Чтение онлайн

Версавел отмахнулся от эфира и передал его всецело Ван-Ину. А Д’Онт тщетно искал бибисишников, их вещающую передвижку, в то время как его люди бегали с мегафонами.

Когда Патрик Делайе услышал новость, он упал в обморок, на этот раз по-настоящему.

Вернувшись на Бишоп-авеню, рыдающая Шарлотта налила себе тройной коньяк. Руки, которые всегда были безупречно точны в работе с глазными операциями в течение многих лет, бесконтрольно дрожали, как крылья барахтающегося мотылька.

Портье «Парк-отеля» увидел Даниела Феарехье, вихрем промчавшегося через вестибюль. Портье завис в отеле вечером после своей смены, общаясь с коллегой, который сменял его, и увидел высокого молодого человека, который сам вошел в лифт, втащив за собой инвалидную коляску. Он схватил телефон и позвонил в полицию. Даниел как раз собирался завести синий «форд-транзит», когда его окружили двадцать полицейских.

– Поздравляю, Холмс, – сказала Ханнелоре, когда машина скорой помощи отвезла Бертрана Делайе в ближайшую больницу. – Я все еще не знаю, как вы все это сделали, как вычислили его, но вы убедили меня раз и навсегда, что полиция Брюгге способна на большее, чем выписывание штрафных талонов за неправильную парковку.

Ван-Ин смял пустую пачку сигарет и взял ее за руку. Он чувствовал легкое головокружение.

– Могу я выкурить сигарету? – сказал он тихо. – Последнюю… пора лечиться.

– Это вредно для вашего здоровья.

Она порылась в сумочке, но там было пусто.

– Я куплю немного для вас позже. А пока вам придется мириться с утешительным призом.

Она обняла его и поцеловала в губы.

«Герои всегда должны получать симпатичную девочку», – подумал Ван-Ин. Он протолкнул свой язык меж ее глянцевых зубов и попытался там как можно подольше оставаться.

Начальник полицейского участка Эврард наблюдал издалека. «Проклятый фламандский везунчик», – подумал он.

Во вторник утром раздался телефонный звонок, он пел до тех пор, пока Ван-Ин не проснулся, не в состоянии больше выносить его пронзительные трели.

– Одиннадцать, – сказала Ханнелоре еще в полусне. – Мы не можем лежать тут все время.

– Ответить, что ли? – проворчал Ван-Ин.

– Он уже звонил, Питер. – Она повернулась на бок и снова задремала.

Ван-Ин отправился по лестнице вниз и подошел к телефону, испытывая чувство, близкое к ярости.

– Старый ублюдок выстрелил себе в голову.

Это был Версавел, и он был не в себе. Но Ван-Ину было сейчас все равно.

– Разве ты не видел документы?! – орал Версавел. – Кто-то вышел на публику со всем багажом.

Ван-Ин сел и стал озираться в поисках сигареты, к счастью, не нашел ее. «Так легче завязать», – подумал он, в то же время слушая рассказ Версавела, находящегося в заведенном состоянии.

Два доклада были полным признанием Даниела Феарехье, остальные были чуть скромнее, только по основным моментам всей истории. Все об инцесте и подозрении на лишение свободы Орели. Все было сообщено о прошлом Дегрофа в деталях.

– Вы знали, что Орели была дочерью Аквилина Верхая? – ревел Версавел, когда почувствовал, что Ван-Ин почти не реагирует на его бурный рассказ. – Элиза де Пейнбрук и Аквилин Верхай продолжали состоять в любовной связи после вступления в брак Элизы с Дегрофом. Дегроф узнал об этом и насиловал Орели в течение многих лет подряд, чтобы отомстить.

– Не инцест по большому счету, – сухо рассудил Ван-Ин. – Он знал, что она не была его дочерью.

– Да, это вариант, если так смотреть на это, – неуверенно проговорил Версавел. – Можно повернуть и так. Но Дегроф-старший нашел откровение достаточно серьезным, чтобы пустить себе пулю в голову. Честь и уважение означало для него все, – вздохнул Версавел. – Я думал, новости вас заинтересуют, комиссар, – добавил он, запутавшись.

– Конечно, это так, мой друг. Спасибо, что сообщили эти милые неприятности. Я расскажу Ханнелоре.

– Ах да, – понимающе кашлянул Версавел.

– Не будь ослом, Гвидо. Если ты ревнуешь, иди и найди капитана Д’Онта. Может быть, он утешит тебя.

– Ах ты, ублюдок.

– Выше голову, Гвидо. Увидимся завтра в офисе. Чао! – Ван-Ин повесил трубку и подошел к кухонной стойке в глубокой задумчивости. Он поставил чайник и открыл новую пачку кофе, аромат вызвал у него желание закурить сигарету.

«У тебя не было сигареты вчера, почему бы не обойтись и сегодня», – сказал он себе.

«Это была баронесса, она передала код сигнализации, чтобы Верхай открыл сейф, и она же дала ему список картин».

Он подозревал Анну-Мари.

Пока он наливал кипяток через фильтр, выстроил события предшествующих восьми дней.

Мотив был теперь ясен.

Аквилин Верхай, любовник Элизы де Пейнбрук, хотел отомстить Дегрофу за их ребенка, зачатого в любви. Даниел Феарехье, ребенок, рожденный от якобы инцестных отношений, должен был осуществить возмездие за несправедливость Дегрофа. Желая добраться до Дегрофа, они использовали семью.

Их modus operandi [25] – вся карусель задуманных действий – была не самой прозрачной, но также и не из ряда вон выходящей. Американцы могли рассказать историю или две на таком материале. Но дело было закрыто, так почему он беспокоится? Он ничего не мог поделать.

Но почему они так долго ждали и что вдохновило Даниела Феарехье…

Ван-Ин налил слишком много воды, фильтр переполнился, и фарфоровый кофейник засорился, кофейная жижа потекла по фарфоровым бокам.

Не обращая внимания на беспорядок, он направился обратно в гостиную и набрал номер Делайе. К счастью, к телефону подошла Шарлотта.

Она удивилась, когда услышала, что он хотел знать, но обещала перезвонить, как только получит информацию.

Ван-Ин имел право попросить ее о чем-нибудь.

Ханнелоре просияла, когда он появился в комнате с тостами и кофе на подносе. Он чуть не споткнулся на последней ступеньке.

– Я не привык подавать завтрак в постель, – сказал он извиняющимся тоном.

– Да уж, надеюсь, что это так, Питер Ван-Ин, – угрожающе сказала она.

Вскоре после полудня зазвонил телефон, и Ван-Ин бросился вниз по лестнице.

– Не думал поставить аппарат здесь? – крикнула она ему вслед.

Разговор длился пару минут, после чего Ван-Ин вернулся в спальню, покачивая головой.

– Проблемы? – спросила Ханнелоре.

– Нет, не совсем, – вздохнул он.

– Ну, скажи что-нибудь и перестань быть таким хмурым и скрытным.

– Сначала допей свой кофе. Мы должны нанести визит баронессе. Я думаю, что она расскажет нам всю историю. Но обещай мне одну вещь: все, что она сообщит нам, останется между нами.