Чтение онлайн

– - Прорубоно!
– - ревел милиционер. Вскоре вся одежда была содрана с тела уборщицы.
– - (Эта... ота-та...
– - бормотала она, лежа на столе.
– - Пробо! Пробо! Пробо!
– - закричала Симакова.

Уборщицу перевернули спиной кверху и прижали к столу.

– - Пробо... ота-то...
– - захрипела уборщица.
– - Пробойно! Пробойно!
– - заревел милиционер. Пискунов и Черногаев, приседая и делая кистями рук быстрые вращательные движения, спрыгнули со сцены, подняли лежащий у ног милиционера футляр, поднесли и положили его на край сиены.
– - Пробойное! Пробойное!
– - ревел милиционер. Пискунов и Черногаев открыли футляр. Внутри он был разделен пополам деревянной перегородкой. В одной половине лежала кувалда и несколько коротких металлических труб; другая половина была доверху заполнена червями, шевелящимися в коричневато-зеленой слизи. Из-под массы червей выглядывали останки полусгнившей плоти.

Черногаев взял кувалду, Пискунов забрал трубы. Труб было пять.

– - Проболело! Прободело!
– - заревел милиционер и затрясся сильнее.

– - Патрубки, патрубки пробойные общечеловеческие ГОСТ 652/58 по неучтенному, -- забормотал Урган, вместе со всеми прижимая тело уборщицы к столу.
– - Длина четыреста двадцать миллиметров, диаметр сорок два миллиметра, толщина стенок три миллиметра, фаска 3 х 5.

Пискунов поднес трубы к столу и свалил их на пол.
– Прободело... так-то и проб...
– - бормотала уборщица.

Пискунов взял одну трубу и приставил ее заостренным концом к спине уборшицы.
– - Убойно! Убойно!
– - заревел милиционер.
– Убойно! Убойно!
– - подхватила Симакова.
– - Убойно... убойно...
– - повторял Старухин.
– - Убойно...
– - хрипела Звягинцева. Пискунов держал трубу, схватив ее двумя руками. Черногаев стал бить кувалдой по торцу трубы. Труба прошла сквозь тело уборшицы и ударила в стол. Пискунов взял вторую трубу и приставил к спине уборщицы. Черногаев ударил по торцу трубы кувалдой. Труба прошла сквозь тело уборщицы и ударила в стол. Пискунов взял третью трубу и приставил к спине уборшицы. Черногаев ударил кувалдой по торцу трубы. Труба прошла сквозь тело уборщицы и ударила в стол. Пискунов взял четвертую трубу и приставил ее к спине уборщицы. Черногаев ударил кувалдой по торцу трубы. Труба прошла сквозь тело уборщицы и ударила в стол. Пискунов взял пятую трубу и приставил ее к спине уборщицы. Черногаев ударил кувалдой по торцу трубы. Труба прошла сквозь тело уборщицы и ударила в стол.

– - Вытягоно... вытягоно...
– - забормотал Хохлов в кучку сгребенных им рвотных масс.

– - Вытягоно! Вытягоно!
– - закричала Симакова и схватилась обеими руками за торчащую из спины уборшицы трубу. Старухин стал помогать Симаковой, и вдвоем они вытянули трубу.
– Вытягоно! Вытягоно!
– - ревел милиционер. Старухин и Симакова вытянули вторую трубу и бросили на пол. Урган и Звягинцева вытянули третью трубу и бросили на пол. Пискунов и Черногаев вытянули четвертую трубу и бросили на пол. Урган и Звягинцева вытянули пятую трубу и бросили на пол. Из-под тела уборщицы обильно потекла кровь.

– - Сливо! Сливо!
– - закричала Симакова. Быстро стекая по красному сукну, кровь разливалась на полу тремя большими лужами. Хохлов пополз на коленях к раскрытому футляру.
– Нашпиго! Набиво!
– - заревел милиционер.
– - Напихо червие! Напихо червие!
– - закричала Симакова, и все, кроме милиционера и лежащего в партере Клокова, двинулись к футляру.

– - Напихо червие, -- повторял Старухин.
– - Напихо...

– - Напихо в соответствии с технологическими картами произведенное на государственной основе и сделано малое после экономического расчета по третьему кварталу, -- бормотал Урган.

Каждый из подошедших зачерпнул пригоршню червей из футляра и понес к столу. Подойдя к трупу уборщицы, они стали закладывать червей в отверстия в ее спине. Как только они закончили, милиционер перестал выгибаться и реветь, достал из кармана платок и стал тщательно вытирать мокрое от пота лицо.

Клоков поднялся с пола и принялся отряхать свой костюм. Пискунов и Черногаев собрали разбросанные по полу трубы и кувалду, сложили в свободное отделение футляра, закрыли его и стали застегивать.

– - Ну чаво ш вы тама возитеся?
– - недовольно спросил Клоков.
– - То-то попотворилеся абы как...

Черногаев и Пискунов застегнули футляр, подняли и спустились в зал. Все, кроме Хохлова, спустились вслед за ними. Хохлов скрылся за кулисами.

– - Ну чаво, чаво топчитеся?
– - окликнул Клоков Черногаева и Пискунова.
– - Швыряйте, швыряйте!

– - Попрошу вас не кричать, -- произнес Черногаев, глядя в глаза Клокову.
– - Извольте вести себя подобаюше.

Клоков раздраженно махнул рукой и отвернулся. Черногаев и Пискунов раскачали футляр и бросили его в середину зала, где он с шумом исчез между креслами.

Из-за кулис, согнувшись, вышел Хохлов. На спине его лежал большой куб, изготовленный из полупрозрачного желеобразного материала. От каждого шага Хохлова куб колебался. Хохлов пересек сцену, осторожно спустился по ступенькам в зал и направился к выходу.
– - Стоять!
– - произнес милиционер. Хохлов остановился. Милиционер подошел к нему и сказал что-то шепотом.

Звягинцева раскрыла свою коричневую сумочку и достала из нее пистолет. Милиционер что-то шепнул Хохлову. Тот кивнул головой, отчего куб мелко затрясся.

Звягинцева вложила дуло пистолета себе в рот и нажала спуск. Глухой выстрел вырвал затылочную часть ее головы, забрызгав кровью и мозговым веществом Старухина и Ургана. Звягинцева упала навзничь.

Милиционер опять что-то шепнул Хохлову. Хохлов вздохнул и произнес:

– - Хочу сделать заявление господам потерпевшим. Дело в том... дело в том, что я...
– - Он замялся. Куб на его спине задрожал.

– - Пошел, пошел!
– - прикрикнул на него милиционер.

Хохлов подошел к двери, толкнул ее головой и вышел. Милиционер вышел следом. Клоков подбежал к двери и скрылся за ней.

– - Беги, беги, козел, -- презрительно произнес Черногаев.

– - Ну что, пошли?
– - Симакова достала сигареты и закурила.

– - Пошли, -- кивнул Черногаев, и все двинулись к выходу.