Чтение онлайн

— Что мы будем делать сегодня, Энни? — спросила Саманта, открывая окна и разбирая чемоданы. — Может, сходим в парк? — (Но дочь не ответила.) — А может, нам пойти поесть мороженого?

Энни печально покачала головой:

— Я хочу вернуться к папочке и Элен.

Сердце Саманты разрывалось от жалости. Встав на колени, она обняла ребенка.

— Я знаю, радость моя. Я знаю, как ты расстроена, и я — тоже. Но по-другому быть не может.

— А папа будет меня любить?

— Он любит тебя больше всего на свете, мое солнышко. Гораздо больше, чем я могу выразить словами. То, что мы с тобой уехали, совсем не значит, что он тебя не любит, это не имеет ничего общего с его чувствами к тебе. Это взрослые дела, они тебя не касаются. Энни, деточка, ты будешь часто видеться с папой, я тебе обещаю.

Но Энни, кажется, не удовлетворилась этим объяснением. Саманта, которая и сама оставила свое сердце с Максом, не знала, сколько потребуется дочке времени, чтобы прийти в себя.

Жизнь, правда, продолжалась. Энни опять ходила в детский сад, а Саманта — на работу. Через неделю позвонил Брайен, узнавший, что они вернулись, и пригласил Саманту встретиться с ним. Но она отказалась.

Было бы непростительной ошибкой возобновить встречи с Брайеном. Она не станет встречаться ни с одним мужчиной, пока не забудет Макса, когда бы это ни случилось. Менее всего Саманта хотела сейчас начинать новые отношения.

— У тебя кто-то есть? — спросил Брайен.

— Нет.

— Это по-прежнему Макс?

— Пожалуйста, не надо… я не хочу вспоминать о Максе, — попросила Саманта.

— Только не говори мне, что по-прежнему его любишь, — разочарованно сказал он.

Жаль, что Брайен недостаточно чуток.

— Я и не говорю этого, — спокойно произнесла она. — Но лучше о нем не упоминать. Не сейчас, Брайен. Извини.

В выходные Макс приехал навестить Энни. Когда Саманта открыла ему дверь, ей потребовалось громадное усилие, чтобы сохранить на лице безразличие. Всю неделю она думала о его визите. Она молила Бога, чтобы боль от его потери на этот раз была хоть чуточку слабее.

— У вас все в порядке? — поинтересовался он, когда Энни вышла из комнаты, чтобы надеть свитер.

— Да.

Он всматривался в лицо Саманты.

— А ты мне разве скажешь, если нет?

— Конечно, — пообещала она, хоть и знала: Макс понимает, что она лжет — в обоих случаях.

Она потеряла его. Навсегда. Бесповоротно.

Они жили на Манхэттене уже месяц, когда начальник Саманты вызвал ее к себе в кабинет. Смущаясь, он сообщил ей, что для компании настали тяжелые финансовые времена. Ему ничего не остается, как уволить нескольких человек, и Саманту в том числе. Он надеется, что ситуация выправится, в ближайшее время поступят новые заказы. Тогда он всех возьмет назад; возможно, это случится уже через месяц.

— Приезжай к нам, — пригласила ее Дороти, когда услышала об этом. — Мы с Артуром так давно вас не видели. Я очень по тебе соскучилась.

— Даже не знаю… ведь тогда придется забирать Энни из садика. А мне нужно искать другую работу. Пока в компании не изменится положение.

— Не глупи. — Дороти, как всегда, была настроена решительно. — Тебе совершенно незачем сидеть без дела целый месяц в Нью-Йорке. Мы поедем по Тихоокеанскому побережью в Орегон и возьмем вас с Энни. Это будет замечательное путешествие. Сэм, тебе нужно отдохнуть. Пожалуйста, обещай, что приедешь.

Саманта не могла не улыбнуться.

— Как можно устоять под таким напором? Хорошо, сестренка, я приеду. Спасибо тебе.

Новости совсем не обрадовали Макса: ему не придется видеться с Энни; но он не стал препятствовать Саманте.

— Только звони мне регулярно, Саманта. Я хочу знать, где вы и что у вас все в порядке.

— Ты хочешь знать об Энни, и она с радостью будет звонить тебе. Регулярно.

Макс отметил ее резкость и некоторое время молчал. Изменившимся голосом он произнес:

— Что делать с твоей почтой? Куда ее пересылать?

— Хмм… — Саманта некоторое время размышляла. — Почему бы не на квартиру? Бетти будет приходить, чтобы навести порядок, и я попрошу ее забирать почту.

— Ты уверена, что это удобно? Если ты сообщишь мне ваш маршрут, я сам буду пересылать ее тебе.

Это означало бы постоянные контакты с Максом, необходимость разговаривать с ним. Вместо того, чтобы просто набрать номер и передать трубку Энни.

— Да зачем же? — сказала Саманта. — Бетти прекрасно справится с этим. Мне заранее будет известно, где мы окажемся через несколько дней, и я буду оставлять ей адрес.

— Она станет это делать?

— Разумеется. Я помогала Бетти, когда она уезжала. У нас с ней есть договоренность.

— Саманта…

Его голос был таким сердечным и гибельным для нее. Закрыв глаза, Саманта представила его сидящим в кабинете в кресле, повернутом к окну, чтобы смотреть на воду. Внезапно она испытала едва преодолимое желание.

Крепко сжав трубку, она отозвалась:

— Да?

— Можно я дам тебе немного денег?

— Нет, спасибо, Макс.

— Я знаю, как ты независима, как не любишь связывать себя. Если захочешь, можешь их мне вернуть потом, когда опять начнешь работать.

— Нет, Макс. Спасибо за предложение, — тепло поблагодарила Саманта, — но мне не нужны твои деньги, — и повесила трубку.

Через неделю они прилетели в Сан-Франциско. Дороти и Артур были завзятыми фотографами, любителями живой природы. Бездетные супруги души не чаяли в малышке Энни и всегда радостно суетились вокруг нее. Саманта в тот момент, когда увидела сестру в аэропорту, отчетливо поняла наконец, что решение уехать из Нью-Йорка было правильным. Дороти бежала ей навстречу, и на глаза Саманты навернулись слезы.

— Извини, не знаю, что на меня нашло, — беспомощно пробормотала она.

— Я тоже, — сказала Дороти, обнимая сестру и племянницу. — Тебе столько пришлось вынести, но ты держалась молодцом… Как я счастлива видеть вас снова.

Через два дня Артур упаковал вещи, и они выехали из Сан-Франциско.

Для Саманты отдых начался сразу. Артур и Дороти с увлечением рассказывали обо всем интересном, что встречалось на их пути. В небольших поселках они всегда безошибочно находили, где бы Энни могла полакомиться мороженым; заезжая на фермы, брали фрукты; в долине Напа взрослые дегустировали вино. Они останавливались на пляжах, каменистых и живописных, с крутыми утесами и огромными валунами. Дороти и Саманта обычно отыскивали скалу, где можно посидеть, а Артур бегал с Энни, собирая ракушки.