Чтение онлайн

— Милый?! — неожиданно испугано закричала девушка истинной красоты, когда, внезапно обернувшись, она увидела меня…

Почувствовав резкое отвращение к самому себе, я вновь открыл глаза, и вместо комнаты Ольги, куда меня в итоге привела она, я оказался на крыше небоскрёба…

Ветер обдувал моё лицо, пока я, запятнанный кровью, вдыхал последние клубы чистого воздуха, наблюдая за ним.

В одной руке был пистолет, в другой — боевой нож. Я чувствовал ничем не подкреплённую, но поглощающую меня изнутри ненависть, которая вылилась в душераздирающий крик, после которого, готовясь умереть, я побежал вперёд…

…И тогда же я оказался во всё той же тёмной комнате, напрыгнув на неё.

Тут же отойдя в сторону, я с грохотом ударился о стену, оставив там небольшую вмятину.

Только на секунду упустив её из виду, я снова повернулся к ней и вместо девушки, я увидел это нечто… Полное мяса и выделений, оно потихоньку заполняло комнату и будто бы захватывало мой мозг.

Слёзы стали поступать ко мне и, замахнувшись, ударил прямо по этому чудо–

— Прямо по Ольге, которая в тоже время, испуганно глядя на меня, пыталась защититься от прямого удара ножом. Но было бесполезно. Кровь внезапно ударила мне в голову и я почувствовал этот манящий отвратительный запах.

После этого я ударил ещё раз. Кровь фонтаном пустилась из разражённой на несколько частей голову.

И ещё раз. С каждым моим ударом поток крови становился всё меньше и меньше, и я желал её всё сильнее и сильнее. Ещё. Ещё. ЕЩЁ И ЕЩЁ, я бил, пока передо мной ничего и никого не осталось.

Ничего. Кроме неё. Она, как всегда, стояла передо мной невинная и красивая, смотря на меня своим нежным взглядом. Она видела окрашенный в кровь нож, который я и не прятал, она видела поступавшие по щеке слёзы, она видела сердце, которое на самом деле мёртво задолго до этого. Но несмотря ни на что, она улыбалась. Нежно мягко и тепло, она просто улыбалась, открыв руки для объятий, в которые я, не думая дважды, запрыгнул, выкинув мачете в сторону.

Однако, стояло мне соприкоснуться с ней, как я снова оказался на своём предыдущем месте, стоя перед ней.

Миловидная улыбка сменилась беспокоящимся взглядом, а потом грустной улыбкой.

С накатывающимися слезами, она улыбнулась так широко, как могла, всхлипывая и с комом в горле сказав:

— Вставай, милый, тебя ждут великие дела!~

Тогда же мне в голову пришёл один вопрос, размноженный на миллион желаний: «Кто же ты?».

— А?!

С небольшим усилием я встал с кровати, охваченный холодным потом и жаждой.

— Воображение шалит?.. — начиная забывать сон после страшного пробуждения, я снова вернулся в кровать, проверив свои ноги.

В носках. Хотя я не люблю спать в них. Совпадение? Думаю, да, вчера был довольно скучный день, мог так и завалиться спать в одежде. Эх, не найти мне в жизни мистики и приключений.

***

— Ого. — шёпотом сказал я, открыв дверь северной. На своём стуле около спящего компьютера точно также дрыхла Ольга, сложив руки по бокам, чтобы спать было теплее и удобнее.

Ну, будет теперь есть нам готовить.

Однако, повернувшись в сторону доски с правилами я заметил, что она стёрла своё правило под нахождение в комнатах более 3-х часов.

Неприятно, впрочем, я так просто сдаваться не собирался. Подойдя к доске и взял маркер, я немного задумался, начав исполнять свой план…

***

— О-а?.. — проснувшись, Ольга ласково застонала. Скорее всего это было из-за боли по всему телу, ибо спать на стуле не есть хорошо, но упустим эту деталь.

— Доброе утро, повар. — усмехнувшись сказал я. — Давно уснула?

— Наверное… И я не буду готовить!.. — с утренней радостью протянула девушка, встал со стула. — Правила-то такого больше нет.

Приготавливая утренний кофе, я немного посматривал на действия Ольги, которая, как оказалось, спала почти раздетой: обувь и джинсы были убраны под компьютер, оставив на ногах девушки только тёмные колготки, которые сверху прикрывала белая полурастёгнутая рубашка, которая окутывала всё тело Ольги. Ну, и большая толстовка изначально играла роль одеяла, но довольно хренового.

— Жена у тебя есть, говоришь? — с упрёком и насмешкой одновременно спросила Ольга, заставив меня резко перевести свой взгляд обратно на кофе.

— Ага, лучшая женщина на свете. — честно сказал я, наблюдая за тем, как бурлит кофеин, пока Ольга лениво одевалась.

—'Он оно как? Хе, что ж тогда ты, жених, тут по островам сидишь, а не с ней на мальтах?

— Для лучших женщин нужные лучшие зарплаты, вот и зарабатываю. — с улыбкой от такой интерпретации происходящего сказал я.

— Поэтому твой рабочий профиль именно такой, а? — с долей недоверия и какого-то несчастья спросила Ольга, окончательно одевшись.

Мне всё меньше нравится, куда идёт этот вопрос.

— Ну, это было простым лишь совпадением. — искренне ответил я, начав наливать нам кофе. — Какой кофе?

— С сахаром. — быстро крикнула Ольга. — Совпадение совпадением, дружок, а я скорее веду к тому, как она к этому относится?

Я громко и выразительно вздохнул, разорвав пакетик с сахаром над одной из чашек.

— Что же я могу тебе ответь, — я подошёл с чашками кофе ко столу Ольги, которая вопросительно смотрела на меня. — пока не жаловалась, хотя иногда ей жалко.

— Тебя?

— Тех, с кем я «работаю». — злобно ухмыльнувшись, я поставил чашку кофе на её стол. — И всё-таки, ты будешь готовить еду, так как нарушила одно из правил.

И с этими словами Ольга немного покосилась сначала на меня, а потом на доску правил, где её идеальным подчерком было выведено правило:

«Нельзя спать в общих зонах дольше трёх часов без пледа». И такое же наказание, каким оно было до этого.

Девушка застыла в ступоре, и я почувствовал исходящий от неё… Нет, это не страх, но чувство близкое к нему. Это бессилие. А для супер-сильных людей вроде Ольги, перед которой всю жизнь все на колени кланялись, это ощущение невозможности что-либо исправить является одновременно и единственным их страхом. Неприятно, конечно, но я не вижу в этом особенной проблемы.

Такова жизнь, какое-то время ты жрёшь противников и этим ощущением нужно насыщаться каждый раз, как последним, так как в следующую же секунду именно ты можешь быть тем, кого сожрут. И никто нас не вспомнит.

— Но она, точно-верно, куда лучше любой женщины на белом свете. — сменив тон беседы, я решил немного насладиться спокойным настоящим. — Красива, умна и бесстрашна, ах!..

Вспомнив один лишь образ, её любимый, я почувствовал какую-то мне понятную, но от этого не менее болезненную тоску. Это ощущение разъедает меня изнутри последнее время, и это не боль, не отчаяние и не что-либо ещё: простая русская тоска.