Чтение онлайн

– Переставь молоть ерунду, - перебил О'Лири заключенный. Его неприятная манера разговаривать была хорошо знакома Лафайету по темной камере в Стеклянном Дереве.
– Меня зовут Лафкадио. Впрочем, это тебя не касается. А все-таки, кто ты такой? Готов поклясться, что мы где-то встречались...

– Сейчас не время препираться, - прервал его Лафайет.
– Нам с Кранчем удалось бежать. Я хочу попытаться освободить леди Андрагорру, но...

– Очевидно, ты имеешь в виду Синтию. Значит, ты тоже замешан в этом дурацком заговоре? Ну подожди, ты мне за это заплатишь! И не смей приближаться к моей невесте...

– Я думал, что ее зовут Беверли. Впрочем, это неважно. Если мы освободим тебя, согласишься ли ты помочь мне отвлечь внимание гвардейцев?

– Освободите меня!
– заорал бородатый узник.
– А уж потом мы обо всем договоримся.

– Кранч, - позвал Лафайет.
– Займись, пожалуйста, этой дверью.

Он направился дальше по коридору. Большинство заключенных спали на соломенных подстилках, во некоторые провожали его настороженными взглядами.

– Эй, послушайте, - прокричал он.
– Нам удалось освободиться. Обещаете ли вы помочь нам - напасть на стражников, бегать по коридорам, орать, крушить все на своем пути, - если мы освободим вас?

– Идет, приятель!

– Договорились!

– Мажешь рассчитывать на меня!

– Отлично.

Лафайет кинулся назад, чтобы дать указания Кранчу. Минуту спустя великан принялся деловито выламывать решетки камер. Заросшие бродяги в лохмотьях всех видов столпились в камере пыток. Лафайет заметил Лоренцо, теперь уже без бороды. Он протиснулся к нему:

– Слушай, нам надо действовать вместе...

Он запнулся, глядя на своего бывшего товарища по камере, который в свою очередь озадаченно смотрел на него. О'Лири вдруг подумал, что ему впервые по-настоящему удалось рассмотреть лицо Лоренцо.

– Эй, - пробасил Кранч, - я думал, ты вон туда пошел...

Он остановился:

– Хм-м.

Он недоуменно перевел взгляд с Лафайета на его собеседника.

– Похоже, у меня с головой что-то не в порядке... Кто ж из вас двоих мой приятель, с которым я сидел в камере?

– Я Лафайет, - ответил О'Лири.
– А это - Лоренцо...

– Ничего подобного, меня зовут Лотарио, и я никогда в жизни не видел этого питекантропа.

Он смерил взглядом Кранча.

– Ты чего ж не сказал мне, что у тебя есть брат-близнец?
– спросил Кранч.

– Брат-близнец?
– разом переспросили Лафайет и Лотарио.

– Ну да. И вот еще, приятель: с чего это ты нацепил на себя этакие штаны из кожи и сапоги? Удивить меня решил, что ли?

Лафайет присмотрелся повнимательнее к Лоренцо - или Лотарио: на нем был облегающий дублет, плащ из узорчатой парчи и рубашка с оборками - все не первой свежести.

– Он совсем на меня не похож, - возразил он негодующе.
– Ну, может, есть некоторое поверхностное сходство... Но у меня нет этого бездумного выражения лица, этого беспомощного взгляда...

– Что? Я похож на тебя?
– воскликнул его собеседник.
– Да кто тебе дал право оскорблять меня? Так, где здесь ближайшее отделение королевской почты? Я немедленно направлю сообщение нашему пресс-атташе, и уж он-то мигом наведет порядок в этом сумасшедшем доме!

– Ты здесь!
– прокричал кто-то, перекрывая шум толпы.
– Лафайет!

О'Лири обернулся. К нему пробирался, размахивая руками, молодой человек, как две капли воды похожий на его собеседника. Вот только одет он был по-другому. Лафайет оглянулся - человек, назвавшийся Лотарио, исчез в толпе.

– Ты-то как здесь очутился?
– спросил, подходя ближе, Лоренцо.
– Я рад, что ты на свободе. Послушай, я так и не успел поблагодарить тебя за то, что ты спас меня от гвардейцев Крупкина. Бедняжка Беверли рассказала мне все, что произошло. Она была так потрясена случившимся, что даже забыла, как меня зовут...

– А как тебя зовут?
– перебил его Лафайет, чувствуя, что начинает сходить с ума.

– А? Ну, разумеется, Лоренцо.

– А как...
– Лафайет перевел дух.
– Как твоя фамилия?

– О'Лири. А что?
– ответил Лоренцо.

– Значит, Лоренцо О'Лири, - пробормотал Лафайет.
– Почему бы и нет? Ведь у Адоранны, Дафны, Йокабампа и Никодеуса есть двойники. Должен он быть и у меня.

12

– Эй, ребята!
– громовой голос Кранча заставил очнуться двух оцепеневших О'Лири.
– Нам пора двигаться, а не то мы пропустим все на свете.

Лафайет огляделся: вокруг них никого не осталось, освобожденные узники, прихватив расставленные в камере орудия пыток, с оглушительным ревом бежали по коридору.

– Знаешь, Лоренцо, мы потом уточним, кто есть кто, - проговорил он, стараясь перекричать шум удаляющейся толпы.
– Главное сейчас - освободить Свайнхильд и леди Андрагорру, которые оказались в лапах Горубла. Для тебя это Крупкин. У него дьявольский план - захватить Артезию, и что самое ужасное, похоже, ему это удастся. Мне теперь понятно, почему он не особенно переживал, когда я отказался помочь ему, он вполне мог использовать тебя, добившись помощи Свайнхильд. Впрочем, не будем об этом. Я хочу попытаться проникнуть в покои Родольфо и рассказать ему обо всем. Возможно, еще не слишком поздно, и нам удастся расстроить планы Крупкина. Ты мог бы помочь мне. Если нас будет двое, одному наверняка повезет. Я тебе все объясню по дороге. Ну, что скажешь?

– Я согласен. Ты, видимо, разбираешься в том, что здесь происходит. Но учти - забудь о Беверли.

– А я-то думал, ее зовут Синтия, - пробурчал Лафайет.

Прихватив из камеры пыток пару крепких дубинок, они поспешили за Кранчем. Неожиданно впереди послышались испуганные крики и шум завязавшейся драки, которые явственно свидетельствовали о том, что заключенные встретились с дворцовой стражей.

– За мной, - крикнул Лафайет, устремляясь в боковой коридор.
– Мы их обойдем и поднимемся по боковой лестнице.

– Слушай, а какую же роль во всем этом играешь ты?
– задыхаясь, спросил на бегу Лоренцо.

– Да никакую, - заверил своего двойника Лафайет.
– Я спокойно жил в Артезии, занимаясь своими делами, как вдруг раз - и я в Меланже. А потом ни с того ни с сего на меня посыпались обвинения...

Он свернул на боковую лестницу, ведущую вверх.

– Полагаю, это случилось по твоей вине - они приняли меня за тебя. Ты, должно быть, неплохо поработал, судя по тому, как стражники набросились на меня.