Чтение онлайн

Боль, которая распространяется во мне повсюду с ударом его кулака, вспыхивает молнией в моей голове, и я остаюсь в темноте.

Резкий женский крик эхом разносится по воздуху, и прежде чем я опускаю голову на холодный мраморный пол, то понимаю, что кричу я.

На его лице довольная улыбка.

— Поверь мне, Лана, я ещё воспитаю в тебе благовоспитанную покорную жену, — и, пока он говорит, то медленно расстёгивает пряжку своего ремня, ухватывается за его конец и вытаскивает из брюк. — Ты будешь кричать и просить, но господин не знает милости, Я сломаю тебя, накажу тебя и осужу тебя. Ты станешь женой, которая знает своё место. Вы, жёны, должны подчиняться своим мужьям.

Я не могу его слушать, всё моё внимание сосредоточено на ремне, который он наматывает на свою правую руку.

— Пятнадцать ударов сегодня ночью и во все последующие, следует позаботиться о том, чтобы ты покаялась. Стой тихо, или я не стану тебя бить, а положу ремень вокруг твоей шеи и стану медленно его затягивать, шаг за шагом, чтобы твои сатанинские мысли ушли из твоего разума. Я стану затягивать его плотнее каждую секунду, пока ты не признаешь меня как своего правителя, умоляя о своей жизни. Твоё тело и твой дух будут принадлежать мне, я стану наказывать тебя и взращивать в тебе моё семя.

Что стало с мужем, в него воплотился сатана? Что вызвало в нём перемены? Ник фанатичен и болен, я должна выйти отсюда, и быстро, пока он не убил меня. Мой глаз пульсирует и ноет, моё поле зрения ограничено и, конечно, глаз полностью набухает. Мои головные боли и кровь, которая тем временем беспрепятственно капает на ковёр, очень хорошо поясняют, как малы мои шансы на побег. Я должна попробовать кричать так громко, как смогу, а иначе погибну. Пока Ник поднимает руку для первого удара ремнём, я делаю глубокий вдох и зову Дармиана изо всех сил.

Кожаный ремень резко и беспощадно наносит удар на мою правую половину тела, шок и боль для меня слишком сильные. Мной овладевает милостивая темнота, в своём сознании я, молча зову Дармиана, пока слишком чётко осознавая, что это был только первый из пятнадцати ударов. Даже когда я тону в безболезненной пустоте, я вижу, что он бросается в комнату как чёрный дракон, он разбирается в ситуации за несколько секунд и бросается на Ника, а моё путешествие в бессознательное состояние сопровождает хруст ломающихся костей.

Отвратительная боль разрывает мою блаженную дремоту, руки исследуют голову, что вызывает во мне тошноту. Даже если я снова не хочу приходить в сознание, и лучше всего забыла бы все проблемы и заботы, то должна остановить давление на свою голову.

Я пытаюсь говорить громко и отчётливо, однако, всё, что покидает мой рот – лишь непонятное бормотание. Мои веки закрыты крепко и наглухо, но я пытаюсь их открыть, и, наконец, с третьей попытки мне это удается.

Я лежу на спине, седоволосый мужчина озабоченно осматривает мои глаза, причём, я должны бы скорее сказать – глаз, потому, что мой правый полностью опух и закрыт. Дармиан наблюдает за незнакомцем. В своей белой одежде он светит мне в глаз маленьким слишком ярким фонариком; думаю, что он должен быть врачом.

— Как вы себя чувствуете, миссис Массольд? Сколько пальцев вы видите? — о, Боже, не такие игры. Мой вечер был дерьмом, моя жизнь – груда обломков, а он играет со мной в счёт на пальцах?

Я умоляюще смотрю на Дармиана и тот строгим кивком даёт понять, что я должна отвечать. Рассердившись, я пытаюсь сосчитать пальцы, и мой результат меня удивляет. Как на руке у врача может быть восемь пальцев? Только чтобы убедиться, я повторяю пересчёт, и результат не изменяется. Что же теперь?

— У меня адская головная боль... — не обращая внимания на мой отвлекающий маневр, врач повторяет свой вопрос. Так как я могу сообщить ему только плохой результат, я не колеблясь, оцениваю просто один раз.

— Три пальца? — мой испытующий взгляд на Дармиана позволяет испытать облегчение, по крайней мере, я попала в точку. Врач рассматривает меня, подняв бровь, видимо, его я не убедила.

— Вам срочно нужен отдых, и я советую лечь на несколько дней в больницу, у вас сотрясение мозга, несколько синяков и разбитый нос. — Я закрываю глаза, слеза отчаяния бежит по моей щеке, хоть я и пытаюсь быть смелой, мои силы на исходе.

— Не хочу в больницу, хочу покоя, — только сейчас я вспоминаю о муже, где он? — Что с Ником?

Вид Дармиана заметно меняется, лицо становится каменным, и губы сжимаются в одну линию.

Врач рассматривает меня.

— Ваш телохранитель рассказал, что ваш муж упал с лестницы и, даже если я здесь вокруг не смогу обнаружить лестницу, то не стану с ним спорить. Его отправили в больницу.

Врач сочувственно смотрит мне в глаза, кладёт прохладный компресс на мой глаз и поднимается. Нет сомнений в том, что он знает, откуда появились мои травмы, и также точно знает, какое к этому отношение имеет Ник.

В моём теле нет ни одной кости, которая бы не болела, тошнота, и стучащий грохот в висках подсказывают мне, чтобы я дальше не размышляла.

Я слышу, как Дармиан разговаривает с врачом, и даже не знаю имя мужчины, который оказал мне врачебную помощь.

Дармиан обещает, что не спустит с меня глаз и при ухудшении состояния привезёт меня в больницу.

Не знаю, как долго я оставалась так лежать, но близость Дармиана заставляет меня открыть глаза. Он сидит на журнальном столике, который стоит напротив дивана, на котором я как раз лежу.

Наши взгляды встречаются, в данный момент я чувствую себя надежно и безопасно.

— Лана, пришло время, чтобы ты наконец-то что-то предприняла, так продолжаться не может. Если ты его не оставишь, тебе придется искать мне замену. Как я должен быть в согласии с собой, если не могу тебя защитить как телохранитель без большой угрозы твоей жизни. Твой муж сядет в тюрьму, непростительно так обращаться с женщиной, особенно если она ещё и собственная жена, которую на самом деле он должен защищать и охранять.

Только от мысли, что Дармиан может меня оставить, на сердце становится тяжело – он мой телохранитель, мой защитник и полностью моя опора.

Я не могу точно сказать, когда он стал иметь такую значимость в моей жизни, но чувственный интимный поцелуй во второй половине дня дал мне всё остальное. Я не хочу его терять и не могу заменить просто так. Чувства внутри пугают меня, и прежде чем я отдам своё сердце, я должна позаботиться о муже.

— Ты собираешься меня бросить? — по его мимике я вижу, как мой вопрос поражает его, и как сложно Дармиану дать ответ.