, будет стоять большое, глубокое кресло и торшер с мягким, теплым светом. Здесь, вдоль всей стены - книжные стеллажи до самого потолка. А террасу я превращу в маленький зимний сад, с вечнозелеными растениями и удобными плетеными креслами. Прикидываю, что заберу из своей старой квартиры - пару картин, то самое кресло, книги. Все остальное - в утиль. Никакого балласта из прошлого. Никаких вещей, которые помнят чужие прикосновения.

Выхожу на террасу и обхватываю плечи, потому что ветер здесь сильнее. Впервые за долгое время напряжение, с которым я живу последние месяцы, медленно отступает. Здесь так высоко, что оставленные по пути ошметки души и куски разорванного сердца ненадолго кажутся… такими ничтожными.

Жаль, что нельзя задержаться на дольше - нужно еще забрать папин подарок.

Закрываю и вызываю лифт. Когда его двери открываются, из соседней квартиры выходит девушка и я невольно задерживаю на ней взгляд. Она эффектная - высокая, стройная, с копной огненно-рыжих волос, собранных в небрежный пучок, из которого выбиваются тонкие прядки. На ней рваные джинсы с низкой посадкой, обнажающие полоску бледной кожи, объемный свитер и грубые армейские ботинки. На руках, на ключицах, на шее — татуировки, причудливый, темный узор на бледной коже. Ей лет двадцать пять, не больше, и в ней столько дерзкой, непричесанной энергии, что рядом с ней я чувствую себя строгой училкой в своем деловом маленьком черном платье.

Слава богу, что моя соседка выглядит вот так - меньше всего похожей на человека, который будет доставать разговорами о детях, садиках и школах. И она вряд ли полезет интересоваться, почему я до сих пор одна, если «… часики тикают».

Мы заходим в лифт. Тишина кажется неловкой, но девушка нарушает ее первой.

— Привет, - у нее нетипичный, не подходящий ее возрасту, но полностью совпадающий с внешним видом низкий голос

— Здравствуйте, - отвечаю чуть более формально.
– Кажется, мы теперь соседи. Я из сто девятнадцатой.

У нее россыпь веснушек на носу, огромные, зеленые, глаза и прямой, открытый, без тени кокетства взгляд.

— О, круто, - у моей соседки широкая обезоруживающая улыбка.
– Только это не я ваша соседка, а мой парень. Но я, конечно, не против в будущем ею стать.

Она сначала как бы ангельски закатывает глаза, а потом подмигивает.

Я охотно улыбаюсь в ответ, добавляя кивок понимания.

— Кира, - уверенно протягивает ладонь для рукопожатия, - давай сразу на «ты». Я здесь бываю довольно часто.