Запретный Наследник
Шрифт:
Райкер снова поднимается выше, осыпая поцелуями мою разгоряченную кожу. Его губы находят мою грудь, и он слегка прикусывает сосок, посылая новый электрический заряд прямо в мой трепещущий центр. Желание снова начинает медленно нарастать.
Наши движения становятся нежнее, руки исследуют друг друга. Я наслаждаюсь ощущением его мышц под загорелой кожей, пока мои ладони скользят по его спине и ягодицам.
Я раздвигаю ноги шире, Райкер устраивается между ними, и ощущение его плоти, прижатой ко мне, заставляет дыхание перехватить. Мечта становится реальностью.
Взгляд Райкера встречается с моим, когда он замирает у самого входа. В груди поднимается волна эмоций, когда он входит в меня одним длинным, уверенным толчком. Моё тело выгибается от того, насколько это потрясающе. Моя грудь прижата к его груди, и умопомрачительные ощущения вырывают у меня стон, пока мои пальцы впиваются в его спину.
— Наконец-то, — шепчу я, жадно глядя на него. Я вскидываю руки и крепко обхватываю его шею. Приподнимаю голову, и наши губы сливаются в жадном поцелуе, когда он начинает двигаться, толкаясь глубоко внутрь.
— Ты такой… — шепчу я, задыхаясь, ему в губы. — Боже, сильнее.
Всё его тело движется в такт моему, наша кожа запоминает каждое касание друг друга.
— Черт, Дэнни, — стонет он. — Ты так течешь для меня.
— Чувствовать тебя внутри… — я судорожно вдыхаю, — это рай.
Райкер хватает меня за бедро и начинает двигаться — упоительно жестко и быстро.
— Райкер, — стону я, чувствуя, что оргазм совсем… совсем… совсем близко, пока звуки наших тел заполняют комнату.
Его рука скользит между нами, лаская меня, и мне кажется, что моё тело распадается на части, взрываясь удовольствием. Я издаю звуки, которых, уверена, никогда раньше не издавала.
Его тело содрогается. — Я люблю тебя, Дэнни. Так чертовски сильно.
Я смотрю на лицо Райкера, наблюдая, как его черты заостряются, когда он изливается внутри меня. Он никогда не выглядел более горячим, чем в этот момент. Сжатая челюсть, потемневшие от наслаждения глаза, закушенная нижняя губа.
Мать твою, он выглядит как бог секса.
Затем его выражение лица смягчается, в нем появляется что-то похожее на благоговение. Я подношу руку к его щеке и шепчу: — Я тоже тебя люблю.
Райкер замирает, оставаясь глубоко внутри меня, наклоняет голову и целует меня до тех пор, пока на меня не накатывает сонная нега.
В какой-то момент он отстраняется, наваливается на меня вполоборота, и мы оба проваливаемся в сон.
РАЙКЕР
Когда я просыпаюсь, в комнату бьет чертовски яркий свет. Я щурюсь и, не узнавая мебель вокруг, прижимаю ладонь к гудящей голове.
Постепенно чувства возвращаются, и ощутив рядом с собой обнаженное женское тело, я резко открываю глаза. Мои губы приоткрываются, когда я вижу Дэнни, лежащую наполовину на мне. Голую.
Мать твою.
Она начинает шевелиться, и каждая мышца в моем теле каменеет. Я не могу не чувствовать её грудь на своей коже и её лоно, прижатое к моему бедру. Это сенсорная перегрузка, от которой я становлюсь твердым как сталь за доли секунды.
Приподняв голову, Дэнни моргает пару раз, и её взгляд встречается с моим. Я наблюдаю, как по её лицу пробегает волна шока, а затем она резко вскакивает на колени, открывая мне умопомрачительный вид на своё идеальное тело.
Боже, её грудь.
В памяти вспыхивает воспоминание о том, как я ласкал её соски губами. Вкус её самой. То, как я толкался в неё, глубоко и жадно. То, какой мокрой она была для меня. Её оргазмы… оба.
Жар разливается по мне лесным пожаром, но прежде чем я успеваю сфокусироваться на чем-то еще, она закрывает рот ладонью и шепчет:
— Не-е-ет… я всё испортила.
Её взгляд опускается на мою грудь, затем на пресс, после чего она снова резко смотрит мне в лицо. И слава богу. Не думаю, что она сейчас готова к виду моего вставшего члена.
Прочистив горло, я произношу:
— Не паникуй.
В истинном стиле Дэнни, она начинает паниковать, спрыгивает с кровати и несется в ванную. Я успеваю заметить её идеальную задницу, прежде чем дверь с грохотом захлопывается.
— О боже. О боже. О боже.
Наступает тишина, а потом она начинает заново:
— О боже. О боже.
Я поднимаюсь с постели, голова немного кружится. Подхожу к двери: — Перестань паниковать.
— Как я могу не паниковать?! — визжит она.
— Мы слишком много выпили и занялись сексом. Давай это обсудим, — бормочу я. Глядя в закрытую дверь, я начинаю вспоминать всё больше подробностей ночи.
Каждый прекрасный дюйм её тела.
То, как я входил в неё.
Я закрываю глаза, вспоминая, как это было хорошо.
«Я тоже тебя люблю».
Глаза распахиваются, сердце начинает ускоряться.
Она не видит во мне просто лучшего друга своего младшего брата. Черт, она чувствует то же самое. Прошлая ночь — прямое тому доказательство.
Надежда взрывается внутри меня.
Я наконец-то могу быть с женщиной, которую люблю.
Вернувшись к кровати, я нахожу свои боксеры и натягиваю их. Собирая одежду Дэнни, я невольно улыбаюсь, видя черные трусики-шортики и белый лифчик. Это так на неё похоже.
Я возвращаюсь к ванной и стучу.
— Твоя одежда у меня.
Она приоткрывает дверь — ровно настолько, чтобы просунуть руку, и это вызывает у меня смешок.
— Перестань смеяться. Это вообще не смешно! — огрызается она.
Когда она снова закрывает дверь, я надеваю остальное. Найдя свою футболку в гостиной, я натягиваю её и иду в кухню. Ставлю воду для кофе и жду, пока закипит.
Приготовив кофе, я несу кружки в спальню и сажусь на кровать.
— Кофе готов.
Дверь открывается, и выходит Дэнни. Выглядит она так же паршиво, как чувствую себя я.
Она берет кружку и садится рядом.
— Спасибо.
Неловкое молчание заполняет комнату, пока мы прихлебываем горячий напиток.
Когда Дэнни допивает, она прочищает горло:
— Ты что-нибудь помнишь?
Каждое. Чертово. Мгновение. Её вопрос заставляет меня нахмуриться.
— Да… а ты?
Она сидит неподвижно пару минут, а затем произносит:
— Почти ничего.
— В смысле — почти ничего?
Она жмет плечами.
— На самом деле — очень мало.