Завещание волка
Шрифт:
Нет, эта идиллия обманчива! Августино дернул за веревку, закрывая жалюзи. Он чувствовал, как с каждым днем растет напряжение. Вилла напоминала ему бомбу с часовым механизмом. Нельзя верить очевидному. Августино не обманешь, у него отличная интуиция. Но самое главное – он как никто знает, на что способны деньги. Триста семьдесят миллионов долларов перевернут мозги кому хочешь, и самый верный друг станет самым страшным врагом. Удар может последовать в любой момент. Кто его нанесет? Охрана? Врач? Повар? Пилот? Гувернантка?
Августино с ненавистью посмотрел на сейф, как на друга, который неожиданно его предал. Нет, ни свидетельство о рождении, ни завещание хранить в нем нельзя. Случись что, эти шакалы зубами перегрызут замки и достанут документы. Куда бы их перепрятать?.. Он посмотрел на стены, украшенные полками с книгами, цветами, большим портретом его дочери Валери. В плафоне люстры? Но он сам не дотянется до плафона. Закопать в цветочном горшке? Но там они могут размокнуть!
Старик стиснул зубы и простонал, как от боли. Где же этот Вацура! Когда он появится здесь? Почему этот легкомысленный авантюрист за все эти годы ни разу не попытался разыскать Клементину? Сельва не такая уж большая. Было бы желание…
Он услышал голоса, доносящиеся из приемной. Душу заполнило чувство тревоги. Августино торопливо положил документы в папку и сунул ее в ящик стола. В следующее мгновение дверь кабинета распахнулась, и вошел Рай. Он, как всегда, был в безупречно чистой голубой рубашке с погончиками и галстуком, имитирующей форму военного летчика.
– Я тебя не вызывал, – как можно спокойнее произнес Августино и потянулся к стакану в серебряном подстаканнике. Пальцы его дрожали.
– Шеф, – сказал Рай, без разрешения опускаясь в кресло. – Я хочу с вами серьезно поговорить.
– Я сейчас занят, – ответил Августино. Как он ни старался, его голос уже не звучал жестко и гневно, как раньше. Скинуть бы ему пяток лет! И кишки этого наглеца Рая были бы развешены на ветвях в мангровом лесу.
– Это дело не терпит отлагательства, – твердо заявил Рай и закинул ногу за ногу, словно хотел показать, что настроен на долгий и обстоятельный разговор. – Вы должны написать рекомендацию для попечительского совета. Я твердо решил удочерить Клементину.
– Никакой рекомендации ты не получишь! – теряя самообладание, крикнул Августино. – Девочка тебя боится! Я знаю, чего ты добиваешься… Пошел вон!
Рай тем не менее не шелохнулся. Сохраняя спокойствие, он с ухмылкой смотрел на старика.
– Вы же прекрасно знаете, что другой кандидатуры не найдете, – сказал он, покачивая лакированной туфлей. – Никто, кроме меня, не сможет обеспечить ее безопасность.
– Я не желаю слушать об этом! – крикнул Августино и ударил ладонью по кнопке вызова. Секретарша с виноватым лицом тотчас появилась в дверях. – Почему он зашел?! Я же приказал никого не пускать!
– Извините, – не слишком переживая, ответила секретарша. – Но он меня не послушал.
– Вызвать охрану!
– Вызывай, вызывай! – сказал секретарше Рай и махнул на нее рукой, чтобы поскорее закрыла дверь.
– Запомни, Рай! – громко говорил Августино, ударяя кулаком по столу. – Ты даже не заикайся о том, чтобы удочерить Клементину!
– Ваши дни сочтены, Августино, – ухмыляясь, ответил Рай. Он встал и, словно находился у себя дома, подошел к бару, открыл дверку. Придирчиво осмотрев бутылки, он выбрал дорогой коньяк и плеснул в бокал. – Вы, надеюсь, не идиот и отдаете себе отчет в том, что девочка пока не способна защитить себя. Даже обладая огромным состоянием…
Он круто повернулся и посмотрел Августино в глаза.
– Давайте, папаша, говорить начистоту, – продолжал он, отпив глоток. – Я могу гарантировать, что Клементина останется жива. Я даю вам слово чести, что устрою ее в лучший детский приют Южной Америки.
– Подонок, – прошептал Августино, в бессильной злобе сжимая кулаки.
– Поберегите себя. У вас слабое сердце… – Рай вдруг кинул взгляд на раскрытый сейф. – И, насколько я понимаю, сейчас умирать вам совсем не хочется.
– Очень скоро, – прошептал Августино, с закрытыми глазами массируя виски, – твоей глупой головой мартышки будут играть в футбол…
– Если вы мне откажете, то я палец о палец не ударю, чтобы сохранить Клементине жизнь! – жестко ответил Рай, поставив бокал на стол перед Августино. Коньяк выплеснулся на страницу записной книжки. – Думайте быстрее. У вас почти не осталось времени. Как, собственно, и выбора.
Августино вдруг вскинул голову и, мстительно глядя на пилота, отрицательно покачал головой. Его губы дрогнули.
– Нет выбора? – переспросил он. – Да, ты прав. У Клементины есть отец. И только по этой причине никакого выбора быть не может.
Рай остановился у дверей и, поморщившись, посмотрел на старика.
– Что? Отец?
Он деланно рассмеялся.
– Да! – крикнул Августино, торжествуя, ибо то, что он говорил, было правдой. – И ты в этом убедишься сразу же, как только вернется твой брат!
Рай усмехнулся, но по его лицу прошла тень.
– Посмотрим, – процедил он и вышел, с силой захлопнув за собой дверь.
«А охрана так и не явилась», – подумал Августино.
Он выдвинул ящик стола, который находился от него по правую руку, взял оттуда тяжелый хромированный револьвер «магнум», откинул барабан и посмотрел, все ли патроны на месте. Ударом ладони поставил барабан на место и спрятал револьвер под рубашку.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
ВОКЗАЛ. ЗА ПОЛЧАСА ДО ОТХОДА ЭЛЕКТРОПОЕЗДА
Кирилл думал, что такси остановится у главного входа, где находились билетные кассы и зал ожидания, и уже присмотрел место для парковки, но желтый «москвич» с шахматными квадратами на бортах поехал по площади дальше, к багажному отделению. Чтобы не привлечь внимание Юли, сидящей в такси, пришлось лишний раз объехать вокруг клумбы.
«Москвич» остановился у сквера, где недавно открыли дешевую пивную, сплотившую вокруг себя бомжей и собак со всей округи. Юля вышла, посмотрела по сторонам, но джип Кирилла вроде не заметила. С кожаной папкой в руке она поднялась по ступенькам на платформу и неторопливо пошла по ней. Когда девушка скрылась за деревьями, Кирилл объехал сквер и остановил машину у самого конца платформы. Место для парковки было не самое лучшее, но Кирилл не был намерен задерживаться здесь надолго.
Он поднялся на платформу и пошел вперед. Электропоезд еще не подали, и платформа была относительно пуста. Кирилл хорошо видел Юлю. Она сидела на скамейке и смотрела в сторону вокзала. Кирилл остановился, подошел к продавщице мороженого и стал искать в карманах мелочь.
Рядом с Юлей остановился какой-то рослый мужчина. Что-то спросил. Юля отрицательно покачала головой и махнула рукой куда-то в сторону.
– Вам какое? – нетерпеливо спросила мороженщица.
Кажется, Юля стала волноваться. Она встала со скамейки, чтобы лучше видеть, зачесала назад волосы. Но вот и Линчо! Припадая на короткую ногу, индеец быстро шел по платформе. Юля махнула ему. Линчо скованным движением ответил ей. Приблизившись, он склонился и поцеловал ей руку. Надо же, какие манеры! Юля раскрыла папку, стала показывать Линчо документы. Но у индейца, видимо, не было времени. Он взял папку, закрыл ее и коснулся рукой плеча девушки, поторапливая ее.