Чтение онлайн

Хотела поиграть в недотрогу?

– Отдай мои очки.

Моё тело жило отдельной жизнью, потому что рука сама потянулась вверх, с зажатыми в ней очками Рыжика.

Она так смешно ругалась и прыгала вокруг меня, пытаясь их забрать, что я непроизвольно засмеялся.

– Тебе смешно? Что смешного в том, что у меня плохое зрение? Такие как ты, только и могут что постоянно раздувать своё эго и смеяться над теми, кто физически слабее их. Но жизнь всё расставит на свои места, поверь.

– Конечно, Рыжик. – Улыбнулся я. Я спокойно стоял, ребята вокруг хохотали, не особо стремясь ей помочь, а она, раскрасневшаяся и запыхавшаяся, всё не прекращала попытки отнять у меня свои очки. – Только ты немного просчиталась. Всё в жизни расставляет по местам не справедливость, а деньги. И вот тут загвоздка…

Я перекинул её очки Владу, своему другу, а тот, видимо, не ожидал, и не смог их поймать, так что они плюхнулись на пол. Слишком сильно, чтобы остаться целыми. Он тут же их поднял, а Рыжик подлетела к нему, и попыталась выхватила свои окуляры из его рук.

Они встретились взглядами, и уж не знаю, что там произошло, возможно, то же помешательство, что и у меня, но Влад вдруг затоптался с ноги на ногу, пробормотал «извини» и легко отдал ей очки.

Рыжик не стала терять времени, на максимальной скорости вылетев из комнаты, где люди продолжали весело улюлюкать.

– Ну, чего замерли все? Шоу закончилось, можете продолжать веселиться. – Обратился я к тем, кто был в помещении, и все начали снова рассредоточиваться по дому, в поисках новых хлеба и зрелищ.

Когда мы остались одни, Влад подошёл ко мне, всё ещё сохраняя странное выражение лица.

– Ты нафига ей так быстро очки отдал? Надо было ещё немного помучить её.

– Да как-то это дебильно отбирать очки, если человек видит плохо…

– Пфф… - Покачал я головой. Вот поэтому девчонки и липли ко мне, а не к нему. Сразу чувствовалось, что он неженка. – Салфетки есть тут где-нибудь? Надо вытереть этот дурацкий сок, который рыжая вылила на меня.

– Вон там, на столе лежат. Ну что, спор окончен? – Влад привалился к стене, наблюдая, как я оттирал пятна сока от своей толстовки.

– Ещё чего. Всё в силе. У меня до осеннего бала всё ещё почти два месяца. И, знаешь, что, я повышаю ставку. Уложу её к назначенному сроку, напишешь курсовую за меня, а нет – то я напишу твою.

– Не слишком рискованно с твоей стороны? Мне показалось, что тут было очевидно, что девчонка тебе не даст. Даже целоваться не захотела с нашим «королём».

– Ничего-то ты не понимаешь, Владос. Ты что, девчонок в садике за косички не дёргал?

– При чём тут это?

– А при том, что всё складывается даже лучше, чем я планировал. Если бы она сразу тут передо мной сейчас растеклась лужицей, я бы даже удивился. А так, игра становится только интереснее. Тем приятнее будет победа.

– Может, мне выбрать кого-нибудь другого лучше?

– Нет уж. Я теперь хочу узнать, так ли эта девчонка горяча в постели, как в жизни, что посмела даже соком в меня плеснуть.

За приоткрытой дверью комнаты раздался какой-то звук, и мы с другом синхронно повернули туда головы.

– Влад, прикрой-ка дверь, чтобы никто лишний раз не грел тут уши.

Слёзы душили меня, пока я пыталась найти дорогу к выходу из этого проклятого дома.

Очки всё ещё держала в руке. У них треснула оправа прямо на переносице, и это было плохо. У меня было плохое зрение, и очки мне были необходимы просто чтобы жить, а стоили они вообще не дёшево.

Конечно, возможно, для таких, как Демид – это были копейки, но не для той, кто жила в коммуналке с бабушкой-пенсионеркой. Мы и без того с ней едва сводили концы с концами и то только благодаря тому, что я подрабатывала моя посуду.

Бабушка, вообще, была против того, чтобы я работала параллельно с учёбой, но она вышла на пенсию, потому что у неё начались проблемы со здоровьем, и я быстро поняла, что с одной её пенсией нам было не справиться.

Написав Кате сообщение о том, что я хочу уйти, я подождала какое-то время ответ, но она так ничего мне и не написала. Поэтому я просто отправила ещё одно сообщение о том, что пошла домой.

К моему счастью, до сих пор ходил общественный транспорт, вот только до остановки мне пришлось идти минут пятнадцать, потому что район, в котором жил Рейгис, явно не был предназначен для тех, кто ездит на автобусах.

Домой я добралась где-то часам к одиннадцати. Слёзы на лице уже высохли, оставив лишь гадкое чувство внутри.

Я так до конца и не поняла, что там вообще произошло. Демид зачем-то пригласил меня на вечеринку, потом пытался поцеловать, а после выставил всем на смех, отобрав очки…

В коридоре квартиры горел свет. Он всегда здесь горел, его почти никогда не выключали. Вообще, в нашей коммунальной квартире жили четыре семьи. Жили мы уже довольно давно, и все хорошо друг с другом общались.

У нас с бабушкой была довольно большая комната. В ней помещались и диван, и кровать, и стол, который служил нам и обеденным, и письменным, и шкаф, и даже небольшой телевизор в углу.

Пробраться в комнату незамеченной мне не удалось. Несмотря на то, что бабушка уже лежала на кровати с закрытыми глазами в темноте, как только я зашла, и включила на телефоне фонарик, чтобы пройти к дивану, начала говорить.

– Асенька, это ты?

– Да, я. Спи, бабуль. Спи.

– Как сходила развлеклась? Подружилась с кем-то из ребят? – Бабушка немного переживала, что из подруг у меня была только школьная подруга Катя.

– Нормально сходила. – Вздохнула я, не желая посвящать бабушку в свои проблемы.

С утра вся ситуация воспринималась уже проще. Ну, посмеялся надо мной кто-то…. Что, впервые что ли?

А внутри даже как-то всё странно сжималось, когда я вспоминала, как лицо Демида были совсем близко, и его серые, полупрозрачные глаза смотрели прямо на меня.

Интересно, он правда поцеловал бы меня, если бы я не вылила на него сок? И что вообще всё это значило?

Вот только, стоило мне перевести взгляд на очки, лежащие на столе, как настроение моментально поползло вниз, и все теплые чувства к Демиду куда-то ушли, заместившись злостью.

Я попыталась зафиксировать перелом оправы скотчем, но вышло не очень, он постоянно отклеивался. Пришлось воспользоваться изолентой. Да, выглядело плохо, но держалось значительно лучше.

Бабушка, когда увидела меня в заклеенных очках нахмурилась.

– Асенька! А что с очками?

– Уронила случайно бабуль. – Соврала я, чуть покраснев, ненавидела врать бабушке.

– Так надо починить. Сейчас я деньги тебе принесу, сходишь в мастерскую после университета.

– Не надо, бабуль. Я сама починю, на свои. Не переживай – Я знала, что за деньги собиралась дать мне бабушка. Их она откладывала на лекарство, которое стоило очень дорого, но единственное помогало ей от давления. А пить его надо было каждый день.