Чтение онлайн

— Да-a, что-что, а это я почувствовала. — Она рассмеялась и прямо тут, посреди улицы, поцеловала его. В эту пору в Лейпциге мало прохожих.

— Зайдем куда-нибудь? — предложил Меркер.

— Так поздно?

— Ночь длинная. Сейчас угадаю: ты бы с удовольствием… поела мороженого.

Отворив дверь молочного бара, они сразу увидели, что там яблоку негде упасть, ни одного свободного местечка, и, разочарованные, уже хотели уйти, как вдруг заметили, что у стойки кто-то расплачивается. И живо протиснулись к табуретам. Маргитта даже карточку смотреть не стала. Что-нибудь с земляникой и сбитыми сливками. Сливки она могла есть без зазрения совести, заботиться о фигуре ей пока рановато. Себе Меркер заказал бокал вина.

— Любопытно, Колнар пригласит тебя в Венгрию?

— Не знаю. Я для него, конечно, не самый интересный оппонент. Может, командировка и выгорит когда-нибудь, в обществе нашего заведующего.

Они заказали еще раз то же самое, упрекая друг друга в непомерном гурманстве. Им было хорошо, они оживленно разговаривали, не замечая, что бар потихоньку пустеет.

По улицам ползли поливочные машины. О такси нечего и мечтать. Те немногие, что работают ночью, были заняты.

Трамваи были переполнены ночными гуляками и теми, кто возвращался домой с вечерней смены. Небо над городом было безоблачное, звездное.

— Завтра опять будет хорошая погода, — объявила Маргитта возле своего дома, разыскивая в сумке ключи от парадного.

— Наверняка, — кивнул Меркер.

Ну вот, ключи найдены.

— Что ж, до свидания. Приятный был вечер. Спасибо!

Она поцеловала его.

— Не пустишь меня к себе? — то ли в шутку, то ли всерьез спросил он. До сих пор она всегда отказывала, и в этот поздний час он ничего иного не ожидал.

— Не пущу. — Она покачала головой. — Ты не обижайся. Но я жутко устала. А завтра ни свет ни заря опять на работу. Может, как-нибудь в другой раз.

— Старая песня, — покорно пробормотал Меркер и упрашивать не стал.

Она махала ему вслед, пока он не скрылся за углом.

— Фройляйн Грауэр, — сказал майор, — а теперь постарайтесь сосредоточиться. Внимательно осмотрите лабораторию. Вчера вы были здесь последними, если не считать убийцу и Лору Гальбах. Что-нибудь изменилось? Любая мелочь крайне важна. Все ли на месте? Смотрите. Спокойно и внимательно.

Маргитта стала вспоминать, что делала перед уходом. Кофейные чашки на месте. Инструменты в шкафу. Шкаф заперт. Вот стулья передвинуты. Но это сделали сами полицейские.

— Мы, разумеется, тщательно сфотографировали это помещение и покажем вам снимки, как только они будут готовы, — сказал Бауэр.

Девушка задумчиво скользила взглядом по комнате. Ничего особенного. В боковушке тоже все в порядке. Она отдернула занавеску в углу.

— Вот, — без колебания сказала она, — здесь кто-то был. После нашего ухода этой штукой кто-то пользовался.

Майор и обер-лейтенант с интересом подошли ближе. За занавеской был стол, а на нем фотостат, увеличитель и осветительное оборудование. Фотоутолок — чтобы в случае нужды быстро выполнить те или иные копировальные работы.

— Вы уверены? — озабоченно спросил Бауэр.

— Конечно. Я ведь работала тут вчера. А у меня привычка, закончив репродуцирование, я поднимаю рамку на самый верх: тогда можно заняться на столе другими делами. А сейчас она внизу.

— Вы точно помните, что сдвинули рамку вверх?

— Да. Я потом еще снимки сортировала. Могу показать.

Маргитта поспешно достала из ящика коробку с научными фотографиями. Она изо всех сил стремилась помочь.

— А не мог кто-нибудь из сотрудников передвинуть рамку?

— Мог, но только после десяти, когда я ушла. В этом я совершенно уверена.

— Значит, — вопреки обыкновению майор Бауэр подумал вслух, — значит, после вашего ухода, после десяти вечера, кто-то еще побывал в лаборатории и, мало того, работал на фотостате. Кто? Почему? Что он делал?.. Итак, вопрос первый: что здесь можно украсть?

На лице Маргитты отразилось недоумение.

— Что вы имеете в виду? В каком смысле украсть? Деньги мы тут не храним.

— Я и не имел в виду деньги, фройляйн Грауэр. Но над чем вы здесь работаете? В последнее время? Может быть, над чем-то особенным? Ведь это же научно-исследовательская лаборатория!

— В последнее время у нас, пожалуй, было кое-что интересное. Вчера прошли клинические испытания препарата РМ-089. И очень удачно. Замечательная штука. Никаких побочных явлений, при больших дозах чуточку падает кровяное давление, только и всего. Но такая дозировка едва ли необходима в условиях клиники.

— Стоп! — воскликнул Бауэр. — Повторите еще раз, и помедленнее, чтобы даже мне, профану, было понятно.

Оба с интересом слушали восторженный рассказ Маргитты Грауэр о работе последних месяцев. Гайер усердно записывал в блокнот имена соразработчиков, а также всех тех, кто по разным причинам мог знать об этой проблеме.

— Вы думаете, причина здесь? — От Маргитты не укрылся их пристальный интерес. — Но что тут особенного? К тому же скоро появится публикация. Если не ошибаюсь, несколько рукописей уже готовятся к печати. Спросите у доктора Бергера, он вам точно скажет.

Майор не слушал ее. Он надолго задумался, потом сказал:

— А где материалы исследований? Учитывая беззаботность ученых, полагаю, что хранятся они в шкафу. В котором?

— В этом, — коротко ответила Маргитта. — Но его всегда запирают.

Замок в шкафу был автоматический, из самых обыкновенных, специалист откроет в два счета.

— У кого находятся ключи?

— У старшего врача и у меня.

Обер-лейтенант Гайер присел на корточки и внимательно осмотрел дверцу шкафа и замок.

— Взлома не было, — сообщил он.

На всякий случай Бауэр проверил: так оно и есть.

— Отпереть? — спросила девушка, доставая связку ключей.

Но Гайер ее остановил.

— Погодите. Прежде всего пригласим вашего шефа, да и оперативники пусть еще разок взглянут.

Майор Бауэр присел на край письменного стола. Он начал сортировать факты. Искать взаимосвязи. Какое отношение к этим работам имела Лора Гальбах? Кто убийца? Делал ли фотокопии убийца? Или Гальбах? И вообще, делал ли их кто-нибудь? Если да, то с чего? С материалов по РМ-089? А зачем, если их вот-вот опубликуют?

Уйма вопросов, как всегда в начале расследования уголовного преступления. Майору Бауэру важно было как можно скорее нащупать кончик запутанного клубка. Ведь время идет, и шансы поймать преступника уменьшаются.