Чтение онлайн

— Все потому, что он мой брат! — подмигиваю девушке.

Танцевать уже не хочется, эта стерва разозлила меня, вынудила сказать и так очевидное. Не думаю, что Алекс не жаловался на сводную сестру.

На танцполе много народу. Громкая музыка и красивые спецэффекты. Я немного теряю мысли и погружаюсь в танец с Катькой. Двигаю бедрами в такт музыке, пытаясь слиться с ней душевно.

Ощущаю на своей талии руки и резко останавливаюсь.

— Руки убери! — ору, когда оборачиваюсь. Даня улыбается свирепой улыбкой. Глаза горят, я очень хорошо замечаю расширенные зрачки. Он, наверно, пьян.

— Или что? — едва поворачивает языком. Музыка утихает, перетекая в медленные аккорды.

Дальше меня поднимают как пушинку, и в следующий миг Даня падает на землю от прямого удара в лицо.

Знакомый аромат заполняет легкие, и я, дрожа, прижимаюсь к телу Алекса.

— И то! — орет, обнимая меня за плечи. — Еще раз увижу возле Милы — зубы будешь собирать!

43

Прикусив язык, вытираю кровь со щеки Алекса. Он довольно улыбается, а я не знаю, как себя сдержать, чтобы не ругаться.

В клуб, называется, сходили: и отдохнули, и первый запрет получили.

Даня с Алексом сцепились прямо на танцполе. Все произошло так быстро, что я не успела глазом моргнуть. Ден оттянул от эпицентра и сразу вывел на улицу с Катькой через черный ход.

— Я не понимаю, — бросаю грязную салфетку в урну. Алекс сидит на бордюре, закинув голову назад. — Почему Ден тебя не остановил, а отвел нас прочь? Я не думаю, что Даня набросился бы на меня с кулаками.

Я правда не понимаю. Обычно друзья заступаются друг за друга. Помогают. А тут словно параллельная вселенная.

— Мы еще пацанами договорились, — отвечает вместо Алекса Ден, — что никогда не будет вмешиваться, если силы равные.

— О, да вы прям рыцари? — фыркает Катька. — Только, сударь, вы свою сестричку забыли внутри.

Подруга не оставляет возможности подтрунивать над Деном.

Может, я ошибаюсь, но вся эта сказка о Кирилле как-то мне не зашла.

— У сестры есть своя компания, она не пропадет, — Ден опирается спиной в кирпичную стену. Достает телефон и пишет сообщение. — Но предупредить надо, чтобы не ждала.

Прошу ребят сходить за водой, ведь мои салфетки уже заканчиваются, а кровь еще течет с брови. Алекс наотрез отказался ехать в больницу.

Оттого, что произошло, я чувствую себя плохо. А с другой стороны, очень льстит, что Алекс так усердно защищал мою честь.

Даже теперь то место, где прикасался Даня, мне кажется грязным, и очень хочется в душ. Снять с себя все шмотки и забыть тот миг, как страшный сон.

— Что за кислая мина? — подхватывает меня за подбородок. Я присела на корточки напротив и держу салфетку возле раны.

— Капец! — охаю, заметив сбитые костяшки. — И что мы скажем родителям? За двое суток раны точно не сойдут.

Алекс улыбается. Почти незаметно и так искренне, что я еще сильнее распахиваю глаза.

Уже ночь орудует вовсю, и уличные фонари работают в свои законные часы. И казалось бы, я не могу разглядеть его лицо, но я вижу.

Очень четко вижу, как он легонько морщится оттого, что я нажимаю на бровь, чтобы остановить кровь, прищуривается, смотря прямо на меня.

— Ты реально такая наивная. Правда, нечему удивляться, твоя мать такая же!

— Что опять не так? — Жму сильнее обычного. Меня задевают слова о моей матери, и я не хочу, чтобы он так о ней говорил.

— Ай! — шипит. — Да все так. Говорю, что у тебя классная мать! — поднимается на ноги. — Капец, блин!

— Прости, — вскакиваю за ним. — Я подумала, что ты опять за старое, — бурчу обиженно под нос, хотя реально он должен обижаться.

Ребята возвращаются не только с водой, а еще и с пластырем и с кремом. Я обрабатываю рану как положено и заклеиваю, и все это под пристальный взгляд Алекса.

Пытаюсь не подавать виду, что мне немного неловко, но все время убегаю от его настырного взгляда.

Почти полдороги идем домой пешком. На улице после дождя прохладно и сыро, но в этом и есть прелесть осени. Мы с Катькой даже не предлагаем. Просто делаем. А потом нам случайно попадается такси.

— Не так я представляла этот вечер! — Катька очень недовольная. — Думала, оторвемся, но, как оказывается, оторвался только Алекс! — хихикает.

— Кать, — пинаю ее ногой. Они, кстати, болят — отваливаются, но погуляли мы отменно.

Сразу душ и спать. Засыпаем с Катькой одновременно, даже не посплетничав.

Будит меня вибрация мобильного рано утром, и я, чтобы не разбудить Катьку, быстро поднимаю трубку.

По голосу мамы я поняла, что она недовольна, но почему, не знаю. Думала, она будет вещать в трубку, как там круто, но восторга нет.

— Я вчера звонила, ты трубку не брала.

Так вот в чем дело!

— Катька у нас, вот и трындели, забыв обо всем на свете.

— А, ну тогда понятно! — голос матери становится обычным. — Я думала, вы с Алексом ругались, — чуть тише шепчет. Наверное, не хочет, чтобы Егор слышал.

— Мам, ну мы же не маленькие, — становится обидно. Мимолетом вспоминаю, как первый раз увидела парня и подумала — хулиган. А вчера он открылся для меня с другой стороны.

За ним, как за каменной стеной. И интересно. Вчера дорогой домой он рассказывал много интересных историй. Даже умничал, когда Катька вспомнила о реферате.

Маме об этом не очень хочется рассказывать. Я только думаю, и в животе порхают бабочки. А если начну маме объяснять, она меня может неправильно понять.

Пока я чищу зубы, мама без остановки тараторит, как там красиво и что я обязательно должна съездить.

— Вы уже проснулись? — зайдя в кухню, смотрю на Дена с Алексом. Они сидят за стойкой с чашками в руках. Аромат кофе сразу щекочет мои рецепторы.

— Уже одиннадцать, — Ден с таким удивлением отвечает, словно для него лечь в три часа ночи и проснуться в шесть — обычное дело.

Аргумент, конечно, так себе.

Делаю себе кофе. Для подружки пока нет, она такая же соня, как и я. Когда проснется, тогда и подумаю об этом.

— Какие планы на сегодня? — интересуется Ден.

— Пока никаких. Катька сегодня домой пойдет, — поворачиваюсь к мальчикам. — Я, наверное, учебой займусь.