Чтение онлайн

Резко подскочив с места, я за долю секунды оказалась рядом с ним, тесно прижавшись к его крепкому сильному телу.

– Антон, Антон посмотри на меня?
– обхватив его лицо ладонями, я впилась нежным, любящим взглядом в его болезненно-сверкающие глаза.
– Всё хорошо, слышишь? Всё уже хорошо.

– Знала бы ты, как всё плохо, - прерывисто вздохнув, он теснее прижал меня к себе, уткнувшись носом мне в волосы и с жадностью вдохнув в себя их запах.
– Насколько я помню, мама ругалась с ним только из-за меня. Когда он приходил к нам, он всегда с отвращением смотрел на меня, и пытался вышвырнуть в другую комнату, или вовсе из квартиры. Помню, мама всегда заступалась. Только в таких ситуациях она осмеливалась идти против него. И именно в один из таких случаев он первый раз её ударил. Это случилось при мне. Тогда оставалось всего две недели, до первого сентября, мама усадила меня к себе на колени, и весело смеялась от моих попыток прочитать какой-то стишок. Он завалился как всегда бухой в стельку и донельзя озверевший. Скинул со стола все мои игрушки, и начал орать на маму из-за того, что ужин ему, видите ли, не разогрели...Я, точно не помню, что было дальше. Она ему, вроде что-то спокойно сказала, и попыталась увести меня в другую комнату. Он перегородил ей дорогу, отбросил меня в сторону, так что я ударился головой о ножку стола, и дальше, прежде чем обернуться и испуганно уставиться на зажимающую щёку ладонью маму, я услышал только глухой звук удара.

По мере того, как дальше заходил его рассказ, я всё больше ощущала, нарастающую с каждой секундой крупную дрожь, пробивающую всё моё тело. Все мои мысли, в раскалывающейся на миллионы маленьких частей голове, были поглощены лишь одним вопросом. Откуда берутся такие звери? И куда, чёрт побери, смотрело (да и сейчас чего скрывать, смотрит) наше правосудие?

– С того дня, мама всегда старалась закрыть меня в своей комнате, когда этот ублюдок заваливался к нам в квартиру. Я не видел, что происходило между ними, но каждый раз, когда я слышал его маты, а затем, непременно следующие за ними звуки ударов, сопровождающиеся мамиными вскриками, я до боли, сжимал в руках своего медвежонка, и пытался сдержать подступающие к глазам слёзы. Не знаю почему, но уже тогда, будучи ещё совсем ребёнком, я старался не давать воли эмоциям даже наедине с собой, - запрокинув голову кверху, Антон потёрся подбородком о мою макушку, что-то беззвучно буркнув себе под нос. Сжав ладони в замок за его спиной, я пыталась повторить тот же подвиг ребёнка, сдерживая душащие моё горло слёзы.
– Долго весь этот кошмар не протянулся.

– Он оставил вас в покое?

Как я не пыталась, пересилить себя не смогла. По щекам катились обжигающие слёзы, а голос дрожал от страха... Я хотела узнать продолжение, и вместе с этим желала остаться в неведении. Зачем мы начали этот разговор? Антону ведь так тяжело вспоминать о своём детстве...а мне? Нужна ли мне вся, правда, о его жизни? Ведь мне будет достаточно просто быть с ним рядом, и знать, что сейчас у него всё хорошо.

Приподняв моё лицо за подбородок, Антон взволнованно посмотрел в мои мокрые от слёз изумрудные глаза. Нежно стерев каждую кончиками пальцев, он высушил дорожки слёз своими губами.

– Ну, ну, детка не нужно. Я не могу смотреть на то, как ты плачешь, - крепко прижав меня к себе, Антон поцеловал меня в макушку.
– Ты права милая, всё уже закончилось. Сейчас всё хорошо, - нежно поглаживая меня по спине, успокаивающее пробормотал мне в волосы Антон.

Я знала, что он это делает, только для того, чтобы я перестала волноваться. Я прекрасно понимала, что за его детством, потянутся более страшные события его жизни.

– Что произошло потом? Он ушёл?

– Ну, да, ушёл, - нервно усмехнулся Антон, теснее прижав меня к себе.
– В тот день, мама в очередной раз заперла меня у себя в комнате, и пошла его встречать. Сначала всё было как обычно. Крики, ругательства, звуки ударов, а потом, как-то резко всё стихло. Последнее, что я слышал, это как с грохотом захлопнулась входная дверь. Я тогда думал, что мама придёт ко мне, и как обычно крепко обнимет, попытавшись спрятать опухшие от слёз глаза. Но она не приходила...День, второй, третий...Помню, я так сильно хотел есть...

– А, потом?
– тихо прошептала я, уткнувшись заплаканным лицом в его часто широкую, всё ещё влажную, от нашей внезапной вспышки страсти, грудь.

– Потом свернувшись калачиком на кровати, я увидел на пороге комнаты тётю Катю и нескольких полицейских.

– А маму?

Его гладящая меня до этого момента рука по голове, на секунду застыла в невесомости. Что-то беззвучно прошептав, Антон ответил мне стальным голосом:

– А маму я больше никогда не видел, - до боли прижав мою голову к своей груди, он поцеловал меня в макушку.
– Врачи, констатировали смерть в результате несчастного случая. Мне, правда, до сих пор интересно, как отёк головного мозга, можно было перепутать с ножевым в шею?

– Тебя отдали в детдом?
– тут же спросила я охрипшим голосом.

Не хочу! Не хочу, чтобы он снова вспоминал о смерти матери! Не представляю, что может быть хуже? Разве я бы такое смогла пережить?

– Нет. Тётя Катя взяла шефство, - первый раз за последние полчаса, на его чувственных губах заиграла лёгкая улыбка.
– Хорошая она была женщина. Добрая, умная, весёлая. Мама её очень любила...Только одинокая вот. Детей своих не было, и незамужняя была.

– Была, а почему была?

– Умерла два года назад, - вновь нахмурившись, сквозь стиснутые зубы прошептал он. И я в ту же минуту пожалела о поспешном вопросе. Самой, что ли трудно было догадаться?

– А, что случилось потом?
– вопрос помимо воли слетел с моих губ. Я всё ещё сомневалась, а хочу ли я на самом деле узнать ответ на него?

– Я пошёл в школу, начал усердно зубрить все предметы, и это конечно дало, свои плоды. Золотая медаль, которая мне к чертям не сдалась. С того самого дня, когда я понял, что маму больше не увижу, я начал жить чувством мести. Хотел заработать много денег, а вместе с ними и власть...Бандитские группировки к тому времени уже распались, и авторитеты их лидеров заметно подпали. Большинство из них уже сидело за решётками, многие и в могилах гнили. А он сволочь жил. В бизнес мразь ушёл. Крупным предпринимателем стал. А, что самое колкое был вполне себе счастлив, растя вместе с любимой женой ненаглядную дочку...
– на последних словах его голос дрогнул.

Подняв на него встревоженный взгляд, я увидела в его невозможно синих глазах дикий ужас и презрение. Если первое я ещё могла понять, то второе...к кому он чувствует такое отвращение? Почему-то мне кажется, что не к тому выродку, а к самому себе...

– Я хотел ему отомстить. Я столько раз строил планы, как это сделаю. Ярослава, я хотел отомстить ему, а, не...
– шумно выдохнув, Антон, закрыл глаза, часто задышав.
– Тогда, семнадцать лет назад, я думал, что сначала сделаю из себя 'человека', а потом уже уничтожу его. Но одна случайная встреча, с одним мужчиной, произошедшая при трагических обстоятельствах, перечеркнула все мои планы.

– С каким мужчиной?

– Он меня тогда в какой-то степени спас, и из-за его же появления я решился на более радикальные действия. Действия, которые вылились в самую страшную ошибку в моей жизни.

Глава девятая

Все мысли смешанные в одну кучу навалились на меня снежным комом. Я не понимала ровным счётом ничего. О каком мужчине он говорит? При каких трагических обстоятельствах они познакомились? И, что эта за страшная ошибка, о которой он боится рассказать мне?

– Антон, я ничего не понимаю...

– Я уже говорил тебе, что учёбе уделял много свободного времени, но это вовсе не означает, что я был ботаником или заучкой. Наоборот, ночи напролёт я проводил в шумных ночных клубах или просто шатался по улице в нетрезвом состоянии, разумеется. Тем вечером мы с другом решили поехать в 'Аквамарин', обмыть так сказать его новую машину - подарок отца на совершеннолетие. Но к нему без предупреждения нагрянули родители его девушки, с которой они жили вместе. Ну, и понятно, если бы он тогда пришёл бухой под утро, они бы явно остались о нём не лучшего мнения, - обогнув комнату, Антон присел на кожаный диванчик, находившийся у самой двери, и устремил задумчивый взгляд в окно.
– Он предложил мне взять его машину и поехать одному. Я согласился.