Чтение онлайн

Энн водила Адама в парк развлечений, на огромное колесо обозрения. Они целовались в кабинке на самом верху, а когда спускались на землю, шли в кассу, покупали новый билет и отправлялись на очередной круг над городом.

– Тебе нравится целоваться на высоте? – спросил Адам, хитро прищурившись и облизав губы.

– Ага, – хихикнула Энн, подставляя губы для нового поцелуя. – Потому что так гораздо романтичнее.

Натали неслась по городу, крутя педали велосипеда. Родители хотели отправить её на всё лето куда-нибудь подальше от города, но девушка не желала уезжать от любимого. Ей пришлось дать клятву, что она все каникулы будет вести себя хорошо и будет смиренна, как ангел. Клялась она долго, готовая на всё, что угодно, лишь бы только остаться с Робертом. Родители слушали её внимательно и молча, но в обещания не поверили, хотя ничего не сказали об этом. В ответ на клятву Натали они выдвинули множество жёстких требований, ограничивающих свободу. Теперь ей нельзя было допоздна гулять и возвращаться затемно, нельзя было покидать особняк ночью, закрываться с телефоном в ванной и долго по нему разговаривать. На прогулку Натали отпускали лишь днём, да и то ненадолго – родители опасались, что их непутёвая и взбалмошная дочь может выкинуть какой-нибудь фортель.

– Пока ты учишься, веди себя прилично! – жёстко сказала Сьюзан, выпуская дочь из запертой комнаты на свободу. – А вот когда вырастешь, начнёшь работать, тогда и будешь делать всё, что захочешь.

Отец отобрал у Натали мобильный телефон и отключил интернет, сказав, что это ей совершенно ни к чему, и пригрозил, что теперь за любую, даже малейшую провинность, выгонит дочь из дома, не дав ей никаких денег. Натали побоялась спорить со строгим отцом, но тайком купила себе новый телефон на деньги, отложенные когда-то на украшения, и теперь тщательно прятала аппарат, чтобы родители случайно не отыскали его.

Натали въехала на заброшенную часть парка. Через полчаса ей следовало быть дома, а за это время девушк нужно было успеть повидаться с Робертом.

Парень стоял возле густых тёмных кустов, опершись на велосипедный руль. Натали затормозила и бросилась к нему.

– Роберт! Вот и я! Давно ты меня ждёшь?

– Давно. Как же я соскучился по тебе, моя Натали!

Оставив велосипеды, они набросились друг на друга со всей страстью, опустившись на мягкую траву между кустами и срывая одежду, не тратя время на расстёгивание пуговиц. Горячие поцелуи Роберта обжигали кожу Натали, девушка тихо стонала в его объятиях, парень тяжело дышал, лаская её нежное тело. Прикрыв глаза, Натали исступлённо повторяла его имя.

Марианна и Джек бродили по парку, подыскивая местечко, где можно уединиться.

– Что ж всё неймётся-то тебе, Джек? – Марианна опасливо оглянулась вокруг. – Здесь же люди кругом! Не можешь до вечера подождать, когда мы домой вернёмся?

– Не могу. – Джек взял девушку за руку. – Я так хочу тебя, Мари. Пойдём в старую часть парка, она давно заброшена и там никто не ходит.

– Пойдём.

Они прилегли в окружении глухих тёмно-зелёных кустов. Джек принялся жадно целовать лицо и шею Марианны, она гладила его по мускулистой спине.

– Мари, любимая моя Мари… – шептал Джек, расстёгивая пуговицы на блузке девушки.

Но довершить начатое им не удалось. В соседних кустах раздался шорох и приглушённые голоса. Притихшие Джек и Марианна узнали в раздевающейся парочке Роберта и Натали. Марианна не хотела быть свидетельницей чужой любви, не хотела слышать страстных вздохов и стонов, поэтому быстро поднялась, застегнула блузку и шепнула Джеку:

– Уходим отсюда. Поищем другое место.

Они отошли подальше, к другим кустам. Джек прижал Марианну к сухому стволу дерева, и снова принялся целовать, задирая юбку. Марианна запрокинула голову, наслаждаясь его поцелуями, но влюблённым снова помешали. Совсем близко от них раздался треск веток.

– Ой, Джек, пожалуйста, перестань! – Девушка оттолкнула парня. – Перестань, говорю! Мне кажется, за нами кто-то подглядывает.

– Да что ж такое сегодня? – начал сердиться Джек. – Нигде спрятаться нельзя! Мари, любовь моя, давай тогда ещё погуляем, если уединиться нам не удаётся.

– Давай.

Чтобы поднять девушке упавшее настроение, Джек купил ей мороженое в вафельном стаканчике.

Софи и Габриэль находились за городом, на трёхдневной экскурсии по реке на теплоходе и делили на двоих небольшую каюту. Софи никак не могла привыкнуть к качке, и Габриэль во время прогулок по палубе держал её за руку.

Сестра Сара настойчиво просилась с братом в путешествие, но Габриэль мягко объяснил, что эта романтическая поездка только для него и Софи, и что непоседливая девочка будет им мешать. Сара ни капельки не обиделась, но попросила привезти для неё что-нибудь в подарок, и специально для неё Софи и Габриэль набрали много речных ракушек.

В один из вечеров Габриэль решил устроить для Софи романтический ужин. Поставил на столик в каюте бутылку красного вина, два высоких бокала и стеклянную вазочку с фруктами. Даже зажёг три маленькие свечки в форме сердечек.

– Ой, как мило, Габриэль! – восхитилась Софи, оценив его старания. – Но только я не пью.

– Ну хоть немножко выпей. – уговаривал её Габриэль. – Я налью тебе вина совсем чуть-чуть, на донышко бокала.

– Только если на донышко, – согласилась девушка, присаживаясь за столик.

Габриэль, как и обещал, налил немного вина. Софи сделала глоток и взяла из вазочки виноградинку.

– Надо же, совсем не крепкое. – Девушка снова отпила из бокала.

– Специально для тебя выбирал, – ответил Габриэль. – Я знаю, ты не любишь крепких напитков. Но без вина не получится романтического вечера.

Софи отставила опустевший бокал и потянулась за клубникой. За иллюминаторами раскинуласьтёмно-синяя прозрачная ночь. Габриэль потушил свечи и закрыл дверь каюты, чтобы какой-нибудь мучающийся от бессонницы пассажир случайно не забрёл к ним с Софи.

В предпоследний день августа Марианна предприняла попытку сблизить Джека с родителями. В конце концов, они должны смириться с тем, что их дочь после учёбы выйдет за него замуж.

Собираясь в гости, Марианна накупила подарков, надела зелёное платье и заставила Джека надеть костюм.

– Моим родителям вряд ли понравится парень, который ходит в рваных джинсах и пёстрых рубашках, – говорила девушка. – Так что хотя бы на один вечер оденься нормально.

– Мари! Ты задушишь меня этим галстуком! – воскликнул Джек, пытаясь ослабить узел.

– Давай поправлю. – Марианна ловкими пальцами перевязала галстук.

– И зачем вообще этот официоз? – Джек был недоволен своим видом. – Словно я еду на собрание директоров!

– Это ненадолго, – успокаивала его Марианна.

На ужине у родителей Марианны Джек ужасно волновался, а всегда, когда нервничал, становился несдержанным, его слова опережали мысли и совершенно необдуманно срывались с языка.

Дверь открыла Стелла, одетая в красивое красное платье, и Джек, не сдержавшись, назвал этот цвет вызывающим, тотчас поспешил исправиться, сказав, что этот оттенок вызывает у него лишь положительные эмоции, но понял, что говорит ерунду, и замолчал. Дальше он только ещё более испортил впечатление о себе. Восхищаясь цветами, выращенными Стеллой, он перепутал гиппеаструм с амариллисом, и не понял, что изображено на картине известного художника – кубиста, висевшей на стене в гостиной.

Он, как мог, выдержал расспросы с пристрастием о себе, но неудачно открыл бутылку шампанского. Пробка, к правда, в люстру не отлетела, но пена забрызгала скатерть и платье Стеллы. Джек, схватив салфетки, бросился вытирать, но случайно задел стоявший на краю стола бокал. Тот со звоном упал и разбился.