Зарево горящих деревень
Шрифт:
— Резонно. — Согласился я. — Тогда у вас сегодня выход в люди. Естественно, у всех кроме Графа. Тебя с повозкой видеть никто не должен. Понял? — Парень уныло кивнул. — Я появлюсь ближе к полуночи и дальше раздам всем указания. Кира. — Я приобнял табакси которая все так же терлась о меня, демонстрируя свою симпатию. — У тебя как с навыками вскрытия замков?
— Не очень. — Честно призналась кошка. — Я больше в убийцу качалась, незаметность, акробатика, по стенам умею лазить, ловушки вижу, но обезвреживать не умею. Замки тоже не мое.
— По стенам это хорошо. — Задумчиво произнес я. — Возможно этого и хватит.
— У нас будет дело на двоих? — Заурчала от удовольствия кошка. — Только ты и я? — Она потерлась щекой мне о скулу и подмигнула.
— Посмотрим. — Я не стал ей ничего обещать, если с ней и получится провести какую-то акцию, то это будет уже что-то из категории «авантюра», а я не очень люблю подобное. Как по мне так лучше продуманные и четко спланированные действия. Но и упускать шанс подзаработать я не собирался. Табакси, при грамотном использовании, сможет заменить воровку. Не полноценно, конечно, но все лучше, чем ничего. А мне бы хотелось пошарить в одном деревенском домике.
— Шеф! — Вмешалась Грэта. — У меня ник красный, мне в деревню пока нельзя.
Да, блин! Я совсем забыл, что с нашими экспериментами, гномиха приобрела на время статус преступника и теперь появляться в законопослушной деревеньке, пусть и состоящей в сговоре с местной бандой, ей нельзя.
— Хм! — Тогда на выбор. — Либо составишь компанию Графу, либо можешь прогуляться с нами в поля. Пользы, конечно, и там, и там от тебя никакой, но хоть развлечение.
— Я с вами! — Не стала раздумывать ни секунды она.
Я кинул на Графа насмешливый взгляд, как бы говоря, «ну вот, из-за твоего дерьмового характера и языка с тобой вообще никто общаться не хочет». Тот и без меня все понял и стоял, понурив голову.
Его мир сейчас рушился! Буквально неделю назад, он считал себя сильным и умным. Думал, что его жизненные идеалы нерушимы. Мораль! Нравственность! Достоинство! Все эти качества должны были привести его к неминуемому успеху. И вот, в одночасье, все полетело к чертям! Сначала я цинично продал в рабство его друзей и руководителей. Затем, заработал невероятные, по его меркам, деньги на тупейшей идее, после чего начал одну за другой растлевать его подруг.
И что самое страшное, это не вызвало не то, чтобы осуждения у его приятелей. Это выдавалось за практичность и правильность мышления, логически обосновывалось и приносило, тем кого он считал дешевыми шлюхами, прибыль.
На самом деле парень был не так уж и не прав, они и вправду были дешевыми шлюхами и уважения никакого не заслуживали, и я его к ним не проявлял. Не прав он был в другом. В оценке самого себя. Граф не был рыцарем. Честь, совесть и мораль в нем держались только до тех пор, пока у него не было денег на то, чтобы с головой окунуться в грязь порока. Если бы ему прямо сейчас дать крупную сумму, что тут, что в реале, то вечером он окажется обдолбанный наркотой или алкоголем в борделе, где станет воплощать самые грязные и извращенные фантазии. Я видел за свою жизнь сотни таких моралистов. Светлый образ себя любимого в их головах сохраняется ровно до того момента, как они сталкиваются с соблазном.
И нужно признать… Мне нравится работать с такими. Ими управлять легче, чем циниками вроде меня или того же Арти, который сейчас стоял и без стеснения разглядывал задницу Радии, прикидывая в уме, сколько у него там наличности в карманах. Графу, можно было сказать какую-нибудь высокопарную фразу вроде, «Ну ты же не такой как они! Ты же сделаешь как надо!» и послать на смертоубийственное задание, и он пойдет. Арти придётся платить деньги, а этот пойдет бесплатно, чтобы доказать кому-то там, что он лучше других, что он на самом деле добрый, правильный! С наивными идиотами всегда приятно работать. На них можно сэкономить.
— Ладно! — Я оставил свои размышления. — Грузитесь в повозку и езжайте в деревню. Граф! Повозка в деревне светиться не должна, довезешь их сколько можно, затем спрячешься в лесу. Ночью за тобой придут, нам предстоит работа по перевозке грузов.
— Ясно. — Протянул парень.
— Ну раз ясно, расходимся. Кира, ты со мной или в деревню? — Почему-то я был уверен, что кошка увяжется за мной следом, но та лишь хлестнула меня хвостом и направилась к «Альтам».
— Чего я не видела ночью в полях? — Бросила она не оборачиваясь. — Наверняка там не будет ничего интересного. А вот посмотреть на деревеньку любопытно. Вдруг открою для себя что-то новое.
Я в ответ лишь пожал плечами и пошел к Ларе, которая демонстрировала Гайе, движения, которые, по ее мнению, должны были выглядеть страшно, а на деле все равно смотрелись вызывающе сексуально, правда с некоторой долей агрессии.
— Ты где так двигаться научилась? — Бесцеремонно спросила ее Грэта, увязавшаяся за мной, когда мы подошли к ним.
— Это все папаша. — Рассмеялась эльфийка. — Он в пять лет отдал меня на художественную гимнастику. Я честно ходила три года, хотя ненавидела ее всем сердцем, а потом взбунтовалась. Ну как взбунтовалась. В соседнем зале преподавали экзотические танцы. Стрип-пластика, танец живота и тому подобное. Вот я, в пику родителю, и сменила без его ведома одну секцию на другую. Он до сих пор не в курсе, что платил за то, что его любимая крошка училась «крутить задом перед мужиками», вместо того чтобы стать профессиональной спортсменкой. И знаешь, я ничуть не пожалела. Половина из тех девчонок с кем я начинала заниматься спортом, сейчас уже изломаны, травмированы и бросили все это к чертям. Остальная половина раздвигает ноги за деньги и разница между любыми другими шлюхами только в том, что они их раздвинуть могут шире обычного. А я вот! — Она страстно изогнулась.
— Да уж! — Хмыкнула гномиха. — История успеха.
— Зря иронизируешь. — Положил я ладонь карлице на голову. — С Лариными навыками, шансов получить хорошую работу куда выше, чем у претендента с хорошими оценками. Она притягивает взгляд и ее хочется держать поближе к себе, как можно ближе. — Я подмигнул эльфийке, и она самодовольно усмехнулась.
— Ты так говоришь, что работу, в наше время, можно получить исключительно через постель. — Буркнула гномша.
— Вовсе нет. — Не согласился я. — Если ты одарён, таланлив, усерден, тебя тоже возьмут. Но обладая красивой мордашкой тебе легче и устроиться, и продвинуться по карьерной лестнице. Такова жизнь. Основу любой компании составляют, люди с талантом, навыками и усердием, а вот самые денежные должности занимают люди красивые. Они могут быть безмерно тупы и никчемны и их убирают в первую очередь, как только с деньгами становиться похуже. Но они всегда есть.
— Значит уметь вилять задом перспективнее, чем учиться? — рассмеялась Грэта.
— И этого я не говорил. — Поправил я ее. — Я ведь сказал, что тупых красавчиков убирают первыми, а вот те, кто реально приносят деньги остаются при работе. Да она у них не самая высокооплачиваемая, зато она есть. К тому же, красота недолговечна. Вот, к примеру наша Лара, погорит яркой звездочкой в реале еще лет семь-десять и все, грудь обвиснет, стринги на раздавшейся заднице будут смотреться ужасно и всё. Прямая дорога в бедность! Именно поэтому, я и настаиваю на том, чтобы все усердно учились, посещали занятия. Учеба, это уверенность в завтрашнем дне, а расчет на природные внешние данные, путь в никуда.
— Какой ты милый и заботливый. — Ехидно протянула гномша и присоединилась к Ларе и Гайе, пытаясь, не мешая им повторять движения.
Постепенно она влилась в их компанию и девушки начали репетировать втроем.
Я же пошел чуть в сторонку и присел на поваленное дерево.
— Шеф! — Ко мне подсел Дюбик и тоже принялся наблюдать за девушками. — Я хотел поговорить…
— Могу ли я разрешить тебе и с Ларой покувыркаться? — Рассмеялся я.
— Что? Нет! А можете? — Оживился парень. — На самом деле я хотел поговорить про Графа, он не плохой парень…