Чтение онлайн

– Как ты меня назвал? – возмутилась я.

– Марина слишком грубо. Мне больше нравится Малинка, – подмигнул он. – Как дела? Выспалась?

– Ты что здесь забыл? – прошипела я в панике, когда кружка, больше похожая на тазик, встала на подоконник возле крохотной моей, а физкультурник облокотился о подоконник обеими руками, запирая меня своим телом. Я поджала ноги и отодвинулась подальше, пока сердце колотилось где-то в горле.

– Уйди, – предупредила я.

– Не могу. Так тянет к тебе. Давай нормально знакомиться, а? Я Артур. Багров. Для друзей, кому лень выговорить две буквы, – просто Арт. Но ты можешь звать меня как угодно.

Он прошелся взглядом по моим коленям.

– Физкультурник, – почти в панике выпалила я, не зная, куда еще двигаться. Если только ласточкой в окно…

– Опять… Заучка, зубрилка, зубренок… Отличница, – с непередаваемой интонацией фыркнул он.

И пока я открывала и закрывала рот, подбирая в уме подходящие ругательства, с азартом ожидал продолжения.

– Обжора! – не выдержала я, – и вор! Надеюсь, ты вчера подавился супом!

– Не надейся, все было очень вкусно. Но мало…

– Мало?..

У меня задергались оба глаза. Сожрал целую кастрюлю, и ему мало? Такими темпами он скоро всех нас съест и косточек не оставит.

– Соли мало было, – кивнул Артур.

Повернулся к столу и заметил мою скромную тарелочку с двумя бутербродами.

– Даже не думай, чтобы лишить меня еще и завтрака! – не выдержала я.

Попыталась спрыгнуть с подоконника и физкультурника оттолкнуть, но это было то же самое, что пытаться сдвинуть бетонную плиту. В итоге я оказалась зажата его ручищами и прижата к его груди.

– Отпусти меня, – завопила я.

Тут же ладони разжались, а огромные ручищи Артур развел в стороны и даже сделал шаг назад.

– Маленькая, а шумная, – неодобрительно покачал он головой.

Его глаза сверкнули, а Артур снова покосился на мои бутерброды и азартно предложил:

– Наперегонки? Кто первый, тот и сытый?

И дернулся к столу. Я за ним, перехватывая на лету его руку с уже зажатым в ней бутербродом.

Не выдержала, протянула руку, схватила пальцами его губы и выпалила:

– Закрой рот с той стороны!

Артур смешно захлопал глазами, не делая попыток вырваться или избавиться от моей руки. Но глаза его смеялись.

Мы так и стояли: он, хлопающий длинными ресницами и сделавший губы «уточкой», и я, закрывающая ему рот и со всей силы сжимающая его запястье. Увы, длины пальцев не хватало, чтобы обхватить его полностью.

– Положи бутерброд на место, и никто не пострадает, – потребовала я.

Физкультурник на мгновение прикрыл глаз и медленно положил бутерброд на тарелку. Я же отдернула руки так, словно его кожа раскалилась добела и обжигала.

Сделала шаг назад, подвинула к себе завтрак и заметила, как дрожат его плечи.

– Тебе плохо? – почему-то испугалась я.

Ну, может, у него судороги от голода?

– Да. Вот здесь горит.

Физкультурник нагло схватил мою ладонь и положил себе на грудь.

– Горит? – переспросила я.

– Пылает!

– Это изжога, – уверенно решила я. – Так бывает, когда воруешь чужое.

Я снова одернула руку и покосилась на бутерброды. Аппетит пропал, но отдавать свой завтрак нахалу не было никакого желания.

– Бессердечная ты, Малинка, – припечатал меня Артур. – Я, может, расстроен и есть хочу.

– Чем ты с утра расстроен? – не поверила я, – тем, что вокруг полно еды, но вся чужая?

– Язва в очках, – закатил глаза Артур.

– Физкультурник и обжора!

– Малинка, хочешь, я тебя ругаться научу? – радостно предложил Артур, – или целоваться? Ты целоваться умеешь? А парень у тебя есть?

– Есть! – рявкнула я, поправляя очки на носу, подумала и добавила, – два!

– Приехали сандали к Мите… Заучка, куда тебе два-то? Захапала сразу двоих и рада. А там, может, какая-нибудь Маша в одиночестве вечера коротает, пока у тебя двое. Жадина.

Я открыла рот. Закрыла и почувствовала, как запылали мои щеки.

– Ужас. Я думал, ты приличная девушка, ухаживать хотел, а у тебя двое, – продолжал бурчать Арт.

Я была близка к истерике, а из уст вырвался нервный смешок. И решила спасаться бегством. Обошла Артура по дуге и молча двинула в сторону комнаты, забыв о бутербродах и кружке с недопитым кофе.

– Заучка, ты куда? А завтрак? Бутерброды мне оставила, что ли?

Я уже не слушала. Ускорила шаг и уговаривала себя не оборачиваться. Влетела в нашу комнату, осмотрелась, но мои подруги уже ушли на занятия, скорее всего, решив выпить кофе по дороге.

Трясущимися руками собрала сумку, переоделась в легкие белые брючки и белую же блузку без рукавов, собрала волосы и поспешила в универ. Первый курс был показательным, нужно было работать на оценки и репутацию.

Вышла из комнаты, заметив, что на ручке нашей двери висит обычный пакет. Опасливо протянула руку, заглянула внутрь и нашла огромную шоколадку с орешками и записку корявым почерком: «Компенсация за бутерброды, Малинка!».

Зарычала, закинула шоколадку в сумку и побежала в университет…

Малинка

Я клевала носом, стоя у дверей аудитории в ожидании профессора. Почти бессонная ночь и утренняя стычка с Артуром лишили сил; единственное, чего мне хотелось, – это спать.

Я белой завистью завидовала своим соседкам по комнате, которые слишком, как мне казалось, легко относятся к учебе. Софа – огонек-зажигалочка, никому не давала скучать. Она была со мной в одной группе. А Полина – романтически настроенная барышня, по уши и безответно влюбленная в Арсения. И училась наша третья подруга уже на третьем курсе юрфака.

Мы с Соней, увидев Арсения, долго негодовали и недоумевали – что Полина в нем нашла? – но сердцу не прикажешь…

– Марина, не спи, замерзнешь, – легонько подпихнул меня в бок Опасян. – Шоколадку хочешь?

Я вздрогнула, вспоминая огромную шоколадку, уже спрятанную в моей сумочке. И наглого физкультурника. Наглого и не очень умного! Мужлан нахальный!

– Не хочу, – отмахнулась я.

– Что с тобой? Нашла, кто суп вчера украл?

– Сам нашелся, – взвыла я.

– Снова обокрал? – приподнял бровь Карен. – Давай я с ним поговорю?