Чтение онлайн

Улицы сменяли друг друга, светофоры приветствовали нас зелеными огнями, мимо проносились фасады домов, и постепенно я впал в состояние приятного забытья. Внезапно я обнаружил, что припарковал машину. Почти не отдавая себе в том отчета.

— Что будем делать? — тревожно спросил меня Баджи.

Я повернул голову налево. И узнал эту длинную стену. Ограда Монпарнасского кладбища. Какой дерзкий дух завлек меня сюда?

— Стефан, — со вздохом сказал я, — думаю, мы посетим могилу моих родителей.

Я сделал паузу, словно сам удивился тому, что сказал.

— Вас это не смущает? — спросил я, ощущая некоторую неловкость перед ним.

— Вовсе нет. Идем.

Мы вышли из «Фольксвагена» и направились к главному входу. Улица была тихой и тенистой. Ко мне начали возвращаться воспоминания. Дурные воспоминания. Но я не желал отступать. Мы прошли через ворота и сразу повернули направо. Сделав несколько шагов, я остановился и показал Баджи на могилу Жан-Поля Сартра и Симоны де Бовуар.

— Этот парень сильно попортил мне кровь в лицее, — с улыбкой объяснил я. — Мне так и не удалось хоть что-нибудь понять в экзистенциализме.

Стефан хлопнул меня по плечу:

— Возможно, и понимать-то было нечего.

Я снова пошел вперед, сунув руки в карманы. Мы дошли до конца аллеи и свернули налево. Внезапно меня пробрала дрожь. Я был на этом кладбище только два раза. Когда хоронил мать, а потом отца. Стало быть, я впервые пришел сюда не для того, чтобы кого-то хоронить. Просто чтобы посмотреть. Первое паломничество. Мне это было несвойственно. Наверное, я повернул бы назад, если бы не Баджи. Он был словно проводником в царство мертвых. Его присутствие успокаивало меня, и я почувствовал бы себя идиотом, если бы сказал ему, что передумал.

Могилы сменяли одна другую. Слева я заметил последнее пристанище Бодлера. Вот от него никаких неприятностей у меня не было. На память мне пришли столь уместные в данную минуту строки из «Сплина»:

Я вздохнул. Мы с Франсуа долго делили наивную любовь к этому поэту и с высокомерием юных книгочеев блистали на студенческих вечеринках, соревнуясь в том, кто больше знает наизусть его стихов. Какие же мы были дураки! Но вот эти строки всегда оставались со мной. Утешения они мне не приносили. Но они проникали в самые глубины моего существа и волновали меня еще больше, когда я читал их вслух.

Наконец показалась могила моих родителей. Я знаком показал Баджи, что мы пришли. Мне не без труда удалось согнать с лица глуповатую улыбку. Это было сильнее меня. Я стыдился того, что пришел сюда.

Я встал прямо перед могилой, машинально скрестив руки на груди. Мне было трудно сосредоточиться. Я не знал, о чем думать.

Я больше не задаю себе вопросов, так удобнее. Мои собственные слова вернулись ко мне, словно вычитанная из книги сентенция.

Я не видел Баджи, стоявшего поодаль, но его присутствие ощущал. Должно быть, он думал, что я молюсь. Как делают верующие люди. Но нет — я больше не задаю себе вопросов, так удобнее.

И здесь, застыв перед могильной плитой с выгравированными на ней именами, я сказал себе, что не ощущаю никакого божественного присутствия. Я был один. Совсем один, и это было ужасно. И я не знал, что делать. Плакать ли. Вспоминать. Прощать.

Сглотнув слюну, я сделал шаг назад.

— Ваши родители еще живы, Стефан?

Он медленно подошел.

— Да. Но они вернулись в Дакар. Я их уже давно не видел.

— Вы верите в Бога, Баджи?

Он заколебался. Я не отрывал глаз от своей фамилии на плите, но он смотрел на меня. Думаю, он пытался угадать потаенный смысл моего вопроса.

— Знаете, — сказал он наконец мягко и серьезно, — вам не нужно верить в Бога, чтобы постоять у могилы.

Я покачал головой. Он сразу понял смысл моего вопроса. Лучше, чем понимал я сам.

Я постоял у могилы еще несколько секунд, затем резко повернулся на каблуках:

— Ну ладно, пошли.

Он улыбнулся мне, и мы направились к выходу. В горле у меня стоял ком, но я чувствовал себя хорошо. Мне стало лучше.

В полдень мы с Баджи вновь вошли в интернет-кафе. Я записался у входа и уселся перед компьютером. Мне не терпелось узнать, вернулся ли Сфинкс в сеть. Я начинал слегка беспокоиться о нем. Я никак не мог забыть фразу, которую он сказал Софи во время нашей первой встречи. Big brother is watching.

Я проглядел список программ, но ни IRC, ни ICQ среди них не было. Мне предстояло установить их самому, чтобы связаться со Сфинксом. С возрастающим нетерпением я запустил навигатор Интернета для поиска этих программ на сайте технического обеспечения. Несколько минут ушло на то, чтобы скачать их, установка также заняла непривычно много времени, и терпение мое почти иссякло.

Около половины первого я наконец зашел на чилийский сервер IRC. Дрожащими руками я стал манипулировать мышкой в поисках нашего таинственного собеседника. Появился список каналов, но Сфинкса по-прежнему не было. Я ударил кулаком по столу и решил испробовать наш последний шанс. ICQ. Я набрал номер хакера. По-прежнему ничего. Его не только не было в сети, он даже не ответил на оставленное мной сообщение. На сей раз я запаниковал. Ведь это мы втянули Сфинкса в наши дела, и я никогда бы не простил себе, если бы с ним что-то случилось.

— Черт! — воскликнул я, выхватив телефон из кармана.

Я набрал новый номер Софи. Нужно было предупредить ее и спросить, нет ли какого другого способа связаться с нашим хакером. Но я попал на автоответчик.

— Софи, это я, позвони мне, как только получишь сообщение, — сказал я, прежде чем отключиться.

Я надел пальто.

— Ладно, пойдем в отель, пообедаем там, чтобы скоротать время, — предложил я Баджи.

Надолго застряв в дневных парижских пробках, мы наконец добрались до отеля «Спландид» на площади Звезды. Я доверил машину швейцару, и мы прошли под навесом-маркизой в стиле «ар-нуво», украшавшим вход. Я сразу направился к стойке регистрации.

— Для меня, случайно, не оставляли сообщений?

Мы остановились в отеле под чужими именами, и шансов на то, что нам могут оставить послание, было очень мало. Софи с ее богатым воображением не придумала ничего лучше, как записать нас мсье и мадам Горд.

Женщина-портье с удрученным видом покачала головой.

— Вы уверены? — настойчиво спросил я.

Она нахмурилась:

— Конечно. Никаких сообщений не было. Правда, молодая особа, которая сидит вон там, разыскивает некую мадам де Сент-Эльб. Я сказала ей, что в книге регистрации под таким именем никого нет, но она заявила, что подождет в холле. Это, случайно, не девичья фамилия вашей жены?