Застенчивость
Шрифт:
Испытавшие наибольшее смущение старались компенсировать утраченный авторитет, «сохранить лицо». Они всячески стремились подтвердить своё общественное положение и компетентность. В эксперименте были выявлены 6 вариантов такой компенсаторной тактики:
— Смена предмета деятельности. («Как долго это может продолжаться? Я тороплюсь на деловое свидание».)
— Ссылка на обстоятельства. («Искусственный свет не даёт мне сосредоточиться»).
— Демонстрация иных своих достоинств. («В теннисе я не силен, но зато в шахматах!..»)
— Дискредитация задачи. («Пытаться есть палочками по-восточному — пустая трата времени, когда есть вилки».)
— Отрицание неудачи. («С этим вообще никому не справиться».)
— Поиск поддержки. («Я ведь не очень подвёл команду, правда?»)
Поскольку у большинства застенчивых людей самооценка и так невысока, они могут и не пытаться прибегнуть к подобной тактике Скорее, они будут стремиться избегать ситуаций, чреватых неудачами, тем самым впадая в самоизоляцию и смакование своих недостатков.
Некоторые люди признают, что испытывают застенчивость даже в одиночестве. Смущение охватывает их при воспоминании о прошлых неудачах и промахах. Иногда их беспокоит предчувствие будущих социальных контактов. Так ретроспективные и перспективные приступы застенчивости могут смутить даже наше одиночество.
Основной принцип поведения, определяющий природу застенчивости, — вести себя ровно и тихо. Поэтому застенчивому человеку приходится подавлять множество мыслей, чувств и побуждений, постоянно грозящих проявиться. Именно собственный внутренний мир и составляет ту среду, в которой живёт застенчивый человек. И хотя внешне он может казаться неподвижным, в душе у него бушуют и сталкиваются потоки чувств и неудовлетворённых желаний.
Наиболее характерная особенность застенчивого человека — повышенная склонность к самоанализу. Адекватное самосознание является ключевым понятием всех теорий здоровой личности и целью множества современных течений психотерапии. Однако, когда тенденция к самоанализу и самооценке становится навязчивой, это, наоборот, свидетельствует о некотором психическом нарушении. Это касается многих застенчивых людей.
Более 85 % тех, кто считает себя застенчивым, не скрывали, что чрезвычайно озабочены собственной персоной. Такого рода сосредоточенность на себе может иметь характер как внешний, так и внутренний (по данным Арнольда Басса и его сотрудников)
«Внешний» самоанализ отражает озабоченность человека тем, какое он производит впечатление: «Что обо мне подумают?», «Как ко мне относятся?», «Как бы узнать, нравлюсь ли я? Если вы относитесь к этому типу людей, то, вероятно, согласитесь с большинством из следующих высказываний:
— Я озабочен своим стилем поведения.
— Я озабочен своей манерой держаться.
— Меня беспокоит, как я выгляжу.
— Меня, как правило, волнует, какое впечатление я произвожу.
— Прежде чем выйти за порог, я смотрюсь в зеркало.
— Меня волнует мнение других обо мне.
— Я часто беспокоюсь по поводу своей внешности.
При «внутреннем» самоанализе сознание направлено исключительно на самого себя. Это не просто сосредоточенность внимания на себе, а негативно окрашенный эгоцентризм: «Я дурак», «Я урод», «Я ничтожество». Каждая собственная мысль подвергается исследованию под мощным аналитическим микроскопом.
Такого рода психоанализ сродни тому, который практиковал один из величайших эгоистов во Вселенной — Зигмунд Фрейд. Но с одним исключением. Фрейд ставил перед собой задачу выяснить происхождение подобных мыслей и чувств и расшифровать их скрытый смысл. Целью такого самоанализа было освободить человека от невидимых барьеров, мешающих его нормальной жизнедеятельности, смягчить его отношение к пугающим внутренним импульсам. Для застенчивого же человека такой анализ выступает самоцелью, парализуя действия, поскольку вся необходимая энергия уходит в переживания.
Если вы относитесь к типу людей, склонных к внутреннему самоанализу, вы согласитесь со всеми следующими утверждениями или с большинством из них:
— Я постоянно стараюсь разобраться в себе.
— В целом я весьма озабочен собственной персоной.
— Я много думаю о самом себе.
— Часто я выступаю героем своих фантазий.
— Я часто критически настроен по отношению к себе.
— В целом я очень чувствителен к своим внутренним переживаниям.
— Я постоянно анализирую мотивы своего поведения.
— Иногда у меня бывает ощущение, что я наблюдаю за собой со стороны.
— Я чувствителен к сменам моего настроения.
— Я анализирую свою мыслительную деятельность в процессе решения какой-нибудь задачи.
Различение двух типов самоанализа может быть распространено и на понятие застенчивости в целом. В исследовании Пола Пилкониса было выявлено два основных типа застенчивых людей. Это те, кто внешне застенчив, и те, кто застенчив внутренне. Первые более озабочены тем, что плохо себя ведут, вторые — тем, что плохо себя чувствуют.
Внешне застенчивые больше недовольны своим неуклюжим поведением и неспособностью адекватно общаться. Озабоченность своими возможными промахами отражается в высоких показателях на шкале внешнего самоанализа. Для внутренне застенчивых то, что они делают, имеет второстепенное значение по сравнению с переживаемыми ими ощущениями дискомфорта и страха перед тем, что их скрытые желания станут явными. Как и следовало ожидать, самоанализ свойствен им в большей степени, причём именно внутренний самоанализ.
Как вы считаете, для какого из этих двух типов людей ощущение 'собственной застенчивости представляет большую проблему? Бремя застенчивости оказывается более тяжёлым для внешне застенчивых людей. Их ощущения сказываются на поведении, это влияет на отношения с другими людьми, что, в свою очередь, усугубляет болезненную самооценку. Рузвельт Гриер, человек могучего телосложения, бывший в своё время футбольной звездой, выбрал свой жизненный путь, стремясь побороть чувство неполноценности, владевшее им в детстве.
Когда я был ещё ребёнком, моя семья переехала на Север — из Джорджии в Нью-Джерси. Я оказался среди людей, которые говорили с иным акцентом, иными интонациями, использовали незнакомые мне слова, и что хуже всего — я говорил совсем не так, как они привыкли слышать. Поэтому я стал постоянной мишенью, особенно в школе. Несмотря на моё телосложение, меня передразнивали и осмеивали. Я был так этим унижен, что вместо того, чтобы посмеяться в ответ, замкнулся и молчал. Я говорил только тогда, когда меня к тому принуждали.