Чтение онлайн

— Например?

— Тебе придётся постепенно осваиваться, с моей помощью, в компании отца.

— Да, без проблем, — легко соглашается, поскольку интересует её совсем другое, — Надеюсь, мои финансовые возможности не урезаются?

— И не увеличивается. Все крупные покупки только через меня. И никаких, повторюсь, побегов от охраны. Или мы поссоримся! А тебе это не понравится! Поверь на слово!

— Договорились! Но если еще раз назовешь меня, как своих шалав — детка, мы с тобой однозначно поссоримся. И тебе это однозначно не понравится! — она ехидно мне улыбается, — И заметь, я не грублю!

— Хорошо, Женя! — легко мне точно с ней не будет, потому на всякий случай добавляю, — Не делай того, что не понравилось бы твоему отцу.

Дима не обманул. Моя жизнь практически не изменилась. Разве что постоянные поездки в офис отца напрягали. Вся эта канитель мне не нравилась. Не моё это! Все мои попытки объяснить нежелание пересекались одним словом «надо». Железнобетонность не пробиваемая. Кажется, даже начала понимать поступок отца. Жесткость двоих братьев бесила. Особенно бесил живой неуловимый экземпляр. За прошедший год видела его раз… короче, очень редко. Даже когда он ночевал, именно ночевал, днём в доме его никогда не было, изредка встречались за завтраком. Наше общение сводилось к: «У тебя всё нормально?», «Как дела в университете?», «Как себя чувствуешь?». Вопросы не менялись, менялась лишь их периодичность. При редких встречах Дима всегда смотрел как будто сквозь меня, чтобы не возникало сомнений, что я лишь его нежелательная обязанность. И как женщину он меня вообще не воспринимал.

Как-то не выдержала и начала искать его в соц.сетях. Глухо! Зато в поисковике информации о моём дяди было много. Моё первоначальное убеждение, что согласился нянчиться со мной из-за денег потерпело громкое фиаско. Фото ещё до нашего знакомства кичились успешностью и достатком. Элитные шмотки. Мерседес Майбах, в который садится. Шикарный дом, на террасе которого пьет кофе. И шикарные девочки рядом на мероприятиях и всегда разные. На всех фотках он не смотрит в объектив, не позирует. Видно, что фотографировали его из далека и без согласия. Когда я перестала пялится на его красивый фэйс и не только, начала читать текст. Ого! Во всей этой белиберде я не Эйнштейн, но даже мне понятно, что, успешный это мало сказано. Единственное, что поняла — ни одного проигранного дела и самый молодой. Вопрос — зачем ему сдалась я? Вся эта нервотрёпка? Ведь изначально хотел отказаться. Теперь я его очень хорошо понимаю. Что было в том письме такого, что передумал? А такого человека заставить изменить мнение нужно постараться. Тема письма стала моей маниакальной одержимостью, как и человек прочитавший его.

Приближался мой девятнадцатый день рождения. Я от него особо ничего не ожидала, поскольку знала занятость Димы. Как-то так получилось, что при таком количестве друзей, знакомых, да и ещё туевой тучи людей, которые только и ждут меня поздравить, я хочу поздравления только от одного человека. Я даже не заметила, каким нужным он стал для меня. При столь редких встречах и скупому общению с его стороны, я не заметила, как влюбилась. Могу себя оправдать — с характером, красивый, успешный. Одно, но! Он мой родственник. Вскоре и эта грань перестала для меня иметь значение. Двоюродной это ведь не родной? Я смотрела фильм «Анжелика», в те времена даже за двоюродных братьев было нормально выйти замуж. А здесь двоюродный дядя. Вторая вода на киселе (всю эту русскую атрибутику знаю благодаря отцу — «чтобы Америка меня не нагнула» — его слова). Потому и русский язык без акцента, обслуга только из родины. Всё моё окружение, помимо университета, из России. И маты оттуда же. Прислужники Димы меня только в туалет не сопровождают. Нравится думать, что он так заботится обо мне по своему желанию. Хотя понимаю, что ради изложенных в письме слов покойного отца. Что там было то?

Дима

Как обычно прилетел ночью. Совершенно вылетело из головы, что завтра в девять утра собрание акционеров, о котором ещё два дня назад сообщила мне Хлоя, помощница покойного Михаила, а теперь моя. Очень исполнительная девушка, которая здорово облегчает мне жизнь. Ещё в самолете решил взять с собой Женю. Конечно, для неё это будет сюрпризом, причём неприятным, но ничего, пускай посидит послушает для начала. Нравится ей или не нравится, а заниматься этим придётся. В крайнем случае хотя бы поверхностно понимать, что происходит. Девчонка умная, по крайней мере по отметкам Калифорнийского университета, если бы постаралась далеко пошла бы.

Подъезжая к дому, я совсем не чувствую усталости. Втянулся уже. Хватает около четырёх часов на сон. Сейчас приму душ и ещё раз пересмотрю дело Агарова, что-то там мне не нравится. Чувствую! А чуйке своей я привык доверять.

В холле за телевизором, жуя чипсы, сидит охранник Костя. При моем появлении он подрывается по стойке смирно. Видно, что бывший военный. Здороваюсь и клацаю свет. Его взгляд меня сразу настораживает.

— Здравствуйте, Дмитрий Владимирович. А мы вас сегодня не ждали, — выдает сконфуженно.

Взрослый мужик ведь! Ага, конечно, я как будто раньше вас заранее предупреждал!

— Говори, Кость! — чувствую мой минимум план на ночь поменяется.

— А Евгении нет дома, — выдает и даже кажется голову слегка втягивает.

— Где она? — говорю спокойным стальным голосом, уже понимая, что моя охрана перешла на сторону девчонки.

Пи***ц полный! Что ещё они утаивали от меня, покрывая её?

— В клубе.

Ещё раз пи***ц! Смотрю на часы двадцать минут третьего.

— Она с Андреем, — «успокаивает» меня Костя.

Третий п…, ну короче понятно!

— С каким Андреем?

— С моим напарником для контроля. А так со своими подругами. У неё сегодня, ну то есть, уже вчера день рождение. Девятнадцать лет, — улыбается как идиот.

И последний пи***ц! Я не удостоился даже поинтересоваться данным нюансом. Уже молчу о подарке. Как-то так получилось, что до этого момента мне не хотелось знать ни у одного человека такую не мало важную для него дату. А здесь — хочешь не хочешь, а нужно. Да, облажался я красиво! Но решение проблемы с подарком приходит молниеносно. Один звонок и с утра всё будет готово. Правда были некоторые сомнения.

— Езжай домой. На сегодня ты свободен.

После ухода охранника я, наспех приняв душ, всё же уткнулся в дело Агарова. Но буквы и цифры просто прыгали перед глазами, которые всё время возвращались к часам на ноуте. В четыре, бл**ь, утра я не выдержал. У вчерашней именинницы было достаточно времени погулять. Хватит!

Только я беру в руки телефон, как слышу звук подъезжающей к дому машины. Как заправский папаша выглядываю в окно и наблюдаю. На хорошо освещённой площадке останавливается такси. Из него выходит парень лет двадцати трёх-двадцати четырёх. В белых джинсах и белой футболке, обтягивающей не хилые бицепсы. Даже со второго этажа видно, что смазливый. Девкам такие нравятся. Подает руку и, чуть отойдя в сторону, открывает мне вид. И я в ах*е! Сначала появляется стройная ножка в… босоножках? на безмерных каблуках. К первой присоединяется вторая. Смотрится шикарно. Мозги отключаются. А дальше из темноты салона появляется хозяйка умопомрачительных ножек. Мозговая деятельность не только включается, но и начинает делать отчаянные кульбиты внутри черепной коробки. И я громко, вместе со слюной проглатываю поток матов. Рыжая шевелюра, завязанная в высокий конский хвост. Боевая раскраска на лице, делает её на несколько лет старше. Короткое золотистое платье. Фигура, как я люблю — песочные часы. Грудь, на опытный взгляд, третьего размера, тонкая талия, шикарные задница. И обалденные ноги, от ушей точно. Чувствую шевеление в штанах. Я в ступоре. Не могу же я хотеть «маленькую» дочь, хоть и двоюродного, но брата. Это извращение. Пусть она и не родная по крови. Как я раньше не замечал её не тощие, как изначально отметил, формы? Когда она успела изменится? Пока рассуждаю, смотря на неё, мило разговаривающую со смазливым недоноском, моё возбуждение возрастает с каждой секундой в геометрической прогрессии. А когда тот обхватывает её за талию и, резко втискивая в себя, начинает своими, не по-мужски пухлыми губами, слюнявит ей рот, я тупо взрываюсь.

Быстро спускаюсь в низ в чём был. В одних спортивных штанах. Хорошо, что после идиотского поступка идиота, в штанах резко образовался полный штиль.

Открываю дверь, когда Женя начинает, по-моему, слишком мягко отталкивать присосавшуюся пьявку.

— Я не помешал? — выдержка не изменяет и сейчас, голос спокойный.

Они резко отлетают друг от друга. Морда парня смущённо-довольная. Женя же красиво краснеет, уставившись почему-то на мой голый торс.

— Дима, — нервно лепечет, все же поднимая взгляд в район губ, — Я тебя сегодня не…

— Не ждала. Я уже понял. Мне, что заранее всех предупреждать о своем приезде, чтобы подобных сцен больше не наблюдать?

— А это кто, Джина? — подает голос утырок.

— Мой дядя, — отвечает машинально и всё же наконец-то смотрит мне в глаза, — Дима, мне девятнадцать лет уже.

— Я в курсе. Поздравляю! — не сдерживаю ехидного смешка, — А теперь будь хорошей девочкой и иди в дом. А ты, — перевожу взгляд на недоделанного кавалера, — в машину и свободен.

Я не сомневаюсь, что меня послушает и он, и она. И не таких «ломал». Захожу обратно в дом и останавливаюсь по центру холла. Считаю. На восемь слышу звук открываемой двери.