Чтение онлайн

Однако любой стадии гражданского процесса свойственно одна черта, которая определяет ее самостоятельность и независимость от других стадий, а именно – завершенность.

Будучи вполне реализованной, каждая стадия гражданского процесса позволяет достичь в той или иной мере самостоятельного результата, имеющего правовое значение.

Если стороны решат ограничиться лишь рассмотрением дела в суде первой инстанции – они получат судебное решение, которое, вступив в законную силу, будет иметь все свойства правовой нормы, в том числе непререкаемость, исполнимость, окончательность и которое будет служить материальным выражением достигнутого судом общей юрисдикции результата предписанной ему деятельности – осуществлению правосудия по гражданскому делу.

Решив пойти дальше и обжаловать принятое судом первой инстанции решение по делу, стороны получат вынесенное вышестоящим судом судебное постановление, отражающее результаты проверки первоначального решения.

Не удовлетворившись и этим, они могут потребовать надзорного пересмотра судебного акта – и в этом случае в результате добьются вынесения наиболее совершенного судебного акта с точки зрения безупречности его формы и содержания, поскольку этот акт пройдет всевозможные проверки и подвергнется всестороннему контролю.

Однако вне зависимости от того, будет ли решение направлено в вышестоящие инстанции или нет, суд в каждом случае вполне реализует свои задачи, направленные к цели рассмотрения гражданско-правового дела. Иными словами, каждая стадия вполне способна сама по себе приводить к тому «полноценному» процессуальному результату, который нужен суду и участникам дела – содержащемуся в постановлении суда ответу на спорный вопрос, поставленный сторонами спора перед судом.

Подготовка дела к судебному разбирательству в отрыве от возбуждения производства по делу и самого судебного разбирательства не способна привести к самостоятельному процессуальному результату, имеющему правовое значение для реализации судом правосудия по гражданскому делу точно так же, как и отдельно взятое судебное разбирательство, лишенное этапов возбуждения судебного производства и подготовки дела не может привести к последствиям, имеющим не только и не столько процессуальное, сколько общеправовое значение. Из этого следует вывод, что подготовка дела к судебному разбирательству и судебное разбирательство по делу, как и возбуждение производства по делу, следует рассматривать в качестве процессуальных этапов, составляющих в своем единстве первую и обязательную стадию гражданского процесса – производство в суде первой инстанции.

Итак, нужно говорить о следующих стадиях гражданского процесса.

1. Производство в суде первой инстанции.

2. Производство в суде второй инстанции, или проверка не вступивших в законную силу постановлений суда первой инстанции (апелляционное и кассационное производства).

3. Производство в суде надзорной инстанции, или проверка судебных постановлений, вступивших в законную силу.

4. Производство, связанное с пересмотром судебных постановлений в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

5. Исполнительное производство.

В ряде случаев первая стадия гражданского процесса – производство в суде первой инстанции – является и единственной; возникновение и прохождение дела по всем прочим инстанциям обязательным не является, поскольку цели судебной деятельности достигнуты уже по результатам деятельности суда первой инстанции, и целиком зависит от воли и желаний сторон спора.

Что касается исполнительного производства как стадии гражданского процесса, то вопрос о ее подчиненном по отношению к гражданскому судопроизводству в целом характере является в науке гражданского процессуального права спорным. В соответствии с современными тенденциями развития научной мысли исполнительному производству предлагается придать статус самостоятельной, отдельной отрасли права. Это связано с тем, что если ранее исполнительное производство «обслуживало» только судебную деятельность, в частности и гражданский процесс, то на сегодняшний день в рамках исполнительного производства в принудительном порядке реализуются постановления не только судов, а всех государственных органов.

В поддержку идеи самостоятельности исполнительного производства неоднократно высказывались такие ученые-процессуалисты как, например, О. В. Исаенкова [34] , Г. Д. Улетова [35] , Д. Х. Валеев [36] .

Однако существует и противоположная позиция, согласно которой исполнительное производство пока еще не может претендовать на роль самостоятельной отрасли права, выразителем которой является, например, Т. Н. Нешатаева [37] .

Относительно природы исполнительного производства есть и третье мнение, которое высказывает, например, В. М. Оганесян: «…исполнительное производство является структурно обособленной частью административного процесса, регулирующей правоотношения, складывающиеся после вступления в законную силу судебного решения в процессе реализации Федеральной службой судебных приставов и ее территориальными подразделениями механизма государственного принуждения и иных государственно-управленческих функций, направленных на восстановление (компенсацию) нарушенных прав и законных интересов граждан и юридических лиц. … Исполнительное производство имеет государственно-управленческую правовую природу, поскольку по своей организационно-правовой сути и административно-правовому характеру выполняемых задач является государственно-властной и нормативно-урегулированной деятельностью, в ходе осуществления которой возникают отношения, регулируемые нормами административно-процессуального права и получающие характер административно-процессуальных правоотношений особого рода» [38] .

Представляется, однако, что наиболее точно высказался Е. В. Васьковский: «Для полного удовлетворения истца необходимо еще, чтобы ответчик подчинился судебному решению и в действительности совершил то, к чему обязал его суд … без этого победа истца не принесла бы ему реальных плодов» [39] . Исполнительное производство служит достижению цели реальной защиты права, а потому оно есть механизм проведения в жизнь судебных решений и торжества правосудия.

Предметом гражданского процессуального права являются общественные отношения, складывающиеся между государственным судом и участниками гражданского судопроизводства в процессе отправления правосудия по гражданскому делу.

«Метод правового регулирования» – это юридическая дефиниция, выработанная наукой общей теории права, квинтэссенция которой может быть представлена в определении, предложенном выдающимся теоретиком права С. С. Алексеевым: «Методы правового регулирования – это приемы юридического воздействия, их сочетания, характеризующие использование в данной области общественных отношений того или иного

комплекса юридических средств» [40] .

Методы правового регулирования могут быть централизованными, это так называемое императивное регулирование (метод субординации), при котором регулирование сверху донизу осуществляется на властно-императивных началах. Юридическая энергия, по выражению С. С. Алексеева, поступает на данный участок правовой действительности только сверху, от государственных органов, и сообразно этому положение субъектов характеризуется отношениями субординации, прямого подчинения; и децентрализованными, выражающими так называемое диспозитивное регулирование (метод координации), при котором правовое регулирование определяется преимущественно снизу, на его ход и процесс влияет активность участников регулируемых общественных отношений. Их правомерные действия являются индивидуальным, автономным источником юридической энергии, и сообразно этому положение субъектов характеризуется отношениями координации, приданием конститутивного юридического значения их правомерному поведению [41] .

Действительно, воздействовать на чье-либо поведение можно только двумя способами – разрешая лицу действовать сообразно его желаниям, или предписывая извне ему определенное поведение, т. е. запрещая все прочее. В первом случае правоотношения возникают, видоизменяются и прекращаются только по воле самих правообладателей, тогда как в другом – по воле третьего лица, властного субъекта. Отсюда первый метод будет диспозитивным, или разрешительным, или децентрализованным, а другой – запрещающим, императивным, централизованным.