Чтение онлайн

Так что хреновым я оказался полководцем, распадалась моя маленькая армия прямо на глазах. Лом хоть и не поддерживал поползновения супруги и игнорировал намеки на то, что стоит поискать другие способы обеспечить пропитание себе и детям, а не искать смерти среди вонючей нежити в компании жуткого некроманта, но глаза прятал все чаще.

С такими грустными мыслями я добрался до дома кузнеца. Никифорович, бывший учитель труда в нашей школе, а теперь сварливый пенсионер, всегда увлекался кузнечным делом. В нынешние времена его хобби вышло на новый уровень и стало приносить ему стабильный доход и уважение. Даже парочка учеников появилась из соседских пацанов что по сообразительней.

Бухнул пару раз кулаком по добротной калитке в двухметровом дощатом заборе. Тут же раздался громкий лай Мухтара. Злющий пес-дворняга никого кроме хозяина не признавал и покусал в деревне не мало народу, а сварливый дед чхать хотел на все жалобы. Участкового, приходившего по заявлениям покусанных, посылал откровенно и громким голосом. Через пару минут скрипнул отворяемый засов и дверь распахнулась. За ней стоял парнишка лет пятнадцати, русые лохмы торчали во все стороны, а лицо изрядно перемазано сажей. Во взгляде синих глаз светился немой вопрос.

— Хозяин у себя? — спросил я.

Его вижу впервые. Либо еще один ученик или просто подрабатывает на кусок хлеба.

— Да. В кузне работает.

— Я к нему, мы договаривались — сказал я, переступая границу двора и отодвигая мальчишку, загородившего дорогу.

Я слегка устал сегодня, да и рюкзак, набитый железом, знатно оттягивал плечи, что не способствовало особой разговорчивости и доброжелательному общению с окружающими.

— Я знаю. Дед Толя предупреждал, что вы придете. Проходите, он вас в кузне ждет — от тарабанил пацан скороговоркой. В его глазах читалось любопытство и страх.

Понятно, Никифорыч похоже наговорил парнишке про меня жути всякой. Мол придет страшный некромант и если что не так, скормит тебя своим мертвякам. Вот и трясется он теперь словно осиновый лист. Да это на него похоже, чувство юмора у старика своеобразное.

В деревне прознали о том, что я мертвых поднимаю и теперь за глаза звали некром, проклятым некромантом и т. д. и т. п. Не любят у нас темных колдунов и всяких кощеев. Сколько не пичкали народ голливудскими историями про сексапильных оборотней и добрых вампиров, а детские сказки, рассказанные бабушками на ночь глубоко под коркой у каждого. Нет петов своих я всегда развоплощал и по селу в компании зомби не ходил, но Гром будь он не ладен, да и местных из числа стражников мы на кладбище встречали не один раз. Петрович в приказном порядке их гонял на прокачку. Что логично и правильно, должны они по уровню быть выше или равны населению, а то какой с них толк. Да и живность вокруг потихоньку подрастала. Ели в первые дни волки попадались не выше десятки, то позавчера охотники притащили тушу матерого волчары двадцать первого уровня. Говорят повезло, в капкан попал, получилось его из луков расстрелять. Иначе порвал бы всю группу даже не вспотев.

В результате слухи о моих талантах разлетелись по селу. Люди стали коситься и побаиваться. Спасибо хоть пальцами не тычут, а так плевать пусть думают, что хотят. У меня других проблем хватает.

Парнишка опасливо отошел на пару шагов, а я, хмыкнув своим мыслям, потопал к кузнице, коптившей небо черным дымом. Мухтара обошел по большой дуге. Висевшая над его головой надпись вызывала уважение: Мухтар. Боевой пес. Уровень 9 (Никиф). Да наш кузнец с ником не мудрил, его спрашивать о том, где его собачка качнуться успела было бесполезно. А вот в селе сказали, что Мухтар в первую ночь аж ночь четырех волков порвал.

Обойдя добротный рубленый дом, добрался до кузни пристроившийся на заднем дворе и распахнул дверь. В лицо дохнуло жаром от газового горна и запахом каленого железа. Перешагнув порог скинул оттянувший все плечи рюкзак на свободный верстак у входа.

— Здорово Никиф — поприветствовал я обернувшегося на скрип открываемой двери хозяина.

— И тебе не хворать — пробасил он, протягивая мне лопатообразную ладонь — ну как много дохлятины в этот раз упокоил? Показывай, что принес.

Невысокий, широкий в кости и несмотря на возраст еще крепкий Никиф был совершенно лысым. Брезентовый фартук, пышные усы и густая седая борода лопатой делали его похожим на классического толкинского гнома. Да и характер у него под стать.

Я развязал туго набитый рюкзак и принялся выкладывать на верстак нашу добычу. Шлемы, кирасы, наголенники, парочка кольчуг все ржавое и древнее как говно мамонта. Но другой добычи с нежити на кладбище не выбьешь. Когда рюкзак опустел настал черед моего инвентаря. Жаль он у меня не впечатляющий. Я не воин и силы кот наплакал. Все свободные очки я вкладывал в интеллект. Так что на своем семнадцатом имел лишь пятнадцать в силе и то пять из них давала парочка колечек на пальцах, которые поменяю при первой возможности. Я маг и интеллект мне важнее. За каждую единичку силы я мог таскать пять килограмм веса. Но всегда есть подвох. Дело в том, что семьдесят пять предельный вес. Стоит его превысить на миллиграмм и я не смогу сделать и шага (проверяли кирпичами). До пятидесяти килограмм вес инвентаря не ощущается от слова совсем. Но стоит превысить это цифру, система начинает накладывать штрафы по экспоненте на ловкость и скорость. Ну и вся гамма ощущений навьюченного ослика, конечно, прилагается.

Никиф перебирал принесенное мной и безжалостно браковал, приговаривая:

— Хлам.

— Откровенный хлам.

— Полное дерьмо.

Забракованные вещи летели на пол жалобно дребезжа, словно жалуясь на вредного старика. При чем ржавый шлем из категории «необычное» и прибавляющий две единички к силе полетел в туже кучу. Я удивился, но спорить не стал. Пробовал еще в десятом классе и знал результат заранее.

В результате сортировки на верстаке осталось четыре предмета. Кираса, два шлема и наплечники, на мой дилетантский взгляд не лучшие из принесенных.

— Кирасу и шапки я заберу в оплату, а наплечники восстановлю. Навье не обещаю, но должны получиться не плохие с учетом волчьей шкуры что ты приволок. Самому интересен результат — пробурчал он свой вердикт — ну а этот ржавый хлам тащи к Прапору, может даст тебе за него банку тушняка или могу отдать моим пацанам. Пусть поковыряются, да что-то окончательно угробят, но могут и починить. Им пара единичек к навыку, а тебе Прапор даст явно больше, чем одна банку. Завтра зайдешь заберешь результат.

Я кивнул соглашаясь. Старик довольно хмыкнул в седые усищи и продолжил:

— Ладно кузня в твоем распоряжении, толь если что-то сломаешь уши с корнем вырву. Ты меня понял.

— Угу — угукнул я, пряча улыбку от его показного сурового взгляда.

Аж ностальгией пахнуло по школьным временам.

Никиф вышел из кузни прикрыв за собой скрипучую дверь и оставил меня одного в царстве молотов и наковален. Скинув кожаную куртку, положил ее на все тот же верстак, туда же лег верх от горки. На мне остались штаны и футболка. В помещении было довольно жарко, а мне предстоял тяжелый физический труд.

Подошел к расположенному у наковальни рабочему столу с тисками и выложил приготовленные на сегодня клинки. Прямой меч с обоюдоострой заточкой и кинжал, уменьшенная копия первого клинка. Повертел их в руках еще раз убеждаясь, что не ошибся в выборе. Внешне они мало отличались от сваленного на пол хлама. Единственное, что их выделяло, они относились к классу «необычное»:

Ржавый меч ратника (необычное)

Сила +2

Урон физический 36-52

Прочность 76/250