ЖАНРЫ

Заточенная в Золотой Клетке
Шрифт:

– Хорошо… - только и смогла ответить Белла, и быстро вернула трубку на место, как пойманный на месте преступления безмозглый вор в чужом доме.

Эдвард был удивлен внезапным окончанием разговора и, хмыкнув, спрятал телефон в карман, прислушиваясь к нарастающим звукам двигателей самолета для взлета.

Самолет стал медленно подниматься, и Каллен помолился, чтобы ничего больше не случилось, что могло бы помешать ему воссоединиться с Беллой и больше никогда не оставлять её одну…

Тем временем Белла сидела в плетеном кресле на балконе и смотрела на звездное небо, гадая какая ее ждет судьба в будущем. Укутавшись в плед, она не чувствовала непривычного летнего холода, только свежий воздух приятно обдувал её, давая возможность упорядочить мысли и отдохнуть. Постепенно звезды стали исчезать и, над лесом появились первые лучи багряного солнца. Вода в прудике, на который выходил её балкон, побледнела, а потом стала ярко-розовой от рассвета, который дарило солнце, поднимающееся за горизонтом.

Природа просыпалась, оттаивала от ночного сна и, через пару минут, Белла услышала сонное чириканье некоторых ранних пташек, поднявшихся сейчас, чтобы раньше других успеть к воде и напиться вдоволь, поискать спящих букашек, дабы они не достались кому-то другому, из огромного и всевозможного количества желающих.

Белла спать не хотела. Она словно застыла и не хотела менять свое местоположение. Она сидела и смотрела на эту прекрасную, беспрерывную и свободную жизнь. Она потеряла свободу, её лишили свободы, лишил человек, и этот человек - Эдвард. Сможет ли она когда-нибудь забыть это и быть счастлива?

Может надо смириться, оставить прошлое позади, простить и начать другую жизнь? Ту, что предлагает Каллен, красивую и богатую. Жить, имея то, о чем и мечтать не смела раньше, как в сказке. Попытаться найти радость в такой жизни.

Жизнь не закончилась после невзгод и лишений. Надо жить, приспособиться к переменам в судьбе и попытаться быть счастливой.

Конечно, нет уверенности, что боль от поступка Чарли, печаль и тоска по Рене, забудутся.

Но, может, Белла будет достаточно счастливой, чтобы приглушить свою боль.

Найдет ли она это счастье, повезет ли ей, или уже повезло? Вдруг Эдвард – тот, кто сделает ее счастливой? Вдруг именно Эдвард и есть – ее судьба?

Что ж, она не будет сейчас ничего загадывать, время покажет. От судьбы не уйдешь, как бы мы ей не сопротивлялись…

Белые чехлы. Снова перед глазами несчастной Беллы эти чертовы чехлы для мебели. Она сидит на одном из кресел и читает какую-то книгу, привезенную Рене ещё в юности, с дальнего курорта в Средиземноморье, куда её единственный раз в жизни свозила родная мать. Книга, кажется, на итальянском, и от этого Белле ещё интереснее. Она рассматривает красочные страницы, как внезапно на её плечо опускается тяжелая рука отца, и она испуганно вздрагивает, отстраняясь. От Чарли, как всегда, несет выпивкой, и его одежда, и он сам насквозь пропитались этим запахом.

– Папа? – восклицает Белла, подняв взгляд на отца. Тот грубо хватает её за руку, вытаскивая с кресла. Книга с грохотом падает на пол…

Белла сначала не понимает, что делает Чарли. Её одежда неожиданно сорвана и быстро оказывается на полу, а она прижата к груди отца. Секунда, две, три… И боль, настоящая и нестерпимая. Белла кричит во весь голос, пытаясь вырваться, но он крепко держит ее в кольце железных рук и, невнятно бормоча, закатывает глаза от удовольствия. Белла слишком невинна, чтобы понять, что происходит. Слезы льются из её глаз, она громко зовет на помощь, но её не слышат. Она зовет мать, молит о спасении, но матери нет дома… Она надеется, что кто-нибудь другой придет на помощь, и тут она внезапно выкрикивает имя, имя, которое раньше в этом кошмаре не присутствовало - Эдвард!

Она надрывается, зовя какого-то Эдварда, но понимает, что никто уже ей не поможет. И кошмар обрывается, отпуская её из своих цепких объятий сна.

Белла широко раскрыла глаза, хватая ртом воздух, и подскочила с кровати, словно ударенная электрошоком. Она всегда помнила каждую мелочь, каждую деталь своего кошмара. Ей нестерпимо страшно, как всегда после этого сна. Вокруг темнота, а белые занавески вокруг кровати так похожи на белоснежные чехлы для мебели из сна, что девушка срывается на визг.

Обычно в кошмарах, точнее после них, с тех пор как она жила здесь, она – одна. Одна, наедине со своими страхами и болью, но что-то странное происходит с ней. Чьи-то руки обхватили её за плечи и прижали к своему владельцу. И это совсем не то ощущение, что с Чарли. У отца руки грубые и шершавые, а эти руки мягкие, нежные и ласковые. Они словно ниспосланы с небес успокоить её и придать сил.

Белла не пыталась отстраниться, прикосновение этих рук приносило покой и облегчение. Она, наоборот, крепче прижалась к груди этого ангела-спасителя. Она - не одна, он пришел спасти её, сейчас, когда у нее нет никого рядом, когда все безнадежно потеряны…

Слезы Белла остановить не могла. Боль выходит через слезы, вот и этот раз не стал исключением. Тяжелые капли мигом оказываются на рубашке её ангела, пропитав её, не оставляя сухого пространства, но, кажется, ни Беллу, ни ее таинственного ангела это не смущает. Наконец ангел подал голос:

– Белла, все хорошо, я с тобой, я здесь, не бойся! – шепчет ей на ухо ангел, и она мигом узнает этот голос. Голос, который она носит в своей памяти, спасительный голос, который вывел её из сумрачного леса. Голос, который не впервые выводит её из плена кошмаров.

– Ты вернулся!
– Белла зарыдала громче, сильнее обхватывая Эдварда. Показать, как ей необходимо его присутствие сейчас.

– Я вернулся и больше никуда не уеду, – ласково прошептал Эдвард, успокаивающе поглаживая Беллу по волосам. Он улыбался от мысли, что говорит правду, и от счастья, что вовремя оказался здесь, рядом со своей маленькой девочкой.

Первая хорошая новость за месяц! – сквозь слезы усмехнулась Белла и ближе подвинулась к Эдварду, не давая ему возможности даже пошевелиться.

А он и не хотел. Они замерли на кровати в сидячем положении. Голова Беллы и её роскошные шоколадные кудри покоились на груди у Каллена, а слезы, безостановочно льющиеся из её прекрасных каштановых глаз, казались Каллену крошечными алмазами, медленно двигающимся по розовым щечкам.

Он не мог оторвать глаз от этого зрелища, так трогательно беззащитной и прекрасной выглядела Белла.

Он здесь, он вернулся, он успел. Он рядом с самым дорогим для него существом на свете, и больше ему ничего не надо. Он вспомнил, как приехал после обеда и сразу же пошел в комнату девушки. В глаза бросился ворох вещей на полу. Мурашки пробежали по всему его телу, когда он не нашел Беллы в комнате. Затем он догадался пройти на балкон. Она была там. Закутанная в плед, как в кокон, видимо, любовавшейся звездным небом перед сном, она спала. Он смотрел на эту картину с умилением и скрытым благоговением, с каким давно не смотрел ни на кого. С тех пор как лишился своей ненаглядной Изабеллы Каллен, о которой грезил столько лет и мечтал о том, как по-другому они могли прожить все то роковое время, отпущенное им.

Поделиться с друзьями: