Чтение онлайн

Пробраться в Район Натши относительно нетрудно, это чистая формальность. Свободный вход туда, правда, отнюдь не для всех, как у нас в Цветном или иных Районах с менее жесткими установлениями, но все равно попасть туда нетрудно. Следует лишь назвать имена пяти знаменитых компьютерных программистов и названия четырех субатомных частиц, а также продемонстрировать хотя бы небольшой интерес к проблеме корректировки расписания движения монорельсового транспорта. К последнему у меня никогда не возникало никакого интереса, но я знал, что нужно сказать по этому поводу. Так что я вполне мог вписаться в тамошний антураж.

Мне выдали электронную карту Района и выразили надежду, что мне очень здесь понравится. Как только я вышел из портала, то сразу включил карту и отыскал местожительство Беллрипа. Оно оказалось всего в полумиле, так что я решил пройтись пешком. Самое любимое времяпрепровождение у Натшистов – это стоять возле монорельса и отмечать номера проходящих мимо вагонов монопоездов. Не говоря уж о чудовищной тупости и монотонности подобного занятия, лично я нахожу это несколько нервирующим обстоятельством – видеть эти бесконечные группки мужчин и женщин в белых плащах, которые пялятся на твой вагон и лихорадочно делают пометки в своих блокнотах, записывая номера.

Здешние электронные карты – отличная штука. Уверен, что их следует ввести в обиход повсеместно. Что они из себя представляют? Это небольшая коробочка размером в шесть квадратных дюймов и с экраном. Вы идете своим путем, а она показывает вам разворачивающуюся оцифрованную карту участка, в котором вы находитесь, рассказывает, что продается в том или ином магазине, который вы минуете, кто живет в данном квартале, то есть выдает всю подробную информацию, меняя содержание экрана на каждом перекрестке. Если ткнуть пальцем в определенное место на экране, обозначить, куда вам нужно попасть, там появляется красная линия, указывающая ваш дальнейший маршрут, а коробочка шепотом сообщает вам, когда и куда следует свернуть. Я определил маршрут к дому Беллрипа и двинулся вперед по безукоризненно чистой улице. Натши очень чистый и аккуратный Район. У них полно всяких маленьких дроидов, которые все время торопливо снуют повсюду и все убирают и подметают.

Принимая как данность, что ничего плохого еще случиться не успело, думаю, что Элкленд к этому времени уже спал, если, конечно, не сидел, гадая, куда к черту я мог запропаститься. Я сказал ему, что скоро вернусь, а он, думаю, вполне мне доверяет, чтобы оставаться в уверенности, что так оно и будет. С другой стороны, однако, я сказал, что вернусь к ужину, но не вернулся.

С момента, когда я покинул квартиру, я все пытался успокоиться, расслабиться, как-то отделаться от напряжения, потому что оно не даст мне снова заснуть. Но никакие мои усилия не давали результата, я по-прежнему чувствовал себя напряженным, настороженным, и это дико меня раздражало. То, что я не мог связаться с Зендой и убедиться, что у нее все в порядке, также здорово действовало мне на нервы. Жаль, что мне не пришло в голову заглянуть в ее биоданные и убедиться, что она по-прежнему числится Младшим Супервайзером Департамента Действительно Срочного Проталкивания Работ. Но это мне в голову не пришло.

В общем и целом я представлял собой сущий комок нервов, пока топал через паутину улиц к одному из жилых кварталов Района, направляемый тихими командами электронной карты. По пути я остановился у газетного киоска, чтобы купить сигарет и просмотреть экземпляр «Центр Ньюз» – хотел увидеть, нет ли там сообщения об исчезновении Элкленда. Его не было – вся эта история явно оставалась засекреченной. Идя дальше, я небрежно отбросил пустую сигаретную пачку, и случившийся поблизости ловец-дроид произвел поражающий воображение прыжок и успел подхватить пачку в трех дюймах от земли.

– Отлично проделано, – похвалил я его.

– Еще есть? – с энтузиазмом спросила машина, подъезжая к моей ноге. Это был небольшой металлический цилиндр с мигающим красным огоньком сверху, и у него имелась тонкая и длинная металлическая рука с маленькими пальчиками на конце.

Я пошарил по карманам.

– Нет, кажется, нету.

– Фу-ты, пустой!

– Брысь отсюда, дроид, – раздраженно сказала электронная карта.

Я нашел спичечный коробок и вытащил его.

– Отлично! Давай, кидай посильнее! – сказал робот, уже готовый к действию.

Я швырнул коробок вдоль улицы, и дроид рванул за ним. Дело требовало молниеносного броска, но он справился – метнулся за коробком и сцапал его своей ручонкой. Потом помахал нам и быстро понесся дальше по улице к листику, падавшему с дерева в сотне ярдов от нас. Два других робота примчались туда одновременно с ним, и до нас донесся звучный звон, когда они вступили в контакт, потом один схватил листок и, покачиваясь, рванул дальше по улице, триумфально размахивая своей добычей.

Десять минут спустя я свернул в квартал Рез-205-М и нашел дом Беллрипа. Мне повезло – от необходимости вскрывать кодовый замок входной двери меня избавила небольшая толпа мужчин в белах халатах, радостно трепавшихся о каких-то машинных кодах: выходя, они придержали для меня дверь открытой. По каким-то причинам натшисты живут в однополых домах, сильно напоминающих огромные общаги. Они, конечно, женятся и все такое прочее, но и после этого дело ограничивается тем, что они ходят спать друг к другу, как в гости, из женской общаги в мужскую или наоборот. Мне такое житье представляется крайне странным, но сами они явно вполне этим довольны. В холле на стене висела доска объявлений, вся заляпанная листовками всяких обществ и клубов. А еще там имелась табличка с указателем на столовую. Я к этому времени уже здорово проголодался, но решил с этим подождать: может, придется пригласить Беллрипа на ланч.

К вящему моему сожалению, лифта в этом доме не было, пришлось карабкаться пешком через шесть лестничных пролетов, чтобы попасть на этаж, где обитал Беллрип. Подойдя к его двери, я нажал на кнопку звонка и довольно долго держал ее нажатой, но никакого ответа так и не дождался. Этого урода не было дома.

Тяжко вздохнув, я попытался придумать, что делать дальше. Достал из кармана листок бумаги и написал Беллрипу записку, прося его связаться со мной. Оставил свой адрес, номер домашнего видифона, номер портативного видифона, номер факса. Сообщил ему даже свой знак Зодиака. Мне действительно очень нужно было поговорить с этим парнем, и поскорее: я хотел как можно скорее заснуть, а с такими стрессами я наверняка буду бодрствовать несколько дней.

Я сложил записку и сунул ее под дверь. Но когда я ее туда запихивал, произошло нечто неожиданное. Дверь приотворилась.

Я быстро поднялся на ноги, неотрывно глядя на дверь, которая медленно отворилась еще на пару дюймов.

– Э-э-э… Мистер Беллрип?

Ответа не последовало. Да я его и не ждал, правда не ждал. Если бы он хотел ответить, он бы это уже проделал, я ведь секунд сорок держал нажатой кнопку звонка. Его явно не было дома.

Бросив взгляд назад, я распахнул дверь пошире и просунулся внутрь, закрыв дверь за собой. Из короткого коридора, в котором я оказался, квартира выглядела весьма похожей на апартаменты моего приятеля Брайана Диода. Компактная, иного слова не подобрать. Я громко кашлянул, не получил опять никакого ответа, сделал парочку неслышных шагов к двери в гостиную. Она была чуть приоткрыта, и я постоял перед нею пару секунд, прислушиваясь, но ничего не услышал. Заранее приготовив нужные извинения по самому высокому классу, если хозяин окажется глухим, я толчком распахнул дверь.

Качество освещения в комнате было крайней низким и очень странным, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять почему. Беллрип сидел в кресле в центре комнаты, и его волосы торчали вбок под странным углом.

Как оказалось, он и впрямь был глух. Он был глух, потому что он был мертв. Он был также слеп, потому что его глаза были выжжены. Одна его нога валялась в паре ярдов от кресла. Обе руки все еще были при теле, но только суставами. Мышцы были содраны полосами, и эти полосы свисали с локтей подобно усохшим, вялым щупальцам. Зона между шеей и тазом практически отсутствовала. Выглядело это так, словно его тело взорвалось изнутри, и стены и окна были забрызганы кровью, это она приглушала свет, проникавший в комнату. На полу перед ним лежала часть его внутренностей длиной с фут, похожая на усталую змею, а сама комната была буквально залита кровью, закидана маленькими ошметками внутренностей, фрагментами костей и кусочками наполовину переваренной пищи. Воняло здесь прямо как в самом заброшенном углу бойни, который никто никогда толком не убирал; больше это было похоже на то, что кто-то забрел сюда и от души тут наблевал, да еще и в жаркий день.

Я даже не почесался, чтобы достать пистолет. Кровь на стенах и окнах давно высохла, а то, что осталось от отделенной от тела ноги Беллрипа, находилось на продвинутой стадии прогрессирующего разложения. Даже при здешней жаре все это означало, что мертв он уже пять или шесть часов.

Осторожно выбирая дорогу сквозь разбросанные потроха, я зашел трупу за спину. Волосы Беллрипа торчали под таким странным углом, потому что части черепа, к которым они ранее крепились, отсутствовали. Задняя часть его черепа смотрелась так, словно внутри него взорвался трехдюймовый снаряд, разнеся все вокруг в мелкие дребезги.