Заря востока
Шрифт:
«Вот это да!», – воскликнул мальчик.
Вдруг, Патрик почувствовал, как на его плечо легла тяжёлая рука. От страха он вздрогнул.
«Что это ты тут делаешь? Разве я разрешил покидать тебе келью?», – раздался строгий голос отца Томаса.
«Я думал, про меня забыли. Я хотел спуститься вниз, помолиться с братией, но заблудился!», – пробормотал мальчик.
«Я как раз шёл за тобой, чтобы сопроводить на вечернюю молитву», – нахмурившись, произнёс отец Томас.
«Простите, отец Томас, я виноват!», – опустив голову, произнёс Патрик.
«Бог простит. Однажды, из-за своего любопытства ты можешь жестоко
поплатиться», – покачав головой, произнёс отец Томас.
«Знаю, но ничего с собой не могу поделать!», – вздохнул мальчик.
«Идём же, а то опоздаем на вечернюю молитву!», – строго произнёс монах, и повёл Патрика за собой.
Куда ведёт ход, мальчик спросить у него не решился, он поспешил за отцом Томасом. Когда они шли Патрик, постарался хорошо запомнить дорогу, и особенно расположение подземного хода.
«Мало ли что может произойти, а через ход можно спастись», – решил он.
Следуя за отцом Томасом, мальчик понял, почему он заблудился. В одном из коридоров монастыря, ему следовало повернуть налево. А он свернул
направо. «Ну, что же, больше я не совершу такой ошибки», – подумал Патрик.
Наконец, они пришли с отцом Томасом в залу для молитвы. К счастью, они успели вовремя. Отец Антоний как раз обратился к монахам с назидательной речью перед вечерней молитвой.
Великолепные цветные витражи*1, деревянные статуи, Иисуса, Девы Марии, апостолов, первых пап. Высокие потолки, уходящие, казалось, прямо в небо. Огромное количество зажжённых свечей, освещающих залу, всё это производило на мальчика неизгладимое впечатление. Патрик почувствовал себя таким маленьким перед величием Бога. Песчинкой в руках Господа.
Когда началась молитва, мальчик горячо молился за леди Розалинду.
«Господи спаси леди Розалинду! Она такая красивая и добрая! Она не
35
должна страдать! Покарай разбойников, причинивших вред добрым людям!», – шептали губы мальчика. Мальчик и не заметил, как закончилась вечерняя молитва, настолько он был погружён в свои мысли, в своё обращение к Господу.
Очнулся Патрик оттого, что кто-то взял его за руку.Это был отец Томас. «Идём, сын мой, вечерняя молитва окончена!», – произнёс он.
Оглядевшись, мальчик увидел, что монахи начинают расходиться. В это время как раз рядом с Патриком и отцом Томасом проходил настоятель, всех благословляя.
«Отец Антоний, есть известия? Леди Розалинду удалось спасти?», -
осмелился обратиться к нему Патрик.
Настоятель замер, поражённый дерзостью маленького бродяжки, затем, пожевав губами, произнёс: «Ты слишком нетерпелив сын мой. Брат Эндрю ещё не вернулся. Нам остаётся только молиться!». И высоко подняв голову, удалился прочь.
Отец Томас вцепился в плечо мальчика, и потянул его за собой.
«Как ты осмелился так дерзко и неучтиво обратиться к отцу настоятелю?», – прошипел он.
«Простите, я снова виноват! Просто тревога за судьбу леди Розалинды не даёт мне покоя!», – сознался мальчик. Отец Томас больше не проронил ни слова, пока они не подошли к келье, где поселили мальчика.
Открыв дверь, он втолкнул Патрика внутрь кельи, и произнёс: «Пожалуй, я запру тебя на ночь, для твоего же блага, чтобы ты не попал в какую-нибудь неприятную историю».
И прежде, чем Патрик смог придти в себя, и возразить, дверь за отцом Томасом с шумом захлопнулась, звякнул ключ, с обратной стороны двери. Шаги монаха удалились.
Мальчик кинулся к двери, и принялся барабанить в неё, что есть силы, крича, что никто не имеет права запирать его, но тщетно. Вскоре Патрик бросил это бесполезное занятие, и присел на кровать. Он вспомнил, что кузнец из близлежащей деревни, которому он помог написать прошение, показал ему несколько секретов, как вскрывать замки.
Дело в том, что отец Томас, к счастью, оставил ключ в двери, в замочной скважине снаружи. Мальчик точно это знал. Он увидел кончик ключа в замочной скважине.
«Ну, погоди, отец Томас! Патрика запертые двери не остановят!», – усмехнулся мальчик.
Порывшись в карманах, Патрик нащупал нитку с иголкой. Он выпросил их у одной пожилой белошвейки*2. Патрик всё собирался починить свою рваную одежду, но было недосуг.
Сделав петельку из нитки, он накинул её на кончик ключа, торчащий в замочной скважине. Работа эта была очень кропотливой, и Патрику пришлось попотеть. Следовало, надёжно закрепить ключ. Это было самым трудным. Ключ мог упасть, и тогда уже ничего нельзя было бы сделать.
36
Наконец, после нескольких неудачных попыток, мальчику удалось накинуть петлю на ключ. Надёжно закрепив ключ, с помощью нити, которая, к счастью, оказалась очень прочной, Патрик намотал её концы на деревянную ложку. К счастью для Патрика, за посудой, из которой ранее, мальчик ел похлёбку так никто и не пришёл. И вот теперь, ложка ему очень пригодилась.
Овязав концы нити с двух сторон ложки, мальчик начал медленно поворачивать ложку вокруг своей оси. Сначала у Патрика ничего не получалось. Ключ не хотел поворачиваться, и всё тут! Он изо всех сил натягивал нить, и всё впустую!
Патриком овладело отчаяние. «Неужели ничего не получится?», – подумал он. Мальчик порядком устал, его лоб даже взмок от
напряжения.
«Ну ладно, попробую ещё раз! Если не получится, брошу!», – решил он. Немного отдохнув, Патрик вновь взялся за дело, стараясь приложить все свои силы. Мальчик не поверил своим ушам, когда, наконец, услышал лязг поворачивающегося ключа. Патрик осторожно толкнул дверь, и к его радости, она открылась.
«Ай, да я молодец!», – улыбнувшись, прошептал мальчик. Вытащив ключ из замочной скважины, смотав нить, и спрятав всё в карман, Патрик осторожно, со свечкой в руке, выглянул из-за приоткрытой двери,
В коридоре не было ни души. «Наверное, монахи десятый сон видят!», – подумал он. Осторожно на цыпочках, Патрик крался по пустому коридору. Он направлялся к подземному ходу, который обнаружил ранее. Теперь он хорошо запомнил дорогу. Мальчик собирался узнать, куда же ведёт ход.
Патрику повезло, он без приключений добрался до входа в подземелье. Мальчик долго не решался зайти туда, ему было страшно, но переборов все свои страхи, он решительно шагнул вперёд. Ход был в неплохом состоянии, видно было, что монахи недавно ремонтировали его, хотя не всё успели сделать, кое-где осыпалась штукатурка, и торчал старый кирпич.