Чтение онлайн

Из глубины комнаты, невидимая с улицы за тюлем, Лиза наблюдала за Костей, сглатывая слезы, пока он не ушел за угол. Она любила брата... Но покойного отца она любила еще сильнее.

Костя не поехал и на сорок дней. Не нашел в себе сил. За почти полтора месяца со дня смерти дяди Гриши Егоров ни разу не был у него на могиле.

Он продолжал исправно, но вполне механически искать работу: ездил на собеседования, выслушивал отказы и сам вежливо отказывался от каких-то предложений. С наступлением лета живость этого процесса несколько спала, но, тем не менее, выделилась, как выражался Костя, «лидирующая тройка» фирм, которые всерьез заинтересовались им как будущим сотрудником – и он ими как вероятными местами работы. Оставалось лишь определиться. Он не торопился, опасаясь повторения недавней истории; не спешили и в фирмах, рассматривая других кандидатов.

Каждый день, каждый час он пытался сочинять, раз от раза осознавая тщетность попыток. Творческое бессилие раздражало, бесило его, и через какое-то время стало сказываться на характере и других сторонах жизни, в том числе – интимной. В ответ на осторожные попытки Оксаны выяснить, что с ним происходит, он грубил и однажды довел ее до слез, чего прежде никогда не случалось.

Он и не подозревал, что книга имеет над ним такую власть! С самого начала работы над ней он думал, что он пишет ее... Но выходило, что и она пишет его; во всяком случае, даже мертвая (лежащая в летаргии) сильно влияет на всю его жизнь!

Снова в его голове мелькали мысли: бросить! Жил же он прежде спокойно, занимался своим делом (и преуспел!), никогда не сочинял даже стихов... Серьезно читать-то начал после двадцати!..

Нет. Все эти доводы никуда не годились. Сдаваться нельзя. Он хочет написать – и обязательно напишет...

– Мы на работе обсуждаем отпуска, – сказала Оксана. – Хочу посоветоваться с тобой. Лето в разгаре, июнь заканчивается... Как мне спланировать, чтобы мы смогли куда-нибудь поехать вместе?

– В августе, – сухо сказал он. – Во второй половине. К этому времени я планирую решить вопрос с работой, остановиться на одном предложении и выйти в начале сентября. Надеюсь, на этот раз осечки не будет.

– Да, – сказала Оксана. – Будем надеяться.

Вечером первого июля позвонила Маша. С весны, последнего визита Кости к ним домой, с бывшей женой он не виделся, а с Ванькой встречался раза три, поздравлял с днем рождения, водил в кино... Как складывается личная жизнь Маши, Костя не ведал; не сына же расспрашивать, в самом деле...

– Ваня хочет в зоопарк, а я занята. Свози его, пожалуйста.

Костя вспомнил, что как раз в эти выходные собирался помыть окна, – он обещал это Оксане еще в марте, но все было недосуг. Впрочем, мыть окна он не любил, а поход с сыном в зоопарк – отличная «отмазка».

– Конечно, – сказал он. – Я заеду в субботу с утра.

– Кто это? – спросила Оксана, когда он положил трубку.

Костя рассказал.

– Значит, окна опять не помоем...

– В воскресенье? – несмело предложил он.

– Знаю я эти воскресенья... – Качая головой, она ушла в соседнюю комнату. За ней, так же качая головой и притворно морщась, двинулся Фолиант.

– В крайнем случае – в понедельник! – громко сказал Костя. – Я все равно дома!

Утро субботы было солнечным. Костя приехал за Иваном в половине десятого, позвонил в дверь, и Ванька сразу открыл. Он был одет и готов к походу.

Костя вошел в квартиру.

– А мама?.. – спросил он.

– Да спят они еще! – махнул рукой сын. – Ты есть будешь? Я, правда, уже позавтракал – чаю попил с бутербродами... Сейчас «Бэтмен» закончится, и поедем.

И он уселся перед телевизором.

Дверь соседней комнаты открылась, и появился Виктор – в трусах, всклокоченный, зевающий.

– Хай, Иван Калита, – невнятно сказал он и прошлепал босыми ногами к коридору. Увидев Костю и ничуть не смутившись, пробормотал: – Привет... – и скрылся в туалете.

Вот это да, подумал Костя. Жизнь-то как интересно разворачивается...

Примчался Ванька, стремительно обул кроссовки.

– Чего это он тебя Калитой зовет? – ревниво прошептал Егоров.

– Да ну, не обращай внимания... Погнали, предок, я готов.

С утра в зоопарке народу было не очень много, подход к клеткам и вольерам с животными не затруднен. Отец и сын получали удовольствие от встречи и общения.

– Пап, прикольный тигр, правда?

Мощное животное смотрело на старшего Егорова не мигая.

– Как они приветствуют друг друга, знаешь?.. – И Костя негромко зарычал тигру. Тот ответил таким же приглушенным рыком. – Ну вот, мы с ним поздоровались. Теперь в случае чего он всегда может сказать, что знает меня.

Ваня глядел на отца с восхищением.

– Слу-ушай! Но откуда ты...

«Действительно, – подумал Костя. – Откуда?..»

Чета макак, усевшись в сторонке, выискивала друг на друге блошек, удовлетворенно урча, или повизгивая – если партнер щипался. Выхаживала цапля, зорко поглядывая на посетителей.

В зоопарке царил особый, странный темпоритм, если суметь на него настроиться; здесь можно было бродить часами, ненадолго перемещаясь сознанием по ту сторону ограждения, глядеть на странных двуногих и пытаться постичь смысл их существования, столь далеко выходящий за рамки стандартного набора инстинктов...

Стоило лишь произнести: «Мутабор»...

– Мороженое и пони, – категорично сказал Иван.

– Будет.

Крокодилы были обманчиво-безразличны. Бегемот двигался медленно, шумно дышал, разевал огромную пасть, куда уместился бы целиком Ванька и еще осталось бы место. Пума нервничала; с утра у нее, видимо, было плохое настроение, и она расхаживала внутри вольера, всем своим видом выражая раздражение.

Сын достал из рюкзачка цифровой фотоаппарат и протянул отцу.

– Щелкни меня на фоне медведя. Там режим есть, чтобы объект на заднем плане хорошо получился...

Техника была хорошая. Костя сделал три снимка: с медведем, с зеброй и с орлом.

– Виктор подарил, – похвастал Ваня, бережно пряча фотоаппарат в рюкзак. – На день рождения.

– Ваня, дядя Виктор у вас насовсем... поселился? – как бы между прочим поинтересовался Егоров.

Мимо прошла девица в джинсах и футболке, ведущая под узцы печального пони с химией и бантами на гриве. На пони ехала девчушка лет пяти в цветастом сарафане и смеялась, будто звенели колокольцы.

Иван проводил всю троицу взглядом и сказал:

– Шут его знает... Вообще, он у нас с весны. Был женат, но ушел от жены и живет с нами. Мама рада.

– А ты?

Ванька по-детски сморщился и пожал плечами.

Они поели мороженого, потом сын проехал на пони три круга, вежливо поблагодарил сопровождающую, которая ему явно понравилась, а отцу сказал:

– Девчачья забава... Пошли удава смотреть.

Удав был настоящий. Тот, в «Маугли», был почти как настоящий – но все-таки рисованный, а этот... Костю даже пробрал озноб. В многометровой мускулистой фигуре ощущалась чудовищная беспощадная сила и власть над всем живым... То есть, не окончательно над всем, раз удав оказался здесь, – но почти.