Чтение онлайн

— Спасибо, Октофан, — улыбнулся Каландрилл.

Фермер кивнул и, обойдя путников, направился к воротам. Он закрыл их и опустил засов. Денфат и второй юноша не сводили глаз с Брахта и Каландрилла. Рыжий пес с раскрытой пастью тоже смотрел на них, готовый наброситься по первому слову хозяина или при первом резком движении.

— Ты осторожен, — сказал Брахт, выливая ведро воды в корыто около колодца.

Октофан молча пожал плечами, дожидаясь, когда лошади напьются, и провел их к длинному низкому амбару. Рыжий пес ходил за ним по пятам. Оба сына также последовали за отцом. Октофан указал на стойла.

— Ставьте лошадей там. Берите сено.

Он отступил, пропуская Каландрилла и Брахта. Расседлав лошадей, они протерли их и набросали им сена в ясли. Он терпеливо ждал и, когда они закончили, сказал:

— Сзади дома — умывальник. Ужин скоро будет.

Они умылись под неусыпным взором сыновей Октофана, затем он поманил их на крыльцо и препроводил в дом. Здесь было прохладно; пол был вымощен тем же камнем, что и стены; из горшков на плите, около которой хлопотала седовласая женщина в поношенном синем халате, поднимался запах мяса и овощей. Она повернулась и посмотрела на вошедших, как и Октофан, без всякого выражения на лице. Каландрилл поклонился; Брахт кивнул.

— За моим столом не должно быть мечей, — сказала женщина.

— Моя жена, Пилар, — представил ее Октофан и кивнул на крючки около двери. — Вешайте их там. Это мои сыновья, Денфат и Иедомус.

Юноши, наклонившись, вошли в комнату и положили луки на стол около стены. Брахт и Каландрилл сняли пояса и повесили мечи на крючки.

— Садитесь. Иедомус, неси пиво.

Они уселись за длинный стол, стоявший в центре комнаты. Октофан сел во главе, сыновья — по обеим сторонам от него, и наполнил пивом глиняные кружки. Каландрилл и Брахт выпили с благодарностью.

— Они едут из Мхерут'йи, — сообщил Октофан жене, когда она ставила перед ними теплый еще хлеб. — Из Лиссе, по каким-то там делам.

— А они не?.. — вопросительно подняла брови Пилар.

— Они обещали заплатить.

Женщина кивнула, словно этим было все сказано. Каландрилл вытащил монету.

— Одного варра достаточно? Мы бы хотели купить у вас провизии в дорогу.

Октофан начал резать хлеб.

— Три варра будет вполне достаточно, — сказал он.

Каландрилл бросил на стол монеты. Октофан взял их, внимательно осмотрел и опустил в карман. Пилар сняла с печи горшок с жарким и стала раскладывать его по тарелкам. У Каландрилла потекли слюнки. В желудке у него заурчало, и он улыбнулся с извиняющимся видом.

— Вы не взяли с собой продуктов?

Октофан перемешивал ложкой жаркое. Каландрилл тут же последовал за ним — он был слишком голоден, чтобы соблюдать приличия. Он не стал придумывать, как доходчиво объяснить, почему они не взяли с собой продуктов. Его выручил Брахт.

— На нас напали, — сказал он, и в общем был недалек от истины, — мы все потеряли.

Фермер и его жена переглянулись. Октофан сказал:

— Дорога от Мхерут'йи до Кешам-Ваджа кишмя кишит бандитами.

Брахт кивнул. Пилар сказала низким сердитым голосом:

— Сафоман.

— Сафоман — это их главарь? — спросил Брахт.

— Угу, — промычал Октофан. — Сафоман эк'Хеннем, чтоб его Бураш разобрал.

— Поэтому вы так осторожны?

Брахт показал на луки Денфата и Иедомуса; Октофан кивнул.

— Сафоман эк'Хеннем в прошлом благородный человек, а теперь бандит. А разве ликтор Мхерут'йи не предупреждал вас?

Брахт покачал головой.

— Нам показалось, что ликтор… не очень к нам благоволит.

— Филомен, — с презрением произнесла Пилар. — Он ничем не лучше Ценофуса. Они должны охранять дороги и защищать простых людей вроде нас, а чем занимаются? Сидят себе в своих фортах и почти не вылезают оттуда, разве что для сбора податей для тирана. И когда они за этим приезжают, то готовы пустить нас по миру. И никогда не платят.

Она коротко улыбнулась Каландриллу.

— Ценофус — ликтор? — как бы между прочим спросил Брахт.

— Ликтор Кешам-Ваджа, — пояснил Октофан. — Он утверждает, что наша земля находится под юрисдикцией Филомена. Но только не тогда, когда приходит время налогов.

— А этот самый Сафоман — местный бандит? — пробормотал керниец.

— Это сын Мандрадуса эк'Хеннема, — объяснил Октофан. — Мандрадус был властителем Файна, но потом занял не, ту сторону в Войне колдунов. Он пал в битве на Каменном поле, и тиран конфисковал все его земли и другие владения. Сафоман поклялся отомстить за отца и объявил себя законным хозяином Файна. Он утверждает, что вправе взимать с путников поборы. И с пастухов тоже, Бураш его побери!

— Ликтор и Сафоман оба требуют с нас оброк, — горько добавила Пилар.

— А тиран что, ничего не предпринимает против бандитов? — спросил Каландрилл.

Октофан глянул на жену и горько рассмеялся.

— Тиран преспокойненько отсиживается в своем дворце, а Нхур-Джабаль далеко от Файна. И пока ему платят налоги, он оставляет все на усмотрение своих ликторов.

— А ни у Ценофуса, ни у Филомена нет особой склонности к битвам, так? — тихо спросил Брахт.

Октофан неожиданно с подозрением посмотрел на него.

— Похоже, вы не слышали про Войну колдунов?

— Я из Куан-на'Фора, — пояснил Брахт. — Я был в Лиссе и мало что знаю о Кандахаре.

— Тиран Иодридус объявил колдовство вне закона, — объяснил Каландрилл. — Кроме тех колдунов, которым он сам дает разрешение; на остальных были наложены серьезные ограничения — дворяне Кандахара получили предписание сдать своих придворных волшебников, и они восстали. Это событие вошло в историю как Война колдунов.

Брахт задумчиво кивнул.

— А у этого Сафомана есть колдун? — спросил он.

— Маг, которого зовут Аномиус, — сказал Октофан. — Ни Ценофус, ни Филомен не рискуют идти против него. Вам повезло, что вы с ним не встретились, когда головорезы Сафомана набросились на вас.

— Да уж, — пробормотал керниец.

— А логово Сафомана где-то здесь рядом? — поинтересовался Каландрилл.

— На севере, — объяснил Октофан. — Хотя он раскинул сети далеко за Файн.

— Будем надеяться, что нам с ним не придется встретиться, — сказал Каландрилл и, вдруг вспомнив, добавил: — Ещё раз.

— Мало кто уходит живым от Сафомана, независимо от того, помогает ему Аномиус или нет, — мрачно сказал Октофан. — Во второй раз вам вряд ли удастся уйти.

— А он что, может быть на дороге? — поинтересовался Брахт.

Октофан пожал плечами, отодвигая пустую тарелку. Пилар встала и собрала посуду.

— Кто знает, где сейчас Сафоман? Может, вы встретитесь с ним, а может, и нет. Молитесь Бурашу, чтобы не встретили.

Он встал и принес трубку и кисет с наркотическим табаком. Денфат и Иедомус вышли, прихватив луки. Октофан предложил Каландриллу трубку, но тот покачал головой; Брахт тоже отказался.