Затонувшая свобода
Шрифт:
– Прямо-таки выкрал? – улыбнулась Дженни, но глаза ее уже горели от предвкушения.
– Ну, она сопротивлялась, так что – да.
– Ничего ты меня не крал! – возмутилась Айви, чихая от пыли. – Я сама хотела с тобой пойти.
– Конечно-конечно.
Дженни закусила губу, наблюдая за их перепалкой, а потом подняла палец. Виляя бедрами, она скрылась в пестром море одежды и вернулась с охапкой платьев.
– Предлагаю сарафан, а не платье. Надевается поверх рубашек, могу дать женскую, но хочешь – таскай у Джека и дальше. Свободный крой, корсет можно затягивать не сильно. Пробуем?
Айви несмело кивнула, боясь сказать, что предпочла бы ходить как дома – почти нагой. Обижать музу не хотелось, да и цвет сарафана казался привлекательным – голубо-бирюзовый, как у берегов Бирюзового моря.
Дженни помогла Айви облачиться в новую одежду: белая рубашка оголяла плечи, а руки прятала под широкими рукавами; сарафан на бретельках не стеснял движения, позволял свободно дышать, даже когда Дженни затянула завязки на животе. Айви прокрутилась у зеркала, дивясь как переливается юбка от солнца и движений.
– Я не буду привлекать внимание? – спросила она, разглаживая складки, признавая, что ей нравится отражение.
– Ты и так привлекаешь внимание, сладкая, – сказала Дженни. – Белая кожа, волосы ниже попы.
Айви согласно кивнула, хоть и все еще боялась, что в таком платье найти страже Тенебриса сбежавшую будет проще, ведь прохожие ее запомнят.
Джек не сводил с Айви глаз, едва дышал, перестал даже шевелиться. Она покраснела от этого внимания и… восхищения? Дженни заметила их гляделки, довольно улыбнулась и вытянула с полки шелковый платок в тон платья.
– Я не первый раз работаю со сбежавшей русалкой, – серьезно заговорила муза, оплетая белые пряди Айви платком, а потом завязывая волосы в низкий хвост. – И потому хочу дать совет: забудь о прошлом. Ты вырвалась на свободу, так цени ее. Ты не была рождена, чтобы подчиняться мужикам. Поняла? Даже Джеку. Хотя он не станет тебя подчинять.
Джек закатил глаза, избавляясь наконец от наваждения. Айви шумно выдохнула, тряхнула головой, моля щеки так не гореть. Незамужней русалке в Тенебрисе запрещалось собирать волосы в прическу, но Айви решила не сопротивляться: она уже не дома, а на свободных Луорских островах!
– Я не вернусь домой. Я там чужая.
– Вот и отлично, куколка. Посмотри, какая ты красавица! Ты как прекрасный цветок, что зацвел среди зимы.
– Зимы?
Муза улыбнулась, подмигнула. А Джек пожал плечами, отвечая, что тоже не знает, что это за зверь такой: «зима».
– Не бери в голову. А ты! – Дженни указала на Джека. – Береги ее! И помни, что я говорила тебе о женском теле, и как надо…
– Разберемся, Дженни! – Джек не сдержал улыбку, видя взгляд Айви, едва до нее дошло, что они обсуждали. – Спасибо!
Дженни склонила голову, откинула юбку, оголяя ногу еще сильнее. Айви оставалось только гадать, почему музе можно показывать тело, а другим девушкам – нет. Это потому что у нее души нет?
– Могу завернуть еще пару платьев для разнообразия.
– Боюсь, мы слишком часто убегаем, чтобы таскать с собой много вещей. Айви?
Она вздернула брови, не веря, что у нее спрашивают мнение. Смущенно пожала плечами, оглядывая висящие ткани, желая вдруг прикоснуться к прекрасному, словно каждый кусочек был пропитан магией музы. Дженни махнула рукой и пообещала подарить вместительную, но маленькую сумку, пространство внутри которой расширено магией.
На прощание Дженни провела по щеке Айви, выдохнула частичку магии, заставляя душу трепетать.
– Удачи, Айви. С днем рождения! – Дженни протянула Джеку сумку размером с ладонь. – Еще одно платье, несколько рубашек. И для тебя в том числе, красавчик.
Джек спрятал подарок в кармане, восхищенно хлопнул по новым брюкам из льна.
– Спасибо, Дженни. Был рад повидаться. Может, вернемся, чтобы переночевать.
Она склонила голову.
– Тебе всегда здесь рады, Торренс. И тебе, Айви.
Они вышли из магазина и вновь окунулись в шум толпы.
– Почему она так добра?
– Я был хорошим учеником, – усмехнулся Джек. – И хорошим другом.
Они добрались до вершины острова час спустя, ведь по пути зашли за едой. Айви с восхищением подошла к обрыву, упала на колени и посмотрела вниз. Волны бушевали вдали, разбивались о скалы и камни, осыпая мерцающими брызгами резкий склон. День начинал клониться к закату, а потому жара отступала, позволяя прохладе побыть хозяином. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в розовые оттенки.
Айви и Джек разместились прямо на траве, любуясь закатом и горами, высящимися вдалеке. Они ели печеную рыбу и уже успевший полюбиться Айви мясной пирог с овощами.
– Как мы будет Марибертус искать? – спросила Айви, облизывая пальцы. Душа горела от счастья, ведь признаться – так хорошо еще не проходил ни один ее день рождения.
– Будем импровизировать, как иначе? – улыбнулся Джек. Закатное солнце игралось в его волосах, делало синие глаза еще ярче. – Что ты знаешь?
Айви пожала плечами: крохи. Все в Тенебрисе знали, что морская богиня заточена в затопленном городе, обменивались легендами по вечерам, но не более. Мало кто всерьез воспринимал идею о ее поисках, ведь это не поощрялось.
– Говорят, легенда, что я тебе рассказала, – ключ. Но ее все знают. Будь это правдой, город бы давно нашли.
– Хранители разума почти исчезли, – пожал плечами Джек. – Да и объединить хранителя – человека – и русалку для поисков, ну… такая себе задачка, не находишь?
– Хм, тогда… – Айви закрыла глаза, вспоминая легенду. – «Чтоб найти, что скрыто под водой, отправься в древний город под вулкан. Там ждет компас и беды, боль, страдания, но лишь любовь тебя спасет». Это…
Она посмотрела вдаль на горы, которые укутывали и прятали острова и море Потерянных Мечт.
– Амор Инсулае. Очевидно, – сказал Джек.
Айви помотала головой.
– Нельзя туда! Мы никогда близко не подплываем к этим скалам, потому что русалки и русалы там просто исчезают. Там… плохая магия. Очень плохая. Говорят, сам морской дьявол запретил людям плавать туда, стукнул три раза, вызывая извержение вулкана, чтобы погубить всех, кто там жил, от обиды, что его любимую – морскую богиню – заточили в Марибертусе.