Чтение онлайн

В столь напряжённый момент для принятия решения командованию была крайне важна подробная, а главное, точная информация о противнике. Надо признать, что разведка и 5-й гв. ТА, и 69-й А сработали нечетко. В частности, переданные разведорганами данные о количестве танков противника перед фронтом армий оказались значительно завышенными, особенно на флангах 48-го ск, в то же время точное место нахождения вражеских дивизий не было установлено. Так, к примеру, П. А. Ротмистров в приказе командиру 2-го гв. Ттк в 1.35 14 июля указывает, что в районе Рындинка, Выползовка, Щолоковона 19.00 действовали 19-я, 107-я тд и подошедшая дивизия СС, которые имели в своем составе до 150 танков. Хотя 107-й дивизии здесь не было и в помине, её, вероятно, спутали с 7-й тд, но данные командарм привел не очень уж далекие от реальности. Он увеличил их только в два раза. Но то, какие цифры потом штаб 5-й гв. ТА начал доносить командованию фронтом, было уму непостижимо. В 15.35 14 июля начальник оперативного отдела полковник Ф. М. Белозеров, излагая обстановку генерал-майору С. И. Тетешкину, указывал:

Такого числа боевых машин не было не только на юге, в составе 3-го тк, но и во всей ГА «Юг». На 6.00 14 июля в АГ «Кемпф» насчитывалось всего 68 боевых машин [687]

Хотя и не в таких масштабах, но грешил и разведотдел фронта. Даже по итогам боев 14 июля он докладывал нереальные цифры:

Указанные полковником Ф. М. Белозеровым умопомрачительные данные потом будут включены в отчёты и доклады, а оттуда в монографии, которые и лягут в основу всей до предела мифологизированной истории как Прохоровского сражения, так и Курской битвы в целом. На этой почве, сдобренной догадками, предположениями, да и откровенными выдумками, и будет расти легенда о тысячах танков, столкнувшихся в смертельной схватке под Прохоровкой. Только вот откуда у немцев успели появиться эти сотни танков, если по утверждению штаба той же 5-й гв. ТА 12 июля враг был наголову разгромлен и его 350 разбитых танков дымились под Прохоровкой.

Причина появления столь далеких от действительности цифр — в очередной раз приходится признать — советская войсковая разведка часто допускала серьезные ошибки. Количество танков считали двумя способами и в обоих случаях — «на глазок». Во-первых, по номерам выявленных дивизий, просто умножали число соединений на известную штатную численность танковой дивизии немцев — 200 танков, а уже участвовавшей в боях — чуть меньше — 140–150. При этом не учитывалось, что к лету 1943 г. противник перевел штат танкового полка из трёхбатальонного состава (200 танков) на двух-батальонный (133). Во-вторых, ориентировались на авиаразведку и уже полученные цифры сверяли с ее данными, которые также выходили с большой погрешностью. С высоты все: и танки (стоящие, подбитые), и транспортеры с боеприпасами, и самоходная артиллерия, а при неважной видимости и автомашины, казалось бронетехникой. Автору приходилось беседовать с авиаторами, и они признавали, что были случаи, особенно когда линия фронта двигалась быстро, по ошибке залетали на свою территорию и вместе с немецкими считали и свою технику, относя ее к вражеской. Напомню, утром 12 июля П. А. Ротмистрову авиаразведка донесла, что на юге отмечено сосредоточение более 400 танков, в то время как там не было и полутора сотен.

Кроме того, между разведотделами армий не был налажен должный обмен информацией. Если бы штабы работали как положено, то командование 5-й гв. ТА знало бы, что 6-я тд ниоткуда не подходила, а с начала наступления противника действовала перед 7-й гв. А. Кстати, она имела утром 14 июля всего 14 танков.

Надо признать, что завышенные данные были на руку нашим генералам, плохую организацию боя, неустойчивость войск, да и просто ошибки и просчёты очень удобно списывать на столь значительное численное и качественное превосходство противника в танках.

Справедливости ради не могу не отметить, что Н. Ф. Ватутин во время разговоров с командующими выражал большие сомнения в способности немцев подтянуть столько танков на юг. Тем не менее в основу расчетов закладывались не сомнения и предположения, а данные разведки, а они были, как видим, просто пугающие. Лишь 15 июля, когда основные события в этом районе уже произошли, инженерная разведка 69-й А установила, что противник ввел в заблуждение авиаразведку 2-й ВА,

Оборону по линии: /иск./ Беленихино — Гостищево — Шахово — /иск./ Выползовка удерживали пять стрелковых дивизий 48-го ск:

— 183-я сд генерал-майора А. С. Костицина,

— 375-я сд полковника П. Д. Говоруненко (основные силы),

— 93-я гв. сд генерал-майора В. В. Тихомирова.

Армейская отдельная группа войск:

— 81-я гв. сд генерал-майора И. К. Морозова,

— 89-я гв. сд полковника М. П. Серюгина и три батальона 375-й сд.

Ответственность за удержание горловины «мешка» на участках: Ржавец /иск./ — Щолоково /иск./ и Сторожевое /иск./ — Беленихино была возложена на командующих двух армий, генерал-лейтенантов В. Д. Крючёнкина и П. А. Ротмистрова. На севере (перед 2-м тк СС) соединением, цементирующим оборону, был 2-й гв. Ттк, здесь находились его основные силы — 4-я гв. и 25-я гв. тбр (39 машин, в том числе 14 Т-34 [691] ) и 4-я гв. мсбр, а также средства усиления: 1500-й иптап, 16-й гв. мп PC и 273-й мп. На юге (перед 3-м тк) таковым являлся сводный отряд 5-й гв. ТА генерал-майора К. Г. Труфанова. Он имел прежний состав: одна танковая, две механизированные бригады, танковый, истребительно-противотанковый и мотоциклетные полки. Его части и соединения располагались в следующих районах: 26-я гв. тбр (41 танк, из них 28 Т-34, 2 Мк-4 и 11 Т-70 [692] ) — в районе с. Шахово, 11-я гв. мбр — в районе Шипы, Кузьминки, а 12-я гв. мбр — на участке Авдеевка — выс. 222.1. 53-й гв. отп [693] (25 Т-34 и 6 Т-70) усиливал оборону 92-й гв. сд. В полосе этой дивизии окопался и 689-й иптап майора Гужвы.

На направлении главного удара 2-го тк СС — наиболее мощного соединения противника из тех, что были выделены для уничтожения советских войск в междуречье Донца, оборонялись три обескровленные бригады Тацинского корпуса полковника А. С. Бурдейного. Учитывая, что подразделения СС уже вклинились в его оборону, перейдя железнодорожную насыпь севернее Беленихино, комкор решил выстроить оборону корпуса несколько по-иному, чем это было ранее. Корпус должен был перекрыть путь дивизии «Дас Райх» Крюгера к трем узловым населенным пунктам — Беленихино, Ивановка и Ви-ноградовка. В случае их захвата враг мог развить успех как на Прохоровку (через Правороть), так и навстречу 3-му тк (Мало-Яблоново — Плота — Ржавец).

Основу обороны корпуса по-прежнему составляла 4-я гв. мсбр. Ее командир полковник В. Л. Савченко получил приказ: занять рубеж вдоль железнодорожного полотна (между северной и южной будками ж. д. обходчика) перед Беленихино протяженностью в 3,5 км. В ее полосе создавались два противотанковых опорных пункта из боевых машин 4-й гв. тбр майора Бибикова [694] . Первый (для усиления правого крыла бригады) — в Беленихино, сюда должен был выдвинуться и войти в подчинение 4-й гв. мсбр 2/4-й гз. тбр (4 Т-34, 6 Т-70 взводом зенитных ДШК). Этот узел имел задачу прикрыть станцию от ударов из района Ясной Поляны и Калинина, а также не допустить прорыва эсэсовцев через Беленихино на Ивановку. Командиром ПТОП Беленихино назначался командир 2-го тб майор Кучеренко.