Чтение онлайн

– Тогда я спокойна, - говорит мама, облегченно выдыхая. – Ладно, не буду мешать… Отдохни, поспи, я позвоню уже утром, - добавляет и мы прощаемся.

– Мама сказала, что ей спокойно, когда ты рядом со мной, - говорю с улыбкой, сильнее прижимаясь к любимому.

– Она знает меня и доверяет мне, - отвечает он, целуя меня в висок.

– Тебя это гложет? Ну, то, что ты не оправдал её доверия? – спрашиваю, прекрасно понимая его чувства.

– Первое время да, меня это беспокоило, поэтому я и держался от тебя подальше… Но тогда тебе ещё не было восемнадцать, поэтому я и держал себя в руках, - вдруг признается.

– Что? – не сдерживаюсь от оклика удивления, слегка приподнимаясь на руках и заглядывая в глаза мужчине. Он мне улыбается.
– Хочешь сказать, что я понравилась тебе давно?

– Ещё в тот день, когда танцевала в моем клубе на барной стойке, - отвечает спокойно.

– О…

– Да. Но я понимал, что это неправильно, что нельзя. И даже огорчился, когда узнал, сколько тебе лет по-настоящему и что ты дочь женщины моего брата, - добавляет.

– Почему?

– Это всё усложняло. Я не имел права тебя трогать… Из уважения к новой жене Игната. Между нами как бы появилась родственная связь… Я должен был это уважать. Но чем больше проходило время, чем чаще я тебя видел, тем сильнее меня накрывало. Переломный момент наступил тогда, когда тебе исполнилось восемнадцать… В моей голове как будто что-то щелкнуло, словно зеленый свет зажегся и очень настойчиво сигналили мне о том, что можно… Чтобы я шел к тебе и брал! Но я сдерживал себя как мог… Клянусь. Только вот всё было тщетно… Всё было тщетно с самого начала. Ты – моя и для меня, и это уже не исправить! Я хочу быть с тобой всю свою оставшуюся жизнь, видеть тебя постоянно рядом, делать счастливой и любить…

– Мммм…, - шепчу удовлетворенно, целуя его в губы. – Такие приятные слова.

Мы целуемся.

– Признаюсь, я не сразу поняла, что меня к тебе тянет, и что ты мне нужен, но когда это всё же произошло, я мгновенно осознала, что кроме тебя мне больше никто не нужен и что ты тот, о ком я мечтала, - говорю в ответ. – Прикосновения других парней меня отвращали, а поцелуи…, - Не успеваю я договорить, как Марк валит меня на диван, накрывая собой. – Ой!

– И когда это кто-то тебя целовал или прикасался к тебе? – рычит. – Кто этот смертник?

– Это был Стас и тот парень на вечеринке Тани… Оба что-то там пытались сделать, но у них ничего не вышло…, - быстро оправдываюсь.

– Ммм, ладно! Поверю. К тому же обоим им и так уже неплохо досталось, - говорит он двухзначные слова, которые, конечно, никак не объясняет.
– Но больше чтобы никому не позволяла к себе прикасаться, иначе будут очень ужасные последствия… Меня только единицы видели в настоящей, жгучей ярости и поверь, тот, кто меня доведет, не порадуется этому! – предупреждает. – Я очень ревнив…

– Это мне предупреждение или…, - я запинаюсь, не договариваю.

– Или, - отвечает Марк, снова целуя. – Тебя я буду наказывать по-другому… За флирт, за острый язычок или за то, что не будешь слушаться, - добавляет, страстно целуя в губы.

– Я вообще-то всегда была очень непослушной, - поддерживаю его игру, потому что снова завожусь от его ревности, тона голоса и взгляда.

– Тогда преподам тебе один урок наперед… Чтобы знала, - хрипит, снова набрасываясь на меня.

Мы ещё раз занимаемся любовью, а затем обессиленные, засыпаем в объятиях друг друга.

А утром я просыпаюсь с температурой и с болью в горле. Не прошло мое вчерашнее купание в холодной воде без последствий… Ну и, теперь получается так, что я не солгала своей маме о болезни… И в этом был хоть один плюс.

Ладно, два плюса… Потому что как только Марк узнал что я заболела, он постоянно был со мной рядом, заботился обо мне и лечил…

Время, отведенное для нас двоих прошло слишком быстро. Мы провели его в одной квартире. Марк заботился обо мне, лечил, постоянно был рядом и только изредка уезжал по слишком важным делам.

Я болела три дня, ещё два дня мы наверстывали упущенное время (потерянное из-за простуды), практически не покидая кровать.

Макса все эти дни не было, он не появлялся, а мама во время телефонного разговор, никак не проявляла того, что он мог ей о чем-то рассказать или хотя бы просто намекнуть обо мне и Марке.

Мама и Игнат возвращаются домой внезапно, без предупреждения. Это было ближе к обеду.

Мы провели с Марком последнюю ночь вместе, только покинули кровать, заказали на дом еду и сидели на кухне, насыщаясь после жаркой ночи. В этот момент замок входной двери клацнул и дверь отворилась. В квартиру вошла мама с Машей на руках и Игнат, который в одной руке держал Дамира, а во второй две огромные, дорожные сумки.

– Доча? – позвала мама с порога, заставляя меня напрячься и взглянуть на Марка, который сидел напротив меня в одних спортивных штанах. Я же была в халате (к счастью), а не обнаженная. – Наверное, ещё спит, - слышу шушуканье мамы, а затем следует её звонкий смех. Игнат оставил сумки возле двери и, схватив маму за ягодицу, легонько сжал.
– Игнат, прекрати! – бросает она, хихикая словно девочка. Счастливая и невероятно красивая.

Дальше она, окидывает квартиру взглядом и наконец-то замечает меня в проеме двери в кухню.

– О… Милая, ты тут? – удивляется, заметно покраснев. Конечно, она поняла, что я увидела заигрывания Игната. – А мы сюрприз хотели сделать, приехали невзначай…

– Сюрприз удался, - говорю с улыбкой, приближаясь к родным и обнимая их по очереди. – Как отдохнули? Всё хорошо?

– Да, все просто великолепно! – радостно говорит она, направляясь в детскую. – Сейчас мы спящую малышню отнесем, тогда вернемся и я всё расскажу, - говорит она с весельем, скрываясь с Игнатом в спальне.

Как только они уходят, ко мне приближается Марк и обнимает сзади за талию.

– Ну что… Сделаем и мы им сюрприз? – спрашивает оптимистически, целуя меня в макушку.

Я согласно киваю, твердо настроенная на этот серьёзный шаг.

– Но для начала, давай оденемся, - предлагаю.

Мы идем в спальню и одеваемся. А затем вместе заходим в гостиную, где меня уже ожидали мама и Игнат.

– О… Марк, ты тоже тут? – удивляется мама, направляясь к нему на встречу и заключая его в объятия. Игнат тоже его приветствует, но как-то подозрительно при этом смотрит… То на него, то на меня. Догадывается?

– Милана болела, и я не мог её оставить, - отвечает он, спокойно и уравновешенно. Он никогда не нервничает. А вот я… Меня вдруг начали одолевать сомнения и страх. – Но главная причина, почему я здесь, вместе с Милой, не её болезнь, - говорит, выдерживая короткую паузу. – Нам нужно вам кое-что сообщить, - добавляет, и мама растерянно смотрит на Игната. Кажется, понимает, но не верит.

Не хочу бросать любимого «отстреливаться» самому, поэтому решаю вмешаться, помочь ему и одновременно дать понять, что я с ним, что я не передумала. Приближаюсь к нему, беру его за руку и сплетаю наши пальцы.