Чтение онлайн

– Долго ли я отсутствовал?

– Сейчас узнаю, только дай мне время, отец.

Служанка утёрла окровавленным рукавом своё лицо и осознав в каком она виде, тут же удалилась наверх, в свою комнату. Там она оделась в домашнюю одежду, всё жёлтое платье выцвело и покрылось жирными пятнами от нескончаемой работы на кухне. В комнате погибшего самозванца – жреца, она отыскала старый учебник, обложка была не лучше чем платье, но вот пахло бумагой, хорошей и одного вдоха хватило, чтобы почувствовать монотонность, с которой писали этот толстый учебник истории. Считать она не умела, при работе на кухне математика мало чем поможет, она считала максимум до тридцати, паршивец не обучал её, только матёрый кузнец изредка преподавал короткие уроки, потому она принесла учебник Ягеру, тот полистал несколько страниц и не понимал, почему некоторые события изменены или вовсе убраны из истории. К примеру: он не нашёл и единого слова о битве с Уносом или суде над Идолом Дуоном. Пусть это и ложная писанина, но где похоронена Амила или откуда у Уноса огромные повреждения – не уточняется. Учебник истории по своей сущности – инструмент глобального обмана. Прошлое легко подделать, изменить или как некоторые любят говорить «Уточнить». Прошлое – вызывает странную гордость у недоразвитых личностей, неполноценных и людей с горой национальных комплексов, так и хочется задать им вопрос, «Что ТЫ сделал для этого прошлого, чтобы им гордиться»? Почему они сосредоточены на гордости прошлого, а не на достижениях настоящего?

Она также принесла одежду Ягеру. Уверенности в себе ему не занимать и нагота его никак не смущала, но ходить с не прикрытым задом тоже не хотелось. Он высоко ценил скромность, но при этом высокое благородство и честь и самое обычное одеяние послушника культа, как ни что другое идеально подходило ему. Накидка тёмно – синего цвета и с длинными рукавами украшалась рисунками сфер и всяческих узоров, которые были идентичны на стенах храма, а на груди красовался главный символ Культа Сферы – Соединяющиеся линией четыре сферы, одна из которых была выше других и закрашена необычайно тёмными красками. Бинтовые, кожаные сандалии, белые шаровары, шёлковый пояс и длинный, узорчатый плащ – превосходно дополняли друг – друга и наконец, Ягер стал выглядеть, как и раньше, лишь не хватает его чёрных волос, да и чешуя его стала куда более тёмной, нежели раньше – добросовестный и блестящий белый цвет потускнел из – за грязи, а может, из его сердца и исходила грязь.

Продолжая читать учебник, он нашёл следующее: Ягер чешуйчатый был изгнан и по собственной воле пленён там же, где и начал свой путь Жреца. «Вот оно… Где же это… «По приказу Святозарного Уноса, его Жрец был сослан, прочь со своего поста, за ужасное богохульство – противоречие Яростному Слову. В тысяча пятьсот сорок третьем году до н.э. Ягер покинул пост и на его место возвели нового – Безымянного посланника» Тысяча пятьсот сорок третий… до нашей эры, это значит, что прошло…»

– Милочка, какой сейчас год?

– Двести тридцать пятый, отец. Вы спали ещё до моего рождения. Дедушка не верил учебнику и всем рассказывал о вашем возвращении, наши храмы с золотым ликом Ягера – запрещены. Быть может, вы встретите развитый храм в столицах, если ваш путь туда и проложен. К счастью, инквизиция давно не проводилась, все боятся Культа Сферы. Из поколения в поколение, передаётся знание о настоящем подвиге Ягера.

– Семьсот девяноста два года… Тогда мне точно не следует задерживаться.

– Станете прощаться со своим новым другом? – Спросила служанка

– По кой нужде он мне нужен? Лишний хвост, мне своего хватает.

– Я его толком и не заметила… Надо же… Мне казалось это просто для образа, на вашей статуи сделали хвост, разрешите?

– Нет. Мне пора уходить, дитя. Как бы мне хотелось помочь, но не могу больше ничего тебе дать.

– Я останусь здесь, хотя бы до конца пепельного дождя, а потом… Потом я уйду отсюда.

– Отличное решение – Сказал Ягер с довольной улыбкой.

Распахнув двери, ему в лицо тут же стал лететь дым и пепел. Мембрана закрыла глаза, а хвостом он прикрывал свой нос, чтобы не попала случайно какая-нибудь гадость.

– Да направит тебя Великое Светило – на прощанье крикнула служанка.

Ягера моментально окутал серый дым и отправился он, покуда долг его ведёт. По дороге ему впивались в голову разные мысли и вопросы, от самых важных: «Владыка Унос обезумил, либо обленился, раз позволяет насиловать невинных дев. Пусть деревушка, пусть никому нет дела до этого, но она под защитой самого… Это ведь моя вина? Меня боялись и уважали, а когда меня не стало, тут же пустились чужие руки к блуду.

Я проиграл… Сокрушительное поражение и ещё более сокрушительные следы от нашей битвы» Ягер оступился, не заметил в дыму огромный шлейф, оставленный Уносом во времена легендарного сражения с Богом.

До всяких глупостей: «Выпить то как хочется…»

Так и двигался он сквозь дым и пепел, пока не вышел из него. Наконец можно вдохнуть воздуха и спокойно идти дальше. Пыль засела меж чешуек, отчего ему постоянно приходилось обтряхиваться и чесаться, но был неподалёку и пруд, в который он не стал прыгать. Думая о другом путнике, как и он, которому захочется отпить и потому прошёл мимо, терпя зуд и ужасное чувство грязноты. Такая забота о неизвестном человеке присуще жрецам, на то они и жрецы, в конце концов. Сордикор одичал со времён великой битвы и такой акт заботы могут посчитать за глупость.

Из дыма его встречал подъём в горы, ведущие к океану, от которого уже можно будет добраться до пустыни, где наверняка и засел Унос. Обойти горы – будет пустой тратой времени. Весь континент окружают горы и вулканы, проще сразу пойти на пролом.

Загадкой было то, как вообще так получилось, что континент Альтитуд окружали горы, лишь в южной части был проход, но до него несколько дней пути. Даже одна их больших экспедиций Дуона не выяснила причину. Дуон пришёл к выводу, что это загадочная аномалия связана с некой подозрительной гравитационной активностью, которая в свою очередь связана с вулканом Бестии – самым древним в своём роде, ещё в доисторические времена, он пугал животных своим ужасающим видом. Дуон исследовал вулкан, но пробиться сквозь глубокую толщу раскалённой магмы – оказалось весьма затруднительно, те не исследованные пучины, он прозвал – Глубины.

Ягеру Лучше найти путь покороче, и он идёт через горы.

Холод Ягеру тоже был нипочём. Всё дело в той энергии, что он поглощал от Уноса. Она даровала ему годы жизни, нескончаемые силы и великую выносливость, однако не стоит преуменьшать заслуги прошлого. Эти же самые горы, напомнили ему переломный момент в его жизни. Когда он и стал тем самым Ягером чешуйчатым.

До Эры Прихода – ему принуждалось воевать и воевать постоянно. Во льдах, в лесах, городах и столицах. По началу, он как и все воины носил кольчугу, кожаную броню и умело управлялся с мечом, однако с инструментами он управлялся весьма грубо и постоянно ломал то меч, то щит, то секиру и даже молоты умудрялись ломаться от его владения оружием, а кулаки с ногами никогда не подводили. Так ему и мечталось, как он голыми руками будет крушить целые армии, не отвлекаясь на «зубочистки» – так он называл любое оружие. Не стыдно ему было подобрать чужой меч и принцип рыцарей «Мой меч – моя длань» его раздражал. «Меч один, меч другой – один и тот же кусок железа. Мои руки – вот моё оружие!»

По воле случая – по воле случая типичной жадности немереных богатств, отдан был приказ по захвату некого монастыря высоко в снежных горах. Монахи те – были весьма крепки, несмотря на свой возраст – они отражали собственной кожей и руками клинки, но не были защищены глаза. «Война с безглазыми отшельниками» так была она записана в истории. Но не просты были они, а ловко справлялись с воинами, ломая им кости и вышибая суставы, однако, кучка старых монахов ничто по сравнению с легионом Обгоревшей Пыли, особенно под командованием Ягера.

Штурм шёл успешно, пока не начался обвал. Часть соратников раздавило, а Ягер успел скрыться в монастыре, где продолжал вырезать бесстрашных монахов. Кому то не посчастливилось быть раздавленным валуном, ну а кто остался жить – бился и дальше, по воле – Ягера.

Ягер же пробивался через коридоры и туго запертые двери, к самому верхнему этажу. Где в своей постели уже задыхался от старости – глава монастыря. Тот пообещал, что пожалеет о том, что сделал вторженец. На улице послышался рёв некого зверя и в каменном окне был заметен закат, который закрыла огромная лапа ящера. По размеру она выглядела так, будто в ней легко могло поместиться несколько кораблей и с такой же лёгкостью могли быть раздавлены.