Защита деловой репутации в случаях ее диффамации или неправомерного использования (в сфере коммерческих отношений)
Шрифт:
Вместе с тем более частым стало соотношение стоимости материальных и нематериальных активов как 50:50. Например, в 2008 г. немецким деловым периодическим изданием «Handelsblatt» было проведено исследование активов 127 немецких компаний, действующих на рынке капитала, результатом чего стал вывод о том, что у 26,8 % компаний доля гудвилл в составе активов превышает 50 % [39] . Подтверждением данной статистики могут стать, например, приобретение компанией AstraZeneca PLCбизнеса Medimmune Inc. за 15,7 биллионов долл., причем в балансовом отчете AstraZeneca PLC стоимость гудвилл была определена в 8,8 биллионов долл. Другой иллюстрацией может быть приобретение компанией Johnson&Johnson’s US бизнеса Pfizer Consumer Healthcare business за 16,6 биллионов долларов, причем в Ежегодном отчете, раскрывающим принадлежащие компании активы, приобретатель указал гудвилл, оцениваемый в 6,5 биллионов долл. [40]
39
Handelsblatt Firmencheck Altlasten bedrohen deutsche Firmen // Handelsblatt N 195 from 8 October 2008. S. 1.
40
In Tangible Assets and Goodwill in the Context of Business Combinations an Industry Study .
Резюмируя, можно сказать следующее. Признание имущественных прав на гудвилл отвечает сущности современных экономических отношений, в соответствии с которой ценность бизнеса компаний измеряется как минимум не только принадлежащими им материальными ресурсами. Для целей настоящей работы особой значимостью обладает вывод о том, что репутация является обязательной составляющей гудвилл, причем необходимо принимать во внимание, что учету подлежит как корпоративная репутация (создаваемая собственно компанией), так и личная репутация, обладателем которой является соответствующий профессионал (известная личность) в компании.
3
В целях настоящей работы нельзя обойти вниманием тот факт, что в состав гудвилл входят также товарные знаки и коммерческие обозначения (подробнее о них будет говориться в гл. 3). При этом в зарубежной литературе обычно отмечается тесная связь гудвилл с товарными знаками и коммерческими обозначениями и даже указывается на то, что «торговый знак или коммерческое обозначение символизируют гудвилл, принадлежащий бизнесу» [41] . Более того, по мнению большинства американских, а равным образом и многих европейских авторов, товарные знаки существуют не сами по себе, а только как символы гудвилл, который расширяется по мере их использования [42] . В частности, Ю. Хандельманн подчеркивает: «…товарный знак – резервуар гудвилл. Он символизирует навыки, репутацию, опыт правообладателя, качество предлагаемых им товаров и услуг. Защитить товарный знак, значит защитить связанный с ним гудвилл, который обычно расширяется с течением времени» [43] .
41
Defiance Button Machine Co. v. C & C Metal Prod. Corp. 759 F.2d 1053 (2d Cir. 1985).
42
Aplin T, Davis J. Intellectual Property Law: Text, Cases and Materials. Oxford, 2009. P. 322.
43
Handelmann J. Guide to TTABB practice. New York, 2013. P. 8.
Прочная связь гудвилл с товарными знаками нашла отражение в Парижской конвенции: ст. б-quarter предусматривает возможность государств-членов устанавливать на уровне национального законодательства правило о том, что передача прав на товарный знак возможна только с одновременной передачей гудвилл или бизнеса.
Соединенные Штаты Америки реализовали данную возможность: в соответствии со ст. 10 Федерального закона о товарных знаках (1946; Закон Лэнхема) зарегистрированный товарный знак или знак, на регистрацию которого была подана заявка, может отчуждаться только со связанным с бизнесом гудвилл или с частью гудвилл, который символизируется данным знаком [44] . Руководствуясь данной нормой, американские судьи неоднократно признавали недействительными договоры о передаче прав на товарный знак, которые не предусматривали передачу гудвилл.
44
Lanham Act. § 45. 15 U.S.C. § 1127.
Так, в спорах Sugar Busters L.L.C. v. Brennan [45] , Pilates Inc. v. Current Concepts Inc. [46] , McGraw-Hill Companies Inc. v. Vanguard Index Trust [47] договоры об отчуждении исключительного права на товарный знак были признаны недействительными ввиду того, что приобретатели прав на товарные знаки использовали соответствующие обозначения отличным от правообладателей образом и данный факт мог привести к нарушению ожиданий потребителей.
45
Sugar Busters, L.L.C. v. Brennan, 48 U.S.P.Q.2d 1511, 1512 (E.D.La. 1998).
46
Pilates, Inc. v. Current Concepts. N 96 Civ. 0043. 1996 WL 599654.
47
McGraw-Hill Companies, Inc. v. Vanguard Index Trust, 139 F.Supp.2d 544 552 (S.D.N.Y.2001).
А при рассмотрении спора Archer Daniels Midland Со. v. Narula [48] суд констатировал следующее: «…отчуждение прав на товарный знак обязывает правоприобретателя «примерить на себя обувь» первоначального правообладателя. В тех случаях, когда товарный знак передается без связанного с ним гудвилл, соглашение является недействительным, поскольку в отсутствие гудвилл товарные знаки лишены какого-либо значения. Гудвилл представляет собой преимущество, создаваемое при использовании товарных знаков, в том числе общественного доверия к качеству продукта, и гарантии, сделанные относительно продукта… Использование товарного знака новым правообладателем в связи с другими продуктами и гудвилл может привести к заблуждениям потребителей, которые разумно предполагают, что торговая марка по-прежнему символизирует природу и качество товаров или услуг».
48
Archer Daniels Midland Co. v. Narula. 2001 WL 804025 (N.D. 111. 2001).
Бесспорно, гудвилл связан не только с товарными знаками, но и с другими различительными обозначениями – знаками обслуживания, коммерческими обозначениями и проч. Но большинство исследователей традиционно рассматривает гудвилл в тандеме именно с товарными знаками.
Завершая данный параграф настоящей книги, необходимо отметить, что понятие «гудвилл» является достаточно сложным для анализа с позиций юридического формализма. В связи с чем не вызывает удивления то, что оно вовсе игнорируется отечественной правовой системой. Более того, нельзя не упомянуть такой удивительный факт: в русскоязычной версии Парижской конвенции из упомянутой ст. 6– quarter было вообще исключено указание на гудвилл [49] .
49
В русскоязычной версии Парижской конвенции ст. 6-quarter сформулирована следующим образом: «когда в соответствии с законодательством страны Союза передача знака является действительной лишь в том случае, если она происходит одновременно с передачей промышленного или торгового предприятия (в англоязычной и франкоязычной версии в данном месте указывается «…или гудвилл». – М.Р., А.В.), которому принадлежит этот знак, то для признания такой передачи действительной достаточно, чтобы часть промышленного или торгового предприятия, расположенная в этой стране, была передана приобретателю вместе с исключительным правом изготовления или продажи там продуктов, снабженных переданным знаком».
§ 1.2. Понятие деловой репутации, содержание прав на деловую репутацию
Разбор того, что следует понимать под деловой репутацией, представляется верным предварить небольшим отступлением, посвященным концепции имущества, которая была сформулирована в практике Европейского Суда, с учетом ее понимания отечественными юристами.
Освещение вопроса необходимо начать с указания на то, что официальный перевод на русский язык первоначальной редакции абз. 1 ст. I [50] Протокола № 1 к Конвенции по правам человека был дословно следующим: «Каждое физическое или юридическое лицо имеет право беспрепятственно пользоваться своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права» [51] .
50
Article 1: Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties.
51
Этот официальный перевод текста Протокола № 1 к Конвенции на русский язык был опубликован в: С3 РФ. 1998. № 20. Ст. 2143.
Протоколом № 11 [52] к Конвенции по правам человека были внесены изменения в текст как самой Конвенции, так и Протоколов к ней, причем применительно к Протоколу № 1 изменения проявились лишь в том, что статьи Протокола получили наименования.
Так, ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции получила название «Protection of property», что в официальном переводе на русский язык стало звучать как «Защита собственности». И при том, что текстуально данная статья не претерпела никаких изменений [53] , официальный перевод абз. 1 Сталиным: «Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права» [54] .
52
Официальный перевод текста Протокола № 11 к Конвенции был опубликован в: СЗ РФ. 1998. № 44. Ст. 5400.
53
Protocol to the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms as amended by Protocol N 11.
Article 1 «Protection of property»: Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties.
54
Этот официальный перевод текста Протокола № 1 к Конвенции на русский язык был опубликован в: СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163.
Использование при официальном переводе на русский язык слов «property» (в названии и абз. 2 ст. 1 Протокола) и «possessions» (в абз. 1 ст. 1 Протокола) бытовизма «собственность» вместо общепринятого термина «имущество» привело к тому, что отечественные юристы испытывали серьезные затруднения при уяснении сущности целого ряда правовых позиций, сформированных Европейским Судом. Поясняя сказанное, можно указать следующее [55] .
55
См. об этом также: Рожкова М.Л. Понятие «имущество» в правоположениях Европейского суда по правам человека // Объекты гражданского оборота: Сборник статей / Отв. ред. М.А. Рожкова. М., 2007. С. 95—112 (СПС «КонсультантПлюс»).
Употребление термина «собственность» признается вполне допустимым для обозначения права собственности (как разновидности гражданского правоотношения [56] ). Так, в одной из работ С.С. Алексеев указывает: «Собственность – это всеобъемлющее вещное право, наиболее полное, абсолютное, опосредующее прямую связь («без посредников») человека с вещью, иным благом» [57] . Использование данного термина в указанном значении – как права собственности – характерно для многих работ отечественных цивилистов [58] .
56
Аналогичным образом мы говорим не об обязательственном правоотношении, а об обязательстве, подразумевая именно отношения сторон.
57
Алексеев С. С. Собственность и право: актуальные проблемы // Цивилистические записки. Вып. 2. М.; Екатеринбург, 2002. С. 61.
58
См., например: Суханов Е.А. «Жилищная (этажная) собственность» в европейских правопорядках // Основные проблемы частного права: Сборник статей к юбилею д.ю.н., проф. А.Л. Маковского / Отв. ред. В.В. Витрянский и Е.А. Суханов. М., 2010. С. 297–316; Крашенинников П.В. Общая собственность в кодифицированных и других законодательных актах // Там же. С. 104–120.