Застенчивость. Как избавиться от неуверенности и чувствовать себя свободно в любой ситуации
Шрифт:
В этой книге мы рассмотрим как сильные стороны застенчивости, включая соответствующую систему ценностей, так и слабые места этого чувства. Мы узнаем, как обычная застенчивость превращается в проблему и что делать в этих случаях. Мы рассмотрим, что в такой ситуации помогает, а что может только усугубить положение.
Эта книга приглашает вас, уважаемые читатели, использовать ее так, как будет удобно именно вам. В нее вошли описания реальных ситуаций, размышления и упражнения, которые уже доказали свою полезность для многих людей. Книга основана на исследованиях, практике и задокументированном опыте сотен моих клиентов и клиентов других психотерапевтов. Но, читая ее, помните, что мы все уникальны. Вы, например, можете обнаружить, что одни чувства, трудности, сильные и слабые стороны застенчивости, описанные в этой книге, находят у вас отклик, а другие нет. Точно так же описания, размышления и упражнения могут оказаться вам полезными, а могут и не принести никаких результатов. Я предлагаю вам, опробовав их все, выбрать подходящее для вас и использовать при работе со своим психотерапевтом или на групповых занятиях. Словом, вы лучше всех можете определить, как сделать эту книгу максимально полезной для себя.
Прежде чем мы продолжим разговор, важно провести четкую грань между обычной застенчивостью, которую время от времени испытывают почти все люди, и проблемной, хронической или чрезмерной застенчивостью. Менее двух процентов опрошенных студентов отрицают, что когда-либо испытывали это чувство, а из 58 процентов утверждающих, что застенчивы, около трети не видят в этом никакой проблемы [5] . Если у вас время от времени с этим возникают сложности – возможно, именно поэтому вы читаете эту книгу, – надеюсь, что описанные упражнения окажутся вам полезными в подобных ситуациях.
5
B. Carducci, Q. Stubbins and M. Bryant, Still Shy After All These (30) Years (Boston: American Psychological Association, 2007).
А еще я очень хочу помочь вам научиться противостоять негативным стереотипам, связанным с застенчивостью, которые сложились за последние несколько десятилетий. Я считаю их результатом ошибочных социальных представлений и шумихи в медиа, связанных с такими явлениями, как экстраверсия и индивидуализм. Не понимая, откуда эти стереотипы берутся и как они работают, мы рискуем подорвать нашу уверенность в себе и ошибочно оценивать собственный темперамент [6] .
Некоторым читателям застенчивость мешает заниматься желанным делом – чаще всего из-за болезненных переживаний и событий в прошлом. Возможно, вы считаете себя застенчивым и видите в этом проблему. А возможно, окружающие называют вас застенчивым, потому что вы человек спокойный – скорее замкнутый, нежели экстраверт – и не слишком напористый. Непременно найдутся и читатели, которые время от времени чувствуют себя болезненно застенчивыми, а окружающие при этом считают их общительными и вполне социально адаптированными. Если вы узнали в этом описании себя, то, скорее всего, думаете, что люди разочаруются в вас, когда познакомятся с вами ближе. Это, в свою очередь, может означать, что вы в большей степени боитесь сближения с уже знакомыми людьми, нежели знакомства с новыми [7] .
6
C. Steele, A threat in the air, American Psychologist, 52 (1997), pp. 613–29; C. Steele, S. Spencer and M. Lynch, Self-image resilience and dissonance: the role of affirmational resources, Journal of Personality and Social Psychology, 64 (1993), pp. 885–96.
7
P. Zimbardo (1986), The Stanford shyness project, in W. Jones, J. Cheek and S. Briggs (eds.), Shyness: Perspectives on research and treatment (New York: Plenum, 1986), pp. 17–25; P. Pilkonis, Shyness, public and private, and its relationship to other measures of social behavior’, Journal of Personality, 45 (1977), pp. 585–95; P. Pilkonis and P. Zimbardo, The personal and social dynamics of shyness, in C. Izard (ed.), Emotions in Personality and Psychopathology (New York: Plenum, 1979), pp. 131–60; L. Henderson, Social Fitness: facilitating self-expression in the socially inhibited, Society for Interpersonal Research and Theory (SITAR) Newsletter, no. 3 (Feb. 2003), pp. 2–3; T. Lorant, L. Henderson and P. Zimbardo, Comorbidity in chronic shyness, Depression and Anxiety, 12 (2000), pp. 232–7.
Некоторые читатели, вероятно, периодически обращаются за помощью, чтобы преодолеть проблемную застенчивость. Другие пытаются справиться с ней самостоятельно: возможно, у вас есть друг, а может, и несколько друзей, и вы постепенно избавляетесь от тех проявлений застенчивости, которые мешают вам чувствовать свою полноценность в личной жизни и на работе. А может, вы похожи на тех людей, которые подходили ко мне после моих лекций и рассказывали, что пытаются побороть застенчивость, читая книги по саморазвитию и самостоятельно экспериментируя с новыми поведенческими паттернами.
А еще вы можете быть мучительно и хронически застенчивым человеком и настолько бояться оценки и осуждения окружающих, что всеми силами избегаете любого общения либо просто терпите его без малейшего удовольствия, а то и со значительным психологическим дискомфортом. Возможно также, что существует какая-то одна конкретная жизненная ситуация (или несколько), в которой вы всегда ощущаете дискомфорт: публичные выступления, знакомство с новыми людьми, свидания, прогулки в небольшой компании. Может быть, вам очень трудно общаться с коллегами или с преподавателями в вузе; может, вас пугают сексуальные контакты или другие интимные ситуации [8] . Вы могли оказаться в изоляции; или у вас легкая депрессия; или вы проявляете агрессию, чтобы как-то компенсировать свою чрезмерную застенчивость. Возможно, вы очень одинокий человек [9] . Все это опыт, которым делятся люди, приходящие к нам на групповые занятия [10] . Если что-либо из перечисленного относится к вам, то упражнения из этой книги придутся как нельзя кстати. Возможно, вы захотите найти психотерапевта, который будет сопровождать вас в процессе [11] . Как бы там ни было, приступив к выполнению упражнений, вы сами сможете решить, что работает в вашем случае.
8
DSM-5: Diagnostic and statistical manual of mental disorders, 5th edn (Arlington, VA: American Psychiatric Association, 2013).
9
Hofmann, S. & DiBartolo, P. (eds.) (2014). Social Anxiety: Clinical, developmental, and social perspectives, 3rd ed. (Waltham, MA: Academic Press).
10
R. Kessler, W. Chiu, O. Demler and E. Walters, Prevalence, severity, and comorbidity of 12-month DSM-IV disorders in the national comorbidity survey replication, Archives of General Psychiatry, 62 (2005), pp. 617–27.
11
J. Kagan, Galen’s Prophecy: Temperament in human nature (New York: Basic Books, 1994); J. Kagan, J. Reznick and N. Snidman, Biological bases of childhood shyness, Science, 240 (1988), pp. 167–71; E. Aron and A. Aron, Sensory-processing sensitivity and its relation to introversion and emotionality, Journal of Personality and Social Psychology, 73/2 (1997), pp. 345–68; E. Aron, The Highly Sensitive Person: How to thrive when the world overwhelms you (New York: Broadway Books, 1996).
Из-за огромного количества негативных ассоциаций, связанных с застенчивостью, можно легко упустить ее позитивную сторону. А она есть. Застенчивые люди не особенно заинтересованы в том, чтобы взять над кем-то верх; они редко давят на окружающих, не стараются кого-либо контролировать, не хотят, чтобы их всегда считали номером один, – они, как правило, куда больше обеспокоены тем, как им выстраивать общение с окружающими, ладить с ними и хорошо делать свое дело.
В сущности, людей с таким темпераментом можно считать как минимум не менее приятными в общении, чем людей со смелым и открытым нравом (которые, ни на секунду не задумываясь, всегда готовы заниматься чем угодно и общаться с кем угодно и когда угодно, но при этом порой не слишком чувствительны к мыслям и чувствам окружающих). Люди, считающие себя застенчивыми, в общении часто используют подход, который исследователи назвали «паузой для проверки». Иными словами, прежде чем принять в чем-либо участие, они прощупывают почву.
Застенчивые дети, как правило, на редкость чутки и восприимчивы к мыслям и чувствам других людей. Обычно они готовы помогать одноклассникам, настроены на сотрудничество, ведут себя альтруистично и проявляют сочувствие к ровесникам, попавшим в беду. Психологи называют такие действия «просоциальным поведением». Известно, что дети сохраняют эту модель поведения и после того, как немного повзрослеют. Действительно, застенчивые подростки склонны сочувствовать другим людям – если только у них нет серьезных личных проблем и фокус их внимания не направлен внутрь себя, на собственные тревоги и несчастья [12] . Это объяснимо: когда человеку по-настоящему плохо, ему трудно понять, что чувствуют другие.
12
M. Davis and S. Franzoi, Stability and change in adolescent self-consciousness and empathy, Journal of Research in Personality, 25 (1991), pp. 70–87.
Как показывают исследования, чувствительные дети физически более здоровые, чем незастенчивые, при условии, что их родители и учителя приветливы, добры и поддерживают их. Однако в менее благоприятной среде такие дети хуже переносят болезненные состояния, например аллергический ринит [13] . Когда дети или взрослые, особо восприимчивые к проблемам окружающих, попадают в высококонкурентную, жесткую (токсичную) среду, где царят агрессия и неприятие, они обычно замыкаются в себе и начинают избегать других людей. Лучшим выходом для них будет оставить эту среду и найти более поддерживающую и располагающую к взаимодействию. В случае с застенчивыми детьми это решение должны принять родители.
13
I. Bell, M. Jasnoski, J. Kagan and D. King, Is allergic rhinitis more frequent in young adults with extreme shyness? A preliminary survey, Psychosomatic Medicine 52 (1990), pp. 517–25.
Следует помнить, что застенчивость становится проблемой – иногда болезненной и даже изнурительной, – только когда негативные переживания и события (например, частые переезды, потеря родителей, постоянная критика дома или в школе), полное или частичное отвержение со стороны социума превращают рядовую застенчивость и чувствительность в реальное бедствие.
Ослабление социальной тревожности и болезненной застенчивости обычно необходимо в ситуациях, когда вы настолько обеспокоены тем, как другие люди оценивают вас, что перестаете искать дружбы и социальной поддержки. Вы не пытаетесь устроиться на работу, о которой давно мечтаете, не идете учиться тому, чему хотели научиться [14] . Цель этой книги проста: мы хотим, чтобы вы почувствовали свою способность делать в жизни то, чего действительно хотите, и сосредоточились на любимых занятиях.
14
L. Alden and P. Bieling, Interpersonal consequences of the pursuit of safety (behavior research and therapy), Personality and Social Psychology Review, 10 (1998), pp. 67–86.
Упражнение на самоанализ:
ИССЛЕДУЕМ СВОЮ ЗАСТЕНЧИВОСТЬ
Можете ли вы вспомнить ситуации, когда испытывали сильную застенчивость?
__________
Какие эмоции появлялись у вас в этих ситуациях?
__________
Какую мотивацию или поведенческие паттерны это спровоцировало? Что вам захотелось сделать?
__________
Как известно, человеческий мозг формировался сотни миллионов лет. В сущности, самые примитивные части и структуры нашего головного мозга зародились в рептильную фазу эволюции, а то и в более древние времена. В нашем мозге имеется множество базовых эмоций и поведенческих систем, которые свойственны другим животным. Мы, как и они, тревожимся и сердимся. Как и животные, мы стремимся сформировать сексуальные отношения, дружбу и привязаны к детям. Мы боремся за статус и принадлежность к группам (животные, в свою очередь, собираются в стаи и прайды). Все вышеперечисленное, как правило, позволяет нам ощущать себя в безопасности, если мы чувствуем, что нас принимают и мы желанны. Когда мы в этом не уверены, «броня» безопасности становится существенно тоньше. Очень многие из наших базовых страстей, социальных стимулов и эмоций являются продуктом эволюции. И, как отмечает Пол Гилберт в своей книге The Compassionate Mind, это имеет для нас огромные последствия. Многие процессы в нашем разуме, равно как и наши мотивы что-то делать, запрограммированы эволюцией и сформированы нашим жизненным опытом. Значительная часть наших чувств относительно конкретных вещей и событий – например, тревожность и страх – существуют не по нашей вине.