Чтение онлайн

Когда мы шли по коридору к повороту к моей квартире, я сделал знак Элкленду, чтобы он сместился мне за спину. Деятель удивленно на меня воззрился, но сделал так, как ему было указано. Чем дальше мы шли, тем больше я начинал ощущать какое-то покалывание у себя в затылке и решил держаться поближе к стене. Когда мы дошли до конца, я остановился, прижав палец к губам как сигнал, что мне крайне желательны сейчас полная тишина и спокойствие. Потом, очень осторожно, я вытянул шею и заглянул за угол.

Следующий отрезок коридора тоже был пуст. Я втянул шею обратно и закрыл глаза, игнорируя вопросительно поднятую бровь Элкленда. С минуту я держал глаза закрытыми, стараясь справиться с собой. Та действующая часть моего мозга, которая обращает внимание на все происходящее вокруг, чего сам я не замечаю, и помнит то, что я уже забыл, вдруг чем-то очень обеспокоилась. С ней такое иногда случается, и она всегда оказывается права. К сожалению, она была сейчас настолько впереди всего остального меня, что все, что мне оставалось делать, это проявлять осторожность.

Протянув назад руку и сдерживая таким образом Элкленда, я медленно обогнул угол, очень плотно прижимаясь спиной к стене. Так же медленно, по шагу, продвигаясь вперед, я преодолел восемь ярдов коридора за поворотом к тому месту, где располагалась моя дверь, напрягая слух, но ничего не слыша. Элкленд, тихий и неподвижный, наблюдал за мной, стоя у поворота. Я вытащил пистолет и был готов действовать дальше.

Здесь никого не было. И я на секунду расслабился, но тут заметил царапины на краске около замка. Сдвинувшись вбок, к дверному косяку, я сделал знак Элкленду, приказывая ему опуститься на пол. Он с трудом нагнулся и лег грудью на пол, не представляя, что происходит, но, слава Создателю, веря мне на слово. Я очень медленно вытянул левую руку параллельно двери, а правую положил на предплечье левой, чтобы пистолет был направлен прямо на дверь. И насколько возможно тихо повернул ручку замка, и она свободно провернулась.

Замок был взломан. Я чуть подался назад и протянул руку за спину, чтобы выключить в коридоре свет. Если в квартире темно, поток света из коридора тут же меня выдаст. Я такие штучки проделывал и раньше, понимаете, и совсем не всегда в роли хорошего парня.

Я снова повернул ручку и немного приоткрыл дверь, на дюйм. Внутри было темно и тихо. Двигаясь теперь очень, очень быстро, я проскользнул в дверь и снова прикрыл ее, почти до конца.

В квартире не горела ни одна лампочка. И никаких особых сюрпризов меня здесь тоже не ожидало: было-то всего девять часов утра. Но здесь было темнее, чем должно было быть. Кто-то включил затемнение окон.

В квартире было абсолютно тихо, что меня очень беспокоило. Я и сам умею быть чертовски тихим и незаметным, когда надо, но не настолько, чтобы Спэнгл меня не услышал. Когда он у меня в гостях, то самое приятное – это то, что он всегда бежит мне навстречу, мяукая и задирая голову, стоит мне открыть входную дверь, – он всегда страшно рад меня видеть.

Но сейчас этого не произошло. Или его здесь не было, или с ним что-то не так. Я надеялся на первый вариант – для блага того, кто забрался ко мне в квартиру. Я человек не злобный, но у меня имеется недлинный список друзей, за которых я буду мстить самым отъявленно злобным и коварным образом. А Спэнгл занимает одно из первых мест в этом списке. Стоит в нем под вторым номером, если быть точным.

Стиснув зубы, я начал прокрадываться внутрь, направляясь к гостиной. Когда я был в шаге от двери в нее, то чуть вытянулся вперед и осторожно заглянул туда. И почти сразу же отпрянул назад. Потом проделал то же самое еще раз, но более медленно. С гостиной было явно что-то не так. Она выглядела настолько странно, что мне потребовалось осмотреть ее еще раз, чтобы понять, что там произошло.

Гостиная была убрана. Аккуратнейшим образом.

Я на минутку привалился к стене, плоско прижав пистолет к груди и пытаясь осознать и понять, в чем дело. Спэнгл, конечно, существо загадочное и непредсказуемое, пути его воистину неисповедимы, но он ни разу еще не приводил мою квартиру в порядок.

Насколько мне известно из былого опыта, непрошеные гости, силком проникающие к тебе в квартиру, также не склонны приводить ее в порядок. Им подобная мысль и в голову никогда не придет. Она и мне в голову никогда не приходит, а ведь я там живу.

Но все это не имело ровным счетом никакого значения: ситуация была такая, что мне предстояло снова проявлять смелость и бесстрашие. Я еще с минуту прислушивался, надуваясь и собираясь с духом, а потом рванул внутрь тихой гостиной, бесшумно прокатился по полу, пролетев половину ее длины на одном колене и выставив пистолет, готовый в любую секунду открыть огонь.

Но так и не выстрелил. А просто непонимающе уставился в другой конец комнаты, на диван. На диване в этой полной темноте сидела Зенда – очень одинокая и испуганная, наставив на меня не тот конец моего фурта.

Пару секунд мы пялились друг на друга, представляя из себя некую странную скульптуру под названием «Безысходность», «Пат» или «Двое, Нацелившие Друг На Друга Пистолеты».

Ну, по крайней мере, вопрос о Спэнгле отпал сам собой. Он сидел на полу, между мною и диваном, и выглядел при этом так, словно охранял сидевшую на диване девушку от любых покушений. Зная его, я был уверен, что именно этим он и был занят. Я изо всех сил старался найти приемлемый способ как-то сформулировать и выразить словами следующий вопрос, который уже занозой торчал у меня в мозгах, способ, несомненно включавший в себя использование нецензурной лексики и в то же время достаточно приличный, но вытянул пустышку. Вместо этого я просто медленно опустил пистолет.

– Зенда, с тобой все в порядке?

Она тоже опустила оружие. Она явно была очень-очень рада меня видеть. Потом она быстро кивнула, два раза, и заплакала. Спэнгл скользнул в сторону, давая мне возможность придвинуться, все так же на коленях, к дивану. И когда я там оказался, то раскрыл объятия, и она притянула меня к себе.

Посидев так немного, я чуть подвинулся, чтобы отложить в сторону пистолет, а Зенда издала слабый стон и еще крепче прижала меня к себе.

– Все в порядке, – сказал я. – Я здесь и никуда не уйду.

Я поднялся и сел рядом с нею, прижал ее голову к своей груди и обнял ее покрепче, как она явно сама хотела, то есть очень крепко. Спэнгл некоторое время наблюдал за нами, глядя снизу вверх, потом почесался за ухом без всякой на то надобности, после чего, мягко изгибаясь, вышел из гостиной, явно решив, что теперь это моя сфера деятельности, а он уже сменился с дежурства.

Так мы с нею и сидели, довольно долго. Я тихонько укачивал Зенду и гладил по головке, а она крепко обнимала меня, прижав мокрое лицо к моей шее. Спэнгл был прав: это и впрямь моя сфера деятельности.