Запретный плод
Шрифт:
Я отступила назад, взглянув на то место, где Вэл коснулась руки Джонни. Я ненавидела это. Мне это ни капельки не понравилось. Но я сказала себе, что у меня нет права ревновать, нет права не любить эту женщину только потому, что она прикасалась к мужчине, в которого я когда-то влюбилась.
— Я просто... найду тихое место, где смогу отсидеться немного. — Я обернулась, и как раз в тот момент, когда собиралась направиться в другую сторону, чья-то рука обхватила меня за локоть. По электричеству, которое пробежало у меня по спине, я поняла, что это был он.
— Ты никуда не пойдешь. — Джонни развернул меня лицом к себе. — Ни за что на свете я не упущу тебя из виду сегодня вечером.
— Отпусти меня, Джонни. Как ты и сказал, мне не следовало приходить сюда.
— Нет, тебе не следовало, но ты именно это и сделала.
Я почувствовала, как его большой палец слегка коснулся моей кожи, прикосновение Джонни заставило мои внутренности сжаться. Обхватив рукой мой локоть, он притянул меня ближе, его сила и крупное телосложение заставили меня встать на цыпочки, когда он наклонился. Наши губы были так близко, что я была уверена, что если выдохну, то наши губы обязательно соприкоснутся.
Я даже не видела, как Джонни поднял руку, пока не почувствовала легчайшее прикосновение кончика его пальца к моей щеке.
— Но прямо сейчас, девочка-мечта, я так чертовски рад, что ты это сделала.
На мгновение я едва почувствовала свои ноги, так как единственное, на чем я сосредоточилась, было ощущение его теплого дыхания, танцующего на моих влажных губах, и то, как меня медленно засасывало в глубины его глаз.
Я выдохнула с облегчением.
— Пожалуйста, не говори такого дерьма, Джонни.
— А почему бы и нет? Это правда.
— Стил, — раздался голос Вэл у него за спиной. — Давай, твой следующий бой вот-вот начнется.
— Не сейчас, Вэл, — ответил он, не сводя с меня глаз.
— Но, Стил...
— Я сказал, не сейчас, на хер! Скажи им, чтобы нашли кого-нибудь другого для следующего боя. У меня есть кое-что, с чем мне нужно разобраться и сделать это... прямо сейчас.
То, как Джонни смотрел на меня, огонь чистой и непоколебимой решимости, горящий в глубине его темно-шоколадных радужек, заставил меня с трудом сглотнуть и сжать бедра. Мне нужно было бороться сильнее. Я не могла позволить ему сотворить это со мной снова. Однажды Джонни удалось заманить меня в ловушку, заманивая своими подлыми прикосновениями и украдкой бросаемыми взглядами. Но не теперь. Никогда больше.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Джонни
Да, я, наверное, играл с судьбой, таща Пейтон сквозь толпу. Но разве меня это волновало? Нет. Нам нужно было разобраться со всем этим дерьмом, и я хотел разобраться с ним прямо сейчас. Черт знает, почему я чувствовал, что мне нужно все уладить. В конце концов, что бы это изменило? Что случилось, то случилось. Это было в прошлом, и сейчас я ничего не мог сделать, чтобы это изменить. Но все равно, сукину сыну внутри меня нужно было поговорить с ней... наедине.
— Отпусти меня. — Пейтон попыталась вырваться из моей хватки, но я только крепче сжал ее руку.
— На случай, если ты вдруг не заметила, это не совсем та толпа, в которой ты захочешь свободно гулять. — Я взглянул вниз на платье, манящее и дразнящее меня до чертиков, обнимающее каждый соблазнительный изгиб ее тела. — Особенно в таком виде.
— Я тебе не принадлежу. Я могу делать все, что захочу, носить все, что захочу, и идти, куда захочу.
— Только не здесь, внизу. Ты этого не сделаешь.
Одно из преимуществ того, чтобы быть чемпионом подполья, это то, что у меня всегда есть свои собственные «каморки» — если это можно так назвать. Здание, в котором мы находимся, когда-то было старой обувной фабрикой, и, к счастью для меня, там был офис, который я мог бы назвать своей «каморкой».
Как только мы начали подниматься по лестнице, Пейтон буквально попыталась тормозить на своих каблуках, что невероятно усложнило мне задачу. Я уже упоминал, что ненавижу, когда все идет не так, как я того хочу?
— Прекрати бороться со мной.
— Никогда. И куда, по-твоему, ты меня ведешь? — Пейтон продолжала дергать и дергать свою руку, пытаясь высвободиться. Чувствуя злость, разочарование и адское возбуждение, я обхватил Пейтон за талию, поднял и перекинул через плечо.
— Джонни Кейд! Отпусти меня! — Кулаки вонзились мне в позвоночник. Колени уперлись мне в живот, но это нисколько не замедлило меня. Но у меня была миссия, которая заключалась в том, чтобы вывести эту женщину на чистую воду… по моим правилам.
— Тише, девочка-мечта. — Я шлепнул ее по заднице, и Пейтон взвизгнула, как только я бросился вверх по лестнице. Чем дальше мы поднимались, тем тише становилась толпа внизу, но тем сильнее ее удары обрушивались на мою спину.
В ту секунду, когда я вошел в старый офис и закрыл дверь, я опустил ее на пол. Пейтон метнулась в другой конец комнаты, в ее ярко-голубых глазах горел огонь. Просто чтобы доказать, каким эгоистичным ублюдком я был на самом деле, единственное, о чем я думал, когда смотрел на нее, наблюдая за яростью и гневом, направленными на меня, было то, как сильно я хотел сорвать с нее это платье и заставить ее губы шептать мое имя словно гребаную молитву.
— Ты гребаный засранец, ты это знаешь?
— Не-а. Я просто человек, который всегда получает то, что хочет.
— И человек, который отталкивает то, что ему не нужно.
Воцарилась тишина. Пейтон стояла как можно дальше от меня, но расстояние никак не помогало контролировать сексуальное напряжение, которое наполняло комнату, буквально перекрывая кислород.
Я никогда не забуду тот день, когда начал смотреть на нее так, как парень смотрит на девушку. Мне был двадцать один год, а ей только что исполнилось восемнадцать. Мы были на пляже, Лиам и я играли в мяч на песке. В тот момент, когда она сняла рубашку, стоя в нескольких футах от меня в одном только светло-розовом бикини, я упал... сильно ударившись. Длинные светлые локоны красиво спадали ей на плечи, а кожа блестела на солнце. Пейтон была великолепна, и я никогда не понимал, почему я не осознавал этого до того дня. К сожалению, с того дня мне стало только труднее игнорировать то, что я чувствовал, когда был рядом с ней. Все началось с того, что я украдкой бросал взгляды, нарочно случайно прикасался, пока я больше не мог этого выносить. Это случилось однажды ночью, когда я ночевал у Лиама, а Пейтон спустилась в холл из ванной, одетая только в полотенце, обернутое вокруг ее тела. С ее волос капала вода, от капель воды казалось, что ее кожа будто светится. Когда я увидел Пейтон, я понял, что мне пиздец. В ту ночь я впервые поцеловал Пейтон. И что самое приятное? Она ответила на мой поцелуй. Ее тело откликнулось мне, и, клянусь Богом, от этого стало только хуже.
После той ночи мы глупо целовались при каждом удобном случае... пока я не испортил все, просто сбежав.
Я прислонился спиной к двери позади меня, мой пристальный взгляд был прикован к ней.
— Я не отталкивал тебя, Пейтон.
— Ты сделал именно это. Ты отверг меня, разбив мое сердце вдребезги.
— Я спасал тебя.
— От чего?
Я провел ладонью по лицу.
— Я спасал тебя от себя.
Пейтон прикусила нижнюю губу, и тогда я уперся пятками в пол, чтобы не броситься туда и не пососать ее чертову губу.