Завещание веков
Шрифт:
— И вы спрашиваете, почему мне страшно? — с иронией осведомился я.
— До сих пор мы выпутывались довольно удачно, разве нет?
— С каждым днем вероятность того, что у нас появятся серьезные проблемы, увеличивается. Когда вы не пришли в условленное время, я по-настоящему испугался.
— Мне очень жаль. Идем в интернет-кафе?
У Софи был дар перепрыгивать с одного на другое, особенно в критические моменты. В этом была ее сила. Выскакивать. Всегда.
— Хм… Не знаю.
— Ну же, вы сами сказали, что время нас поджимает.
— А как быть с фараонами, которые там торчали?
— Можно пойти в другое.
Я кивнул. Быстро расплатился, и через полчала мы уже вошли в Интернет, не обращая внимания на геймеров, ожесточенно убивающих друг друга в недрах сети…
Другое интернет-кафе, другая атмосфера. Более утонченная, более рабочая… повсюду кабель, плоские экраны, яркое освещение, свежеокрашенные стены. По размерам чуть больше булочной. Обстановка далеко не такая интимная.
— У меня для вас супергорячие новости!
Сфинкс ждал нас больше часа. Он был крайне возбужден.
— Что вы нашли?
— Нашел тех, кто вас взломал!
— Фантастика!
— Я думал, у меня не получится, но мы подключили к делу нескольких знакомых провайдеров, и нам удалось добраться до истока. Это очень хитрые сволочи. Они тщательно замели следы, но мы сумели до них добраться и, представьте себе, выйти на номер одного мобильного телефона в Соединенных Штатах.
— И что же?
— Вы не поверите… Этот номер зарегистрирован на Институт права и дипломатии имени Саймона в Вашингтоне.
— И что же?
— Вы знаете, кто возглавляет этот институт?
— Нет.
— Виктор Л. Дин, бывший американский посол, который, представьте, возглавляет один из комитетов в группе «Бильдерберг» Соединенных Штатов!
Софи бросила на меня ошеломленный взгляд.
— «Бильдерберг» у нас на хвосте! — выдохнула она.
Я не мог понять, пугает это ее или возбуждает. Возможно, и то и другое одновременно. Сам я пришел в ужас.
— Вы понимаете? У вас на заднице висит «Бильдерберг»! Потрясающе!
— Вы так думаете? Я бы обошлась и без этого…
— Это не всякому дано! Уж если они снизошли до того, чтобы взломать ваш компьютер, значит, вы им здорово насолили!
— Наверное… Чем только, не пойму.
— Ну, это очевидно. Вы ищете то же самое, что они, но у вас солидная фора. Вряд ли им это нравится…
— Я еще ничего не нашла…
— Надеюсь! Иначе я бы подумал, что вы и со мной хитрите. А я рассчитываю на эксклюзивную информацию, ведь мы же так договаривались?
— Я уже обещала. Нам опять нужны кое-какие сведения.
— Все, что ни пожелаете.
— Вы можете узнать координаты человека, который находится в красном списке?
— Проще пареной репы!
— Чем больше мы общаемся, — сказал я с улыбкой, — тем больше мне кажется, что мы имеем дело с четырнадцатилетним парнишкой!
Софи покачала головой.
— Если это так, он где-то здесь! — возразила она, показав на окружавших нас прыщавых подростков.
— Кристиан Борелла, возможно, также его дочь Клэр. Они живут в Париже.
— О'кей. Я скоро вернусь.
Через пятнадцать минут Сфинкс действительно прислал нам адрес и номер телефона таинственной незнакомки. Он простился с нами, и Софи еще раз заверила его, что он первым узнает все новости.
Выйдя из интернет-кафе, мы двинулись обратно, к площади Звезды. Этот парижский квартал никогда не бывает безлюдным. На тротуарах всегда полно народа, витрины магазинов всегда освещены. Но лица всегда разные. Мне это напоминало Нью-Йорк.
Когда мы вошли в бар отеля, было уже поздно, но я все-таки решил позвонить Клэр Борелла. Нетерпение плохо сочетается с тактом.
Послышалось несколько гудков, затем включился автоответчик. «Вы набрали номер Клэр, оставьте сообщение после сигнала».
Я заколебался. Автоответчик хорош тем, что не может бросить трубку, и молодая женщина наверняка выслушает мое сообщение до конца. Я решился.
— Здравствуйте, мы с вами незнакомы, но я думаю, что мне известно, почему убили вашего отца, и мне хотелось бы поговорить с вами.
Послышался еще один щелчок, и я понял, что она сняла трубку.
— Алло? — сказал женский голос.
Она отвечала на звонки выборочно.
— Здравствуйте.
— Кто вы?
— Если вас это не смущает, я бы предпочел не называть свое имя по телефону. Я мог бы назваться любым именем, но предпочитаю откровенность…
Она молчала.
— Не могли бы мы встретиться? — рискнул спросить я.
— Нет, если вы не назовете свое имя…
— Но я действительно не могу…
Вновь щелчок и телефонные гудки. Она повесила трубку.
— Черт! — выругался я. — Перезвонить?
Софи улыбнулась:
— Нет. Неудачная мысль. Думаю, вам лучше подъехать к ней. Уверена, что de visu [36] вы окажетесь более убедительным.
— Правда?
— Да. И потом, вы сможете назвать свое имя…
36
При личной встрече (лат.)
— Вообще-то «Бильдерберг» и «Акта Фидеи» давно знают, кто мы такие, и мне не стоило так артачиться.
Софи кивнула.
— Уже поздно, — сказала она. — Я, наверно, пойду спать.
— Проводить вас? — предложил я.
— Я вполне способна найти дорогу в свой номер!
Она нежно поцеловала меня в щеку и ускользнула. Я испустил долгий вздох.
В тот вечер я просидел в баре отеля «Спландид» несколько часов. Заказал порцию виски, потом вторую, потом бармен предложил мне третью, и я спокойно прихлебывал из бокала, позволив своим мыслям блуждать где угодно и облокотившись о красно-золотую стойку, мимо которой то и дело проходили посетители. Я забавлялся тем, что пытался представить, кто они такие и чем занимались сегодня вечером. Я придумывал им имена, профессию, любовные истории. Мне просто не хотелось идти спать, и я находил атмосферу отеля идеальной для моего странного настроения. В котором преобладали печаль, надежда, страх и любовь.