Запретная (не) любовь
Шрифт:
— Во сколько за тобой заехать?
Опа!!! Наконец активизировался личный водитель. Я ждала раньше.
Я обвела взглядом немногочисленных коллег, попытавших свои силы в сегодняшнее утро. Все документы мною уже приготовлены, и с чувством выполненного долга я могу отправиться готовиться встречать Новый год. Кажется, я догадываюсь, где и с кем проведу этот Новый год. Подарок! Я хлопнула себя по лбу. Мною приготовлены подарки для троих близких мне людей. Никто не думал, что нарисуется четвёртый.
Что подарить мужчине, у которого практически всё есть?
Влетела мысль себя. Но это бесспорно. Почему-то хотелось порадовать Алексея, как и других близких мне людей.
— Через час на центральной площади. Буду у фонтана, — настукала в ответ.
Короткое: «Ок» расплылось по телу приятным теплом предвкушения от скорой встречи.
Я собрала документы по своим папкам и, попрощавшись с Максимом и Дарьей Николаевной, выбежала на улицу. У меня всего час на новогодний сюрприз для Лёши и наведаться в ближайшую аптеку.
Я стояла на площади, переминаясь с ноги на ногу, выглядывая знакомую машину. Мороз к обеду стал ещё крепче, и я страшно обрадовалась, когда недалеко от меня притормозил чёрный седан.
— Привет. Давно стоишь? — Как только я присела в салоне автомобиля, Алексей тут же запечатлел поцелуй.
— Минут семь, но за это время порядком уже замёрзла. Мы куда? — Оглядываясь, спрашиваю Алексея.
— На новогодний базарчик, — серьезно ответил Алексей.
— Зачем?
— Хочу красивую пушистую ель. И к ней новогодние игрушки. Вместе нарядим.
Вихрем детских воспоминаний меня занесло на десяток лет назад. Ёлка в гирляндах и разноцветных шарах, и большой подарок, запакованный в красивую обёрточную бумагу. Последний Новый год в его привычных цветных красках и семейном кругу. А потом не стало отца. И вся эта идиллия рухнула почти в одночасье.
— Было бы замечательно.
Глава 18
Глава 18
Лёша с высоты своего роста прикрепил звезду на нашу новогоднюю ёлку. Ёлка получилась стильная, в синих и белых шарах. Всё как в красивых глянцевых журналах, которые я с завистью рассматривала и представляла, что мои новогодние ели будут именно такие.
— Ну как? — я отошла чуть дальше, любуясь результатами двухчасового труда, и кивнула на стильную двухметровую красавицу в сине-белых шарах. Втянула в себя запах, идущий от представительницы семейства еловых. Лёша обнял меня и поцеловал в шею, от чего по телу ворохом пролетели мурашки и от легкого поцелуя тяжелеют конечности и кружится голова. Дико интересна эта моментальная реакция на его прикосновения.
— Шикарно. Ужинаем в «Бресте». Там классная кухня. Ночуем здесь.
— Два часа шарики развешивала. Конечно, шикарна, — и со смешком добавила. — Я уже поняла, что меня домой никто не отпустит. За пижамкой хоть заехать можно?
— Ты прекрасно смотришься в моей майке, — отшутился Алексей.
— Поверь, я смотрюсь прекрасно во всем.
— Бесспорно, — руки Алексея спустились на мою талию, предварительно прочертив по изгибам тела.
— А " Брест". Это что за место?
— Любимое кафе с вкусными немецкими сосисками и чешским пивом.
— Вот как.
— Тебе понравиться.
— Думаю, у меня нет выбора?
— Правильно думаешь.
Я надела свою симпатичную зимнюю курточку, приобретённую накануне, и мы вышли из квартиры на лестничную площадку. Лифт резво опустил нас с высоты десятого этажа. И я, прижавшись всем телом к Алексею, ловлю себя на мысли, что мне нравятся его внушительное тело. С ним я чувствую себя под мощной защитой, и со стороны мы смотримся как влюбленная парочка. Поймала на себе внимательный взгляд женщины средних лет, заходящей в наш подъезд.
Усмехнулась своей мысли, что подъезд, где находится Лёшина квартира, уже считаю нашим. Быстро же. Два дня назад даже слышать не хотела об Алексее, а сегодня уже в обнимку спускаюсь в лифте его дома.
«Брест» оказался достаточно просторным кафе, людным и оживленным. Мы прошли к забронированному столику у окна. Обстановка в светлых тонах и уютный зал мне понравились сразу. Посмотрим, что из себя представляет кухня в этом заведении.
— Ты любишь, чтобы столик был обязательно у окна, — присев, прокомментировала выбор места и листаю меню, которое тут же положили перед моим носом.
Кухня соответствует названию и интерьеру, острая и сытная, обилие копчёностей и колбасок различных видов.
— Айнтопф с копчеными крылышками и картофельный салат, — Алексей захлопнул меню и протянул официанту. — И чешское безалкогольное пиво.
Уфф! Я уже потерялась в названиях немецких блюд. Будем надеяться на хороший вкус моего партнера и блюдо, больше похожее на немецкое ругательство, мне придется по вкусу.
— Как долго продлится этот отпуск?
— Шесть недель. И у меня большие планы.
— Да? — Я удивленно подняла брови.
— Встретить новый год, познакомить тебя с моей матерью, перевезти твои вещи.
На словах «перевезти мои вещи», брови поднялись ещё выше.
— Хмм… А меня кто-нибудь спрашивал, готова ли я переехать в ваши холостяцкие пенаты?
— И ещё мы приглашены к моему другу на день рождение, — невозмутимым тоном продолжил Алексей.
— Надеюсь, друга зовут не Борис? — Спросила, откидывая на спинку мягкого диванчика.
— Нет, Борис, к счастью, не в категории друзей. Просто сослуживец.
Охх… Успокоил. Мерзкую рожу Бориса видеть не хотелось.
— Хорошо. Всё согласовано. Кроме вещичек моих. И добавь в список пару визитов в гости.
— К кому?
— Очень хорошим людям.
— Договорились.
— Ты даже не спросишь к кому именно?
— Мне хочется познакомиться абсолютно со всеми, куда ты меня приведешь.
Официант поднес айнтопф в глиняном горшочке, от которого поднимался аппетитный аромат. Я сглотнула слюну. Впрочем, я толком за сегодня ничего не ела. Холодный кофе на работе и бутерброд всё с тем же кофе из кофе-машины у Алексея в квартире. Официант выставил высокие бокалы со светлым чешским пивом.
— Может, что покрепче?
Я мотнула головой в ответ.
— Нет. Точно не хочу покрепче. А твоя мама в курсе, что ты приведешь меня к ней?
— Еще нет.
— Может быть, она не согласна.
— Поверь мне, согласна.
Я зачерпнула ложкой немецкий коктейль из овощей и мяса. Бесподобно вкусно и сытно, но Лешкин вкус я уже выучила. Много мяса, слегка приправленного овощами.
— Ба! Какие люди! — Я обернулась на громкий мужской возглас.
Возле нашего столика выросли две мужские фигуры ничуть не меньше, чем Лёшина, и своими взглядами тут же поползли по мне.