Зарождение добровольческой армии
Шрифт:
Сюда, на Дон, под защиту казачьей автономии, и спаслась часть русской интеллигенции, не желавшая подчиниться варварскому игу большевиков.
С ужасом смотрели они на беспощадное разрушение русской государственности и в полном отчаянии не видели выхода из страшной бездны, в которую ринулась Россия.
В начале ноября 1917 года в Новочеркасске, столице донского казачества, появился скромно одетый, преклонного возраста господин в очках, с видом профессора. Господин этот о чем-то хлопотал, его видели постоянно у атамана; он собирал у себя военную молодежь и беседовал с офицерами.
По городу ходили разные слухи о каком-то заговоре; рассказывали, что Дон идет на Москву, чтобы положить конец издевательствам над Россией; называли даже разных походных атаманов, которые якобы уже назначены.
Через несколько дней дело разъяснилось. Этот господин оказался генералом Михаилом Васильевичем Алексеевым, бывшим начальником штаба Императора Николая II, а впоследствии Верховным Главнокомандующим русской армией при Временном правительстве.
Генерал Алексеев, ближе всех видевший ужасные результаты разложения армии, еще при Временном правительстве предпринимал всевозможные меры к воссозданию армии. Но все его попытки в этом направлении и в Петрограде, и на Московском совещании остались без результата.
Между тем он ясно сознавал, какое тяжелое будущее предстоит России, если она так печально и позорно нарушит свои обязательства перед союзниками в мировой борьбе. Он уже не мечтал об активных операциях, но думал, что и при ничтожном сопротивлении со стороны России немцы будут крайне затруднены на Западном своем фронте.
После разгона предпарламента генерал Алексеев убедился в том, что все легальные способы борьбы бесплодны. Но, несмотря на всю свою усталость и болезни, он не сдал еще своих позиций. Чего нельзя было добиться законным путем, то, казалось ему, возможно сделать иначе. Он думал, что не все еще потеряно.
Если большевистская Россия уже примирялась с немцами и если прежней русской официальной армии не существовало, то нужно было создать иную армию и с ней продолжать войну с немцами во что бы то ни стало.
Генерал Алексеев решил образовать новую армию на особых началах. Он задумал созвать на Дон всех, кто пожелал бы служить родине добровольно.
Эта добровольческая армия должна была организоваться при помощи союзников, в казачьих областях, на Дону, на Кубани и на Тереке. Получив здесь надлежащее снабжение, армия могла двинуться на запад, чтобы остановить беспрепятственное шествие немцев.
Союзным представителям план генерала Алексеева казался вполне исполнимым, и они обещали оказать полное содействие, конечно только с финансовой стороны. В то время Донская область была отрезана от союзных государств, так как Дарданеллы находились еще в руках враждебной Турции. Черное море было заперто, да к тому же и русский военный флот захватили большевики. Поэтому никто и не мечтал о помощи со стороны союзников путем снабжения армии вооружением, военными припасами, обмундированием и т. п. Все это армия должна была добыть сама на месте или силой, или за деньги.
Получив от союзников твердое обещание оказать армии возможно скорую помощь деньгами и заручившись согласием Донского атамана генерала Каледина, генерал Алексеев выработал план добровольческой организации и немедленно приступил к его выполнению.
Ближайшими сотрудниками генерала Алексеева были в то время: его адъютант ротмист Шапрон, начальник штаба полковник Веденяпин, [202] подполковник Лисовой и капитан Шатилов, [203] начальник строевой части — бежавший из Быховской тюрмы генерал от инфантерии И. Г. Эрдели, начальник хозяйственной части — член Государственной Думы Л. В. Половцев, по политическим вопросам — член Государственной Думы Н. Н. Львов, С.С. Щетинин [204] и А. А. Ладыженский. [205]
202
Веденяпин Евгений Орестович. Из дворян. Полковник л.-гв. Измайловского полка. Член Алексеевской организации в Петрограде. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. начальник штаба Алексеева в Новочеркасске, затем представитель армии в Минеральных Водах. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода, в мае 1918 г. представитель армии на Тереке.
203
Шатилов Дмитрий Владимирович, р. 15 сентября 1886 г в Саратове. Окончил 3–й Московский кадетский корпус, Павловское военное училище (1909). Капитан л.-гв. Измайловского полка. В августе 1917 г. в офицерской организации в Петрограде. В Добровольческой армии с ноября 1917 г.; в декабре 1917 г. в отряде генерала Черепова, на 21 января 1918 г. начальник строевого отдела полевого штаба армии. Участник 1–го Кубанского («Ледяного») похода в 3–й роте Офицерского полка, летом 1918–го адъютант полковника Кутепова. В Русской Армии до эвакуации Крыма. Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Гвардейского отряда в Югославии. Полковник. В эмиграции в Болгарии и в Югославии, чиновник министерства финансов. Служил в Русском Корпусе. С 1948 г. в США. Умер 6 декабря 1953 г. в Вайнленде (США).
204
Щетинин С. С. В Добровольческой армии и ВСЮР; на 6 ноября 1918 г. член Главного комитета общества Белого Креста, затем помощник начальника управления торговли и промышленности, с 31 мая до начала ноября 1919 г. Екатеринославский губернатор.
205
Лодыженский Александр Александрович. Окончил Училище правоведения (1908). Чиновник Государственной канцелярии, начальник канцелярии по гражданскому управлению штаба Верховного Главнокомандующего. Участник освобождения быховцев В Добровольческой армии и ВСЮР член Особого Совещания при Главнокомандующем, в начале 1920–го управляющий делами Южно–Русского правительства, затем помощник его до эвакуации Новороссийска. В Русской Армии и.о. Симферопольского губернатора В эмиграции во Франции, шофер такси. С 1956 г. председатель Представительства Русской Национальной эмиграции во Франции. Умер после 1967 г.
В Ростове и Таганроге работал председатель Общества заводчиков и фабрикантов В. А. Лебедев.
Для сбора добровольцев с фронта в Киеве была создана особая организация, во главе которой стоял генерал от кавалерии A. M. Драгомиров [206] и член Государственной Думы В. В. Шульгин. [207]
На первый призыв генерала Алексеева отозвалось около 50 офицеров и юнкеров, бежавших в Новочеркасск из Петрограда и Москвы после октябрьских стычек с большевиками. Из них были составлены кадры первых воинских частей: офицерского и юнкерского батальонов.
206
Драгомиров Абрам Михайлович, р. 24 апреля 1868 в Санкт–Петербурге. Окончил Пажеский корпус (1887), академию Генштаба (1893). Генерал от кавалерии, главнокомандующий войсками Северного фронта. С августа 1918 г. помощник верховного руководителя Добровольческой армии, с 3 октября 1918 г. — сентябрь 1919 г. одновременно председатель Особого Совещания при Главнокомандующем ВСЮР. С 11 сентября 1919 г. — декабрь 1919 г. главноначальствующий и командующий войсками Киевской обл. С 8 марта 1919 г. заместитель председателя комиссии по эвакуации Новороссийска, с 19 сентября 1920 г. председатель кавалерской думы. Кавалер орд. Св. Николая Чудотворца. В эмиграции в Югославии, с 1924 г. генерал для поручений при председателе РОВС, с 1931–го во Франции, руководитель особой работы РОВС (вместо генерала Кутепова), председатель Общества офицеров Генерального штаба, член Общества Ветеранов. Умер 9 декабря 1955 г. в Ганьи (Франция).
207
Шульгин Василий Витальевич, р. в 1878 г. Из дворян. Член Государственной Думы. В годы Гражданской войны руководитель подпольной разведывательной организации «Азбука», член Особого Совещания при Главнокомандующем ВСЮР до 31 мая 1919 г. В эмиграции с 1921 г. член Русского Совета. В 1944 г. захвачен советскими войсками и до 1956 г. находился в заключении. Умер в 1976 г. во Владимире.
Прибывали добровольцы и из соседних местностей — оборванные, без белья, без сапог, в каких-то опорках. Их надо было разместить, одеть, обуть и кормить, а денег было мало.
* * *
Получив самые широкие обещания денег со стороны различных общественных организаций в Москве и Петрограде, генерал Алексеев приступил к выполнению своего плана, имея в кармане 10 тысяч рублей, занятых им у частного лица. На эти 10 тысяч рублей и жили несколько дней кадры будущей армии.
Постепенно стали поступать в кассу местные пожертвования, но в ничтожных размерах. Наконец наступил момент, когда стало ясным, что завтра надо бросить все дело, потому что денег больше нет.
Помочь делу решили сами добровольцы. Наиболее состоятельные из них, не имея сами наличных денег, воспользовались своими кредитоспособными именами и выдали векселя. По учете векселей, при содействии Н. Н. Львова, в местных банках получилась сумма около 350 тысяч рублей, которые и спасли дело на некоторое время.
Одному Богу известно, какие мучительные часы переживали Алексеев и его сотрудники в это время.
Поставив на карту все — и доброе имя, и жизнь, и все свое прошлое, увидав полную возможность осуществления своей мечты о великом деле, генерал Алексеев мог оказаться в самом ужасном положении.
Ведь от великого до смешного один только шаг. А разве не смешно было бы для бывшего Верховного Главнокомандующего собрать армию в 50 человек и затем распустить ее?
Но генерала Алексеева эта мысль не пугала. Он хлопотал, просил, умолял, и хотя с величайшими затруднениями, но армия создавалась и увеличивалась.
* * *
В самом начале будущая армия организовывалась тайно. Совещания созывались в частных домах, приказы передавались из рук в руки.
Тем не менее скрыть от немецких шпионов даже зародыш будущих организаций не удалось. Немцы поняли сразу всю серьезность дела и немедленно приняли свои меры, а послушные им большевики провели эти меры в жизнь.
Прежде всего среди донских казаков была поведена самая широкая агитация с целью дискредитировать в их глазах Добровольческую армию. Казакам внушалось, что армия эта создается совсем не для борьбы с немцами, а для восстановления монархической власти в России, для уничтожения всех свобод, приобретенных народом.