Запретные игры с Боссом
Шрифт:
Откуда вдруг всплыло слово «сексуальной»? Для меня самой это осталось загадкой.
Послушавшись, я прошла вперед и села в одно из двух квадратных кресел цвета шампанского.
От меня, разумеется, не ускользнуло, как бесцеремонно мой новый начальник изучал мои ноги, пока я делала эти несчастные пять шагов. А затем его лицо расплылось в хищной ухмылке.
По спине пробежала стайка нелепых мурашек. Я подумала, что этого человека точно подменили.
А вдруг у Антона есть брат-близнец, и они решили устроить здесь игрища? Разыграть какую-нибудь комедию, как обычно делают Агния со Златой?
Иначе я просто не могла объяснить, почему человек, которого я видела всего один раз в жизни, сейчас казался мне совершенно другим.
Это случилось около месяца назад. В нашей галерее проходил гала-вечер, на который съехались большие начальники из разных филиалов.
В тот день я потратила полдня на то, чтобы замаскировать предательский прыщ, выскочивший у меня на лбу. Словно он хотел напомнить мне, что все вокруг поголовно врут, когда утверждают, будто после подросткового возраста прыщи исчезают навсегда.
К слову, уже полгода я переписывалась с коллегой из другого города. Мы дошли до того, что обменивались «взросыми мемами» и чередовали откровенный флирт с намеками. Мы не спрашивали друг друга ни о возрасте, ни о другой личной информации.
При желании, мы оба могли найти все необходимые сведения друг о друге в рабочем справочнике. И я была уверена, что мой виртуальный друг — мужчина около сорока пяти лет, который, судя по фотографиям, выглядел для своего возраста просто великолепно.
В тот вечер мои глаза отчаянно блуждали среди незнакомых лиц в поисках таинственногозрелого красавца. Но мое внимание против воли приковал Антон. Хотя я тщательно скрывала этот факт даже от подруг.
Скрывала, потому что всегда считала, что для серьёзных отношений нужно выбирать мужчин постарше. А тот, от одного взгляда на которого у меня во рту невольно начинала собираться слюна, был слишком молод.
На нем были темные джинсы, идеально выглаженная голубая рубашка и стильный льняной пиджак. Он оживленно беседовал с каким-то незнакомцем и выглядел невероятно расслабленным и уверенным в себе. При этом вокруг него словно клубилась завораживающая энергия, к которой так и хотелось прикоснуться.
Я заставила себя отвернуться от него. А спустя всего десять минут поняла, что мои фантазии рухнули в одно мгновение.
Он вдруг оказался прямо передо мной. Протягивал мне откуда-то взявшиеся в его руке цветы. И с улыбкой милого щеночка утверждал, что этоОн. Антон. Тот самый человек, с которым я переписывалась последние полгода!
Мне стоило огромных усилий скрыть свое удивление. И удержать за зубами главный вопрос: почему он такой молодой?!
Меня в тот момент обозлило абсолютно все. И то, что я ошиблась в его возрасте. И то, что я вообще ошиблась в нем, представляя его этаким «темным рыцарем», а он оказался улыбчивым «золотым мальчиком», демонстрирующим миру свои безупречные тридцать два зуба.
Стоит ли говорить, что я без колебаний ответила отказом, когда он пригласил меня на свидание?
Я прекрасно знала, что мужчины в большинстве своем очень болезненно реагируют на отказ. В ход идёт всё: от слезливых уговоров до оскорбительных слов в духе «Да кому ты вообще нужна, уродина!».
Ну, во всяком случае, именно так подсказывал мой личный опыт. И я усвоила одно важное правило: никогда не оправдывайся и уж тем более не пытайся доказать, что ты не «уродина».
Но Антон повел себя неожиданно достойно. Выше всяких похвал. И даже заработал несколько дополнительных очков в моих глазах.
Он задумчиво посмотрел на меня, слегка усмехнулся и, сказав:
— Так и знал. Хорошего тебе вечера, Рада, — кивнул на прощание и отошел в сторону.
И весь остаток вечера он ни разу не попытался вновь заговорить со мной, «случайно столкнуться» в коридоре или… хотя бы тайно взглянуть в мою сторону.
Я периодически бросала на него украдкой взгляды, чтобы убедиться, что он точно не смотрит. И он, зараза, действительно не смотрел.
Домой я вернулась в полном смятении. Точнее: расстроенная и злая. Очень злая.
Подруги в переписке наперебой советовали дать ему шанс. Но я по-прежнему была уверена, что связь с молодым, хоть и очень симпатичным мужчиной, совсем не то, что мне нужно. И оставалась непреклонной.
А потом он неожиданно написал: «Был рад познакомиться с тобой вживую».
Я перечитала тысячу раз. И проигнорировала это дурацкое сообщение.
А потом…
Я шла по галерее, когда вдруг навстречу мне вышел Антон. Яркий солнечный свет пробивался сквозь огромные окна. Слепил глаза. Заполнял все пространство.
— Ты моя, — жестко заявил он. — И тебе от меня никуда не деться
— Это мы ещё посмотрим, — дерзко ответила я, высокомерно вскинув подбородок.
Он медленно наклонился ко мне. Я замерла. Сердце затрепетало в предвкушении поцелуя. Но он лишь самодовольно усмехнулся. А затем безжалостно разорвал мою юбку и отшвырнул ее в сторону.
Я оцепенела. Застыла. Потрясенно посмотрела ему в глаза.
Антон, не меняя выражения лица, властно скомандовал:
— Не смей двигаться.
Потом одним резким движением разорвал мои кружевные стринги и медленно провел пальцами по возбуждённой плоти, которую мне не удалось бы скрыть даже под плотной тканью.
Я невольно закрыла глаза, неистово желая поцелуя. Но, открыв их, увидела, как мужчина опустился на колени. Он пронзил меня похотливым взглядом, от которого по телу пробежала волна жара. Кровь забурлила. И в тот же миг его горячий влажный язык коснулся моих влажных губ. Я громко застонала от удовольствия. А затем внезапно проснулась в своей кровати, корчась от яркого оргазма.
— А я ожидал чего-то другого, — иронично произнёс мой новый начальник, возвращая меня в суровую реальность.
Мои щёки вспыхнули от стыда. Как я могла вспомнить этот дурацкий сон?! Да еще и сейчас!
— Чего же именно? — с трудом выдавила из себя.
— Что ты продолжишь ходить на цыпочках, — он хитро усмехнулся. —Дюймовочка.
Теперь уже гнев окрасил моё лицо багровым румянцем.
— Меня зовут Валейская Рада Самсоновна, Антон Георгиевич. Вы, должно быть, немного запамятовали, — как можно более холодно отрезала я.
— Я всё прекрасно помню,Дюймовочка, — с усмешкой ответил он и, с грацией дикой кошки, обогнул свой стол.