Чтение онлайн

– Выслушай меня!

– Убийца!

Тагашев поймал мои руки и вытянул вдоль тела. Извиваясь, я пыталась выбраться из-под него.

– Я не убийца!

– Ложь!

– Я был ведущим Охотником Коншина, но все изменилось!

– Ложь!

– Я не знал о нападении!

– Ложь!

Горячие губы прижались к моим. Задрожав всем телом, я попыталась увернуться. Безуспешно. Елизар завладел губами решительно, настойчиво…

В уголках глаз появились слезы, заструились по щекам, залились в уши. Я знала, что сейчас произойдет, – непомерно прекрасен поцелуй и слишком я его хочу, – и ненавидела себя за это. Тело обмякло, покорилось. Почувствовав, что я расслабилась, Тагашев ослабил хватку, губы стали нежными, ласкающими. Я всхлипнула и подалась вперед. Он начал покрывать поцелуями лицо, смахивая слезы. Обхватив его голову руками, я зарылась в густые черные волосы. Разрозненные чувства заполнили до отказа: ненависть к себе, ненависть и любовь к нему. Мракаур не желал уходить из сердца, пусть он и враг, пусть и предатель. Все смешалось в страшное разъедающее зелье. Я вновь начала вырываться, но теплая, успокаивающая, нежная волна охватила тело. Он утешал меня. Уклонившись от его губ, я отвернулась:

– Ты лгал Николаю. Ты знал о нападении, не мог не знать! – Слова давались с большим трудом, и на несколько секунд я замолчала. – Погибли Хранители! Из-за тебя погиб Макс! Я верила тебе, я так тебе верила!

– Я не знал о нападении, Злата! В лабораторию я пришел слишком поздно. Хранители погибли, но Макс продержался дольше всех. Он жив, сильно ранен, но восстановится – через день, может быть, через два. Мне удалось его спасти.

Сначала отреагировало тело. Из груди вырвался растерянный всхлип. Внутри что-то сжалось. Легкий озноб пробежал по плечам и ключицам, пробрался внутрь, обволакивая ребра, распирая их, окутывая и растапливая что-то холодное внутри. Рассудок отреагировал медленнее. Мозг будто не верил, что новость может оказаться хорошей и не нанесет мне новую рану. «Жив», – наконец осознала я и только теперь заплакала от облегчения. Макс жив.

– Это правда? Спасибо, – сквозь слезы прошептала я и посмотрела на Елизара: – Но почему? Ты же ненавидишь его.

На миг Елизар отвернулся, избегая моего взгляда. Высокие скулы напряглись, словно он боролся с чем-то внутри себя.

– Он всегда составлял важную часть твоей жизни. – Тагашев поднялся. – Нам нужно вернуться к Колесникову. Скоро появятся Хранители. Я отправил Павла за помощью.

Растерянно глядя на него, я попыталась встать. Елизар опередил меня: наклонившись, взял за плечи, помогая сесть. Ребра заныли, но мне было не до них. Разум отчаянно метался в поисках объяснений, но не находил разумных.

– Колесников? Но он нужен Виктору. Разве не ради него ты появился в нашем клане? – наконец спросила я.

Сильная рука легла мне на поясницу. Подсунув другую руку под колени, Елизар поднял меня:

– Николай знал обо мне с самого начала.

Вздрогнув, я машинально сжала ткань измятого костюма на его груди.

– Знал, что ты ведущий Охотник Виктора Коншина? – потрясенно спросила я, недоверчиво вглядываясь в темные глаза, боясь увидеть в них ложь.

– Да. Он единственный, кто знал об этом. Нам нужно поговорить, Злата. – Елизар тяжело вздохнул, затем посмотрел на меня и горько усмехнулся. – Тебе я рассказал лишь часть правды. Помнишь, я говорил, что Виктор хотел подчинить нас с Марком? – на ходу спросил Елизар. Сжавшись, я медленно кивнула. – Виктору был нужен только я. И он подчинил меня.

– Ты убил смертного, – предположила я.

– Нет. Виктору достаточно было сказать, что он уничтожит семью Ланбинов и Марка. Я не мог допустить их смерти и стал ведущим Охотником.

На мгновение Елизар остановился и посмотрел на меня, будто пытался найти в лице осуждение. Но я даже пошевелиться боялась. Собираясь с мыслями, Елизар молчал.

– Марк и Альбина знали об этом? – тихо спросила я.

– Нет. Это было моим условием, поставленным Виктору. А вот родители догадались. Пожертвовав собой, они предложили бежать, но бежать я не мог, как не мог рассказать все Марку. Он лучше меня, и никогда бы такое не простил. Думаю, он предпочел бы умереть, чем подчиниться Коншину. Но я оказался слабым, хотя и поставил Виктору новое условие: мы с Марком сбежим, но я буду выполнять все его приказы. И Коншин согласился, пригрозив мне, что, если я не выполню своих условий, Ланбины будут разорваны. Виктор пошел на уступки, лишь бы заполучить меня. Мы сбежали, но побег был настоящим только для брата. А потом мы ездили по всему миру. Марк думал, что мы скрываемся, но я ехал в то или иное место, чтобы выполнить очередной приказ. Он помогал мне уничтожить мракауров, думая, что уничтожает Охотников Виктора, но я знал, что мы уничтожаем его сильных врагов. Пять лет я выполнял приказы, скрывая все от Марка, а затем и от Альбины. – Елизар поморщился. – Иногда мне приходилось оставлять их и ехать куда-то самому. Я уничтожал семьи мракауров, которые не подчинялись Виктору, подчинял тех, кого еще можно было подчинить, подыскивал новых Охотников, руководил ими и поставлял Коншину смертных. – Заметив ужас на моем лице, он отрицательно покачал головой. – Нет, убивать я так и не научился, – ответил он на мой немой вопрос, – но выполнял любые поручения и ненавидел себя за это. Я знал, что смертные, попавшие в тюрьму, которую ты видела в своем сне, обречены на смерть. Давай, возненавидь меня, Злата!

Словно обезумев, Елизар закинул голову назад и расхохотался. Затем его лицо исказилось от боли и отчаяния. Он остановился. Я задрожала. Внутри все болезненно сжалось. Кончиками дрожащих пальцев я коснулась его щеки.

– Я не могу, – придушенно прошептала я. – Ты стал Охотником не по своей вине.

Елизар дернулся, будто моя рука выжигала на нем клеймо.

– Несколько месяцев назад я получил очередной приказ Виктора. Я должен был узнать о таинственной защите, окружающей город верлафов.

Закрыв глаза, я начала осознавать весь масштаб катастрофы. Снова задрожав, я попыталась вырваться, но Елизар не позволил. Горячие губы коснулись моей щеки. Тело накрыло успокаивающей волной.

– Дослушай, – прошептал он, и я покорилась. – Задание поставило меня в тупик. Мне необходимо было проникнуть на вашу территорию, чтобы приблизиться к защите. А для этого нужно было попытаться войти в доверие к оборотням.

– И ты познакомился со мной, – выдавила я.

Он кивнул.

– Я перевез Марка и Альбину на нейтральную территорию, которую верлафы считали безопасной, и стал выжидать, – продолжил Елизар. – И наконец мне повезло. В соседний поселок приехали сразу десять верлафов. – Погрузившись в свои мысли, Елизар ненадолго замолчал. – Странным было то, что троих молодых оборотней охраняли семеро опытных Хранителей света. Верлафы были необычными, и я решил познакомиться с кем-нибудь из этих троих. В ущелье я появился неслучайно: там была назначена встреча с Кириллом, моей правой рукой. Он должен был привезти информацию о главе клана верлафов. Тогда я впервые узнал, что у него есть дочь. Хотя фотографий и не было, но с Вязиным я вас не связал.

– Николай сделал все возможное, чтобы вы не узнали, кто я, – прошептала я.

– Потом в ущелье появились трое верлафов, – быстро продолжил он. – Мне повезло. Я только разрабатывал план, как приблизиться к ним, но они пришли сами. Они фотографировались, смеялись. Двое скоро ушли, но осталась одна девушка. Она даже не подозревала, что с большой высоты за ней наблюдают два страшных мракаура, которые не могли ей присниться в самых жутких кошмарах. Я не знал, кто эта девушка, но чем больше я на нее смотрел, тем дольше хотел наблюдать за ней. Кирилл скоро ушел, уже зная, что цель для знакомства я выбрал. Я наблюдал за тобой около двух часов, не зная, приблизиться к тебе или бежать от тебя со всех ног. – Лицо Елизара снова исказилось. – Ты не чувствовала моего запаха, но чувствовала взгляд. Наблюдая за тобой, я подошел слишком близко. О твоей способности я не мог знать, а ты почувствовала меня. Мы столкнулись. – На секунду Елизар отвернулся и замолчал. – Девушек всегда было много. Когда я появлялся у Виктора, они буквально преследовали меня, но им не нужен был я – только положение, которое я занимал. А теперь у моих ног лежала еще одна, но из клана оборотней и очень красивая. Впервые в жизни я боролся с чем-то недоступным моему рассудку. Ты лежала без сознания, а я колебался, то ли оставить тебя и уйти, то ли продолжить воплощать свой план в жизнь. Я выбрал второе и позвонил Альбине, рассказав им историю, которую рассказал и тебе, – выдохнул Елизар. – Ты поверила мне.

Из глаз снова закапали слезы. Смахнув их кончиками пальцев, я посмотрела на Тагашева:

– Да, я верила тебе. Потому что хотела поверить.

Елизар вздохнул.

– Чем больше мы говорили, тем больше я раскаивался в своем знакомстве с тобой, – продолжил он рассказ. – Огромные серые глаза смотрели странно: доверчиво, с любопытством и без страха. А когда они стали изумрудными, я понял, что никогда не видел ничего прекраснее. И я испугался того, чему еще не мог дать объяснения. Я решил, что задание Виктора выполню как-нибудь по-другому, но уеду в эту же ночь, лишь бы больше никогда не видеть тебя. Я хотел убежать от самого себя, но не смог. – Елизар улыбнулся уголками губ.

Я жадно впитывала в себя каждое слово, внимала каждой фразе и начала понимать все.

– Альбине и Марку я сказал, что мы остаемся, что я должен предупредить вас о возможном появлении Охотников. Это была ложь, но мне нужен был любой предлог, чтобы увидеть тебя, хотя бы еще раз услышать твой смех. Я едва дождался утра. – Перехватив меня удобнее, Елизар перешагнул через поваленный ствол дерева. Не отрываясь, он смотрел на меня и на ходу продолжал рассказывать: – А потом ты предложила присоединиться к клану верлафов, и я растерялся. Тогда я впервые узнал, кто ты, и подумал, что задание Виктора будет выполнить легко, но ты сама подала мне другую мысль. Если бы все получилось, Марк и Альбина оказались бы в относительной безопасности. Я смог бы смыть с себя всю кровь, в которой уже тонул, перестал бы быть Охотником и смог видеть тебя хотя бы на расстоянии. Страстная, желанная мысль, но удерживало одно: жизнь Ланбинов, вырастивших меня как собственного сына, оставалась под угрозой. Я колебался, не зная, что предпринять. Альбина и Марк ухватились за эту идею, а я пожалел, что сказал им об этом. Я решил попробовать пройти защиту, но еще не знал, как поступить, но снова вмешалась ты. Маленькая, хрупкая девушка бросилась защищать мракаура, который мог уничтожить вас всех, даже не прикладывая усилий. Ты готова была защищать меня ценой своей жизни, и это перевесило все, – тепло сказал Елизар.

Прижав голову к его груди, я потерлась об нее щекой. Сердце Тагашева гулко, торопливо стучало, очевидно, рассказ давался ему нелегко.

– Страшным уничтожающим ураганом ты изменила всю мою жизнь. И я решил рассказать о планах Виктора Николаю Вязину, независимо от того, пропустит нас защита или нет. Я понял, что не смогу причинить боль не только тебе, но и твоему клану. Между оборотнями и вампирами, которые вырастили меня, я выбрал вас, хотя в душе и надеялся, что смогу им помочь. – Елизар задрожал, словно ценой огромных усилий сдерживал слезы. – Я никогда не убивал смертных и больше не представлял угрозы для верлафов. Защита пропустила нас, а Николай, узнав обо всем, разрешил остаться, даже несмотря на то что я был ведущим Охотником Виктора Коншина.